Ее волосы свисали до пояса, словно накидка темного золота. Он с наслаждением любовался этой изящной головкой. Солнце грело так, что за несколько минут, пока голова торчала над водой, волосы начали сохнуть. Бруно захотелось притянуть ее за эти золотые нити.
Они вышли из воды, и он обнял ее сзади. У нее перехватило дыхание, потому что его пальцы забрались между ногами и начали ласкать ее.
– Кто-нибудь, наверно, шпионит за нами! – запротестовала она, но сопротивляться не было сил. Его пальцы быстро добились от ее тела жаркого влажного ответа.
– Не беспокойся, – пробормотал он, убирая волосы в сторону и целуя шею. – Этот маленький пятачок удивительно трудно найти, если точно не знаешь, где он находится. Поверь мне.
– Поверить тебе? Разве вера не относится к высшему порядку? – Она обернулась и скептически, изумленно разглядывала его из-под ресниц. Он с готовностью улыбнулся в ответ.
– Чувствую в твоем замечании критику. – Они взялись за руки и зашагали к своей одежде, разбросанной на песке, где совсем недавно занимались любовью.
Это была не критика. Нельзя же ее слова воспринимать всерьез. Но сейчас, после его замечания, она вдруг задумалась над тем, что произошло между ними. На минуту она взлетела, но земля по-прежнему тянет к себе. Рано или поздно придется приземлиться.
Она задумчиво подошла к своему засыпанному песком бикини и утонувшим в песке шортам. Села, обхватила руками колени и стала ждать, когда он оденется и сядет рядом.
– На самом деле, – медленно начала она, поворачиваясь к нему, – это не критика.
– Но?.. Выражение твоего лица подсказывает, что у этого замечания есть постскриптум…
– Все так нереально, – неуверенно проговорила Джессика. Она набрала в горсть песок и начала просеивать его сквозь пальцы. – Послушай… У меня такое чувство, что тебе надо знать. Я… – Она вздохнула. – Я не того сорта девушка, у которой есть привычка к такого рода поступкам… – Она издала отрывистый смешок и смутилась от собственных слов. Она не просто не того сорта девушка… Она из тех девушек, которые даже не думают об этом. Только вот почему же все получилось так легко?
– Я знаю.
– Твой прежний опыт с женщинами позволил тебе так легко пойти на это, да? – не сдержалась Джессика.
– Какой ответ ты хочешь услышать?
– Правду. – Разговор был неприятный. Десять минут назад они, голые, плавали в кристально чистой воде. Она думала, что ее не волнует ничто в мире. Теперь реальность вернулась, и никуда от нее не денешься.
– Ладно. Правда в том, что у меня нет отряда женщин, которые толпятся на старте, ожидая очереди, чтобы лечь со мной в постель. Ты хочешь сказать, что для меня это плевое дело? Насколько я помню, я никогда не проверял, легко это или сложно. – Он сделал долгий выдох и очень серьезно посмотрел на нее. – Да, я чертовски много работаю и не жажду возложить на себя ответственность за длительные отношения. Я никогда не испытывал в них нужды.
– Во всяком случае, в отсутствии честности тебя упрекнуть нельзя. Ветерок разметал и запутал ее золотые волосы. Он не сказал ничего нового, до чего бы она не додумалась сама. И все же его жестокая откровенность потрясла Джессику.
– Я старался не лгать. Ложь только запутывает ситуацию.
– И этот уикенд…
–..может быть таким, каким ты захочешь его видеть.
Джессика смотрела на море и накручивала на палец прядь волос. Она поняла – это предложение. Временная связь на волшебном острове.
Ей отчаянно хотелось спросить, что будет, когда уикенд подойдет к концу. Но она уже знала ответ. Он не хотел ничего постоянного. Постоянство ему не нужно. Она поняла, что любые отношения, хотя бы отдаленно похожие на постоянные, отпугивали Карра. Она не его тип женщины, он не ее тип мужчины, но на несколько дней они могут забыть об этом. Такое вот легкое, необременительное приключение.
– Чего ты хочешь? – Она с любопытством взглянула на него.
– Тебя.
– Отпускной разгул, – задумчиво пробормотала она. Он смотрел на нее так, что у нее закружилась голова, и ей пригрезилось, будто она тонет. Она сдула с пальца песок и наблюдала, как песчинки кружатся в воздухе.
– Чтобы заполнить время.
– Ох, очень поэтично. – Джессика засмеялась. Зачем заглядывать в будущее, думать, что будет, когда кончится уикенд? Он пробежал пальцами по ее позвоночнику. Она вздрогнула. – Наверно, нам пора назад.
– Я понимаю так, что это твой ответ?
– Я не знаю, какой у меня ответ.
Она и правда не знала. Но весь остаток дня ощущала его присутствие с такой силой, что у нес останавливалось дыхание. То, что произошло с ними, превратилось в поток воспоминаний. Разве можно забыть чувства, какие он вызывал в ней, наслаждение, которое дарил ей?
Даже когда он разговаривал с кем-то другим, она чувствовала на себе его взгляд. И он вызывал такой же электрический разряд, как и прикосновение.
Сумерки превратились в чернильную темень. Ужин съеден и алкоголь выпит. Веселье и шум нарастали с каждой минутой. А между ними словно перетекали волны, ведомые только им двоим. Глаза неодолимо обращались к нему, будто ее тело посылало свои особые радиосигналы. Но Джессика поняла, чего она хочет, только в тот момент, когда последние из веселившихся потянулись в свои спальни. Она переминалась с ноги на ногу, ожидая и наблюдая.
Но даже в тот момент в ней еще оставалось чувство неуверенности. Достаточно ли она хороша для такого приключения? Достаточно ли современна для краткого разгула? И Джессика яростно доказывала себе, что она вполне современная, поскольку ее совершенно не интересует брак. Она так же не хотела длительных отношений, верности, как и он. Так почему же она так боится, что это краткое, бурное приключение кончится ничем?
– Не собираешься в постель? – раздался сзади низкий голос. Джессика вздрогнула. Он выключил свет, проверил, заперты ли двери. В темноте виднелась высокая фигура, словно сгустившаяся тень. Он расслабленно прислонился к стене. Руки в карманах.
Джессика посмотрела на него – и дыхание участилось. Ей пришлось поднять руку к горлу и заставить себя успокоиться.
– Это ты? – спросила она до смешного высоким голосом.
– На самом деле… – он оттолкнулся от стены и медленно пошел к ней. И с каждым его шагом ее сердце ускоряло ритм. – Я подумывал, не прогуляться ли по берегу. Не хочешь со мной?
Оба понимали, о чем он спрашивает. И после секундного колебания Джессика кивнула.
– Я никогда в полночь не гуляла по берегу, – призналась она. Теперь он стоял так близко, что она пришла в возбуждение.
– Это ни на что не похоже, – пробормотал он. Голос его ласкал, нежно, бархатно.
Они молча вышли из дома и пошли к пляжу, потом к кромке воды. Море плескалось у их голых ступней. Их окружала темнота. Море, небо, силуэты деревьев, словно раскачивавшиеся фигуры. Они зашагали вдоль берега подальше от дома. Наконец, он остался далеко позади. И с каждым шагом Джессика чувствовала, как пульсирует ожидание, как растет возбуждение и становится все сильнее и сильнее.
