что будете? – спросил хозяин. – Есть пиво свежее шести сортов, соки, кола.
– А чай есть? – спросил Гуров. – Можно одного сорта – черный и крепкий.
– Понимаю вас, – заявил хозяин. – Сейчас принесу чай. Такой, какой вам требуется.
Вскоре на столе появились большие бокалы дымящегося чая, и сыщики принялись за еду. Шашлык действительно оказался отменным. Гуров давно такого не ел.
Когда мясо было съедено и гости получили по второму стакану чая, Крячко поманил хозяина к столу.
Тот подошел, присел сбоку.
– Вот, – сказал Крячко, – это Гурам, знакомый нашего Марата Сулейменова. Он может кое-что рассказать о том дне в ноябре, два года назад, который нас интересует.
– Подожди, ты скажи сначала, как сам вышел на уважаемого Гурама, откуда узнал, что он знаком с Сулейменовым? – спросил Гуров.
– Откуда узнал? – пробурчал Станислав. – Но это же понятно, от Арсена, друга Марата. Вот его разыскать было нелегко, потому что он теперь живет в другом месте. Но я эту задачу в конце концов решил. А уж Арсен меня познакомил с Гурамом. Так что, можно ему уже рассказывать или ты еще пару вопросов мне хочешь задать?
– Нет, никаких вопросов больше не будет, – ответил Гуров. – Что ты хотел рассказать, Гурам?
– Я Марата хорошо знал, он у нас часто обедал, заходил чая попить, – начал рассказывать кавказец. – В тот день пришел очень мрачный, сам на себя не похожий, взял порцию мяса, сел, стал есть. Спустя какое-то время к нему подсел какой-то парень, и они стали оживленно разговаривать.
– Ты раньше видел этого парня? – спросил Лев Иванович.
– Мне кажется, когда-то видел. Но имени не знаю, вообще с ним никогда не разговаривал. Наверное, он раз или два к нам заходил. А может, я его в мечети видел.
– Как он выглядел? Опиши его.
– Он чуть старше Марата, лет двадцать шесть ему или чуть побольше. Одет очень хорошо, стильно. Дорогой костюм, туфли такие, что на них подержанную машину купить можно, золотые часы. Лицо такое правильное, хоть в рекламе снимай и на витрину вешай. Красавчик, одним словом.
– На каком языке они говорили?
– Да, это важный вопрос. Они говорили по-русски, из чего я заключил, что тот парень не кумык. Марат из этого народа, я знаю.
– О чем они говорили?
– Этого я не знаю. Я же их специально не слушал. Сперва они негромко так между собой разговаривали, а потом Марат вдруг выкрикнул: «Нет, я тебе сказал! Никогда на это не пойду и тебе не дам! Вали отсюда, пока я тебе уши не отрезал!» Я, если правду сказать, подумал, что они сейчас драться будут. Потому что Марат, конечно, этого парня сильно оскорбил. За такие слова крепко получить можно. Но тот красавчик кулаками махать не стал. Он себя повел так, будто ничего совсем не случилось, сказал довольно спокойно: «Зачем кричать? Нет, значит, нет. Не дашь, ну так мы обойдемся. Другой вариант найдем. Все, дело кончено». Парень замолчал, поднялся и пошел. Больше я его не видел.
– Это точно не видел? К вам он больше не заходил? – спросил Лев Иванович.
Гурам покачал головой и ответил:
– Нет, не заходил. Я бы его запомнил. Вообще этот парень из таких, которые в шашлычной есть не станут. Подобные личности в дорогие рестораны ходят.
– Однако ради какого-то своего дела он и в твою шашлычную зашел, – заметил Гуров. – А не мог ты его где-то в другом месте заметить? В мечети, к примеру, или просто на улице?
– Нет, нигде не видел.
– Марат его никак не называл?
– Нет.
– А что потом было, когда этот красавчик ушел?
– Да ничего не было. Марат даже шашлык доедать не стал. Он посидел еще немного, встал и тоже ушел. После этого я его не видел.
– Хорошо. У меня вопросов больше нет, – сказал Гуров.
Господа полковники вышли из шашлычной.
– Давай посидим в моей машине, ты мне расскажешь еще некоторые детали, – предложил другу Лев Иванович.
Оперативники сели в «Весту», на которой в этот день ездил Гуров.
– Теперь расскажи подробно, что тебе поведал Арсен, друг Марата, – сказал он. – Я полагаю, там было что-то важное, не так ли?
– Да, кое-что было, – ответил Крячко. – Арсен рассказал мне несколько важных вещей. Во-первых, он сказал, что у Марата Сулейменова, оказывается, была мечта. Он хотел стать юристом. Но ему никак не удавалось поступить в юридический институт. Сказывался низкий уровень образования, полученного в школе. Парень поступил было на коммерческое отделение, но тут ему стало не хватать зарплаты. Кроме того, работа мешала учебе, и Марат был вынужден пропускать занятия. У него были разные планы насчет того, как выйти из этого положения, но он не особо охотно делился ими с Арсеном. Однако был один человек, с которым Марат точно не скрытничал.
– Девушка, да? – осведомился Гуров.
– Да, девушка, которую зовут Наташа. Она студентка, учится в педагогическом институте. Но это, к сожалению, все, что Арсену о ней известно. У него нет номера телефона, он не знает ее фамилии, не может сказать, где и с кем Наташа живет, видел всего два раза.
– Это странно, если они с Маратом были друзьями, – заметил Гуров.
– Да не такие уж они были близкие друзья, как я понял, – отозвался Крячко. – Просто жили в одной квартире хотя бы потому, что так выходило вдвое дешевле. И вообще Марат, как я понял из рассказов Арсена, