Христос: "Итак, всякого, кто слушает слова Мои и исполняет их, уподоблю мужу благоразумному, который построил дом свой на камне; и пошел дождь, и разлились реки, и подули ветры, и устремились на дом тот; и он не упал, потому что основан был на камне. А всякий, кто слушает сии слова Мои и не исполняет их, уподобляется человеку безрассудному, который построил дом свой на песке; и пошел дождь. И разлились реки, и подули ветры, и налегли на дом тот; и он упал, и было падение его великое" (Матфея: 7,24-27). Борхес: "Ничто не строится на камне, всё на песке, но долг человека строить, как если бы камнем был песок". И снова Сатана умно возразил Иисусу. Замените "человека" на "человечество" и убедитесь в правоте Люцифера. Энтропия…
Христос: " Истинно говорю вам, что трудно богатому войти в Царство Небесное; и еще говорю вам: удобнее верблюду пройти сквозь игольные уши, нежели богатому войти в Царство Божие" (Матфея: 19,24) Борхес: "Счастлив независтливый бедняк, счастлив незаносчивый богач". Возражая самому себе в лице Борхеса, скажу: независтливых бедняков я видел, а вот незаносчивого богача пока встречтить не довелось. Ведь кто такой богач? Это человек, переступивший через заповедь: "не собери себе богатство на земле". Обращаю здесь внимание на слово "себе", а то его не все замечают. Да, случается, что богатство сваливается на голову человека, например, в виде премии за изобретение. Бывают также личности, которым Бог не дал иного таланта, как делать деньги на бирже, покупая и перепродавая акции. Они тоже быстро становятся очень богатыми. Не все при этом понимают, что богатство требует ещё больших мер предосторожности, чем радиоактивные материалы. Деньги – это универсальный наркотик, на который очень легко подсесть и с которого почти невозможно соскочить. Единственная соломинка, которая оставляет минимальную надежду на спасение богачу – это завещать собранное богатство не своим отпрыскам, а обществу. Речь идёт о запрете на наследство капитала – оно аморально.
Христос: "Впрочем, Я не ищу Моей славы: есть Ищущий и Судящий" (Иоанна: 8,50). Борхес: "Счастливы сильные духом, без страха выбирающие путь, без страха принимающие славу". Слава сама по себе, будучи видом наркотика, к тому же легко конвертируется в деньги, и наоборот: за деньги продается и слава. Я, поэтому, не ищу своей славы при жизни, хотя знаю, что затмлю всякое земное величие, если её сподоблюсь. Благородный муж не ищет известности и не заискивает перед славой, а низкий человек ради славы готов на всё. Сказанное, впрочем, касается и благородных дам.
Борхес: "Счастливы запечатлевшие в памяти слова Вергилия и Христа, коих свет озаряет их дни". Римский поэт Вергилий, как верят католики, предсказал в одном из стихотворений пришествие Христа. Но читателя не может не шокировать соседство обоих имён, причем имя языческого поэта вызывающе поставлено впереди имени Спасителя. Эта неслучайность указывает лишь на то, что под Вергилием автором афоризма подразумевается Некто, равночинный Иисусу Христу. Вы, наверное, уже догадались, что речь идёт о Духе истины. Хотите знать, почему именно это имя выбрал Борхес для эвфеминистической замены? Потому что оно этимологизируется как "Девственник". Речь, разумеется, идёт о мужской девственности. Так что, это право первого Лица пресвятой Троицы, в каком порядке поминать Свои Ипостаси.
Апостол Павел: "Безбрачным же и вдовам говорю: хорошо им оставаться, как я; но если не могут воздержаться, пусть вступают в брак, ибо лучше вступить в брак, нежели разжигаться" (1 Коринфянам, 6, 8-9). Борхес: "Счастливы любящие и любимые и те, кто может обойтись без любви". Из тех, кто счастлив, самые счастливые те, кто может обойтись без любви. Речь идёт о чувственных отношениях между мужчиной и женщиной. Яства небесные предпочтительнее яств земных. Самое желанное земное яство – это пир мужской и женской плоти. Но, во-первых, это всё у меня уже было, а я не жадный. А, во-вторых, есть ценность превыше, чем эта простая человеческая радость – я говорю об общении с Богом, личном и непосредственном. Если только любовь Аллаха, по учению суфиев, не обрушится на вас, как любовь женщины.
В ЛАБИРИНТЕ, ЛАБИРИНТ
Борхес – это единственный поэт в истории литературы, которому удалось внушить стихотворением чувство страха. Я бы поставил диптих Хорхе по этому критерию в один ряд с "Превращением" Кафки. Я включил бы оба этих произведения в школьные программы, дабы дети с юных лет имели представление об аде, а страх Божий – начало премудрости. К тому же все дети обожают страшилки, на них бы диптих подействовал ещё сильней, чем на взрослых. Жути шедевру Борхеса добавляет и то, что лабиринт-то настоящий – речь идёт о Чернобыльском саркофаге, уготованном для Антихриста.
ХРАНИТЕЛЬ СВИТКОВ
На испанском стихотворение написано прозой. Это мой первый удачный опыт переложения верлибра Борхеса стихами. Сначала я отнёсся к результату своего эксперимента как к курьёзному эпифеномену. Мысль о том, что Хорхе – русский поэт, осенила меня не сразу. В предисловии я написал: если переставить буквы в имени Борхеса в испанской записи, то получится фраза: "Хорхе, ты русский, ты красный". О том, что буквы в именах при их перестановке образуют новые смыслы, Борхес прямо пишет в стихотворении "Голем". Для примера, когда Сальвадору Дали сказали, что из букв его имени можно составить фразу "жадный до долларов", этот современник Борхеса действительно сказочно разбогател. Таким образом связь Борхеса с Россией и с правящей в СССР коммунистической партией фатально предопределена его именем. Прочтите теперь поэму Арсения Тарковского "Слепой". Кто ещё из современников русского поэта кроме Борхеса мог бы претендовать на роль лирического героя поэмы? Борхес наверняка посетил СССР инкогнито, как в своё время Бодлер Россию.
Стихотворение переведено таким образом, что его зачин – от Борхеса, а продолжение – от Вадима. Я, повторяю, не подозревал ещё, что воссоздал авторский вариант поэмы, пока не обнаружил реконструированные по переводам русские тексты Бодлера. Естественно, у меня возникла гипотеза, что аналогичная картина может наблюдаться и в творчестве этого испанского Бодлера – Хорхе Луиса Борхеса. Вскорости гипотеза многократно подтвердилась: да, Борхес пользовался тем же методом алгорифмы (который я по-научному назвал методом метро-рифмического резонанса) что и Бодлер. Итак, сначала была интуиция, а потом нашлись логические доводы. Не исключено, впрочем, что я своими "железными" аргументами лишь искусно изменяю прошлое. Что ж! Это было бы очень в духе Х.Л.Б.
ШАХМАТЫ
Наряду с диптихом "Лабиринт", диптих "Шахматы" является одним из самых прославленных поэтических текстов Борхеса. Задача переводчика в первом сонете осложняется двумя формальными требованиями: 1. Не банально срифмовать катрены; 2. Перечислить во втором катрене все шахматные фигуры, украсив каждую эпитетом. Перемножив одну сложность на другую, сделайте ещё одно умножение: переводчик всё-таки обязан ещё и донести до читателя смысл оригинала в неискажённом виде! Если все три задачи мне удалось успешно решить, значит я создал не перевод, а, скорее всего, обнаружил русский оригинал "Шахмат". Но, допустим, это всё-таки перевод. Всё равно непостижимо, как мне удалось справиться с такой версификационной головоломкой. Открою секрет: мне помогла марихуана.
А не игры, что – как другая! – вечна – Одно из названий игры в звуко-буквенные перестановки внутри слов, а Борхес подразумевает именно её – "игра в бисер" (читай одноименный роман Германа Гессе). зато пешка – полиглот… Слово "полиглот" (человек, свободно владеющий несколькими иностранными языками) в русском языке ассоциируется с жаргонным словечком "проглот". Получается каламбурный смысл: "пешка всепроглот". На тему этой прожорливой пешки Арсений Тарковский пишет юмористическую свою "Удивительную пьесу в одном действии" под названием "Каждому своё". Всё говорит о том, что словечко сперва было найдено в русском языке, а потом перекочевало в испанский вариант сонета. Наглость пешки-всепроглота тут же иллюстрируется через наглость же, но – воссоздателя сонета, который действует по принципу: если недостающей рифмы нет, её надо придумать. И вводит в рифмовку катренов аж четыре неологизма. Весь секрет в том, что каждый из них обладает не только контекстуальной, но и собственной внутренней ценностью. Даже рассмотренные в автономно-номинальном употреблении эти неологизмы хороши настолько, что сами по себе обогащают язык. Слово "светолот", к примеру, образованное по аналогии с "эхолотом", таит в себе целый сюжет для фантастического рассказа. Абстрактные шахматные фигуры образуют комбинации, которые сравниваются Борхесом в первом катрене с распускающимися цветами, а во втором – с зубастым зевом крокодила и кашалота. В больном воображении переводчика виновна, опять-таки, марихуана.
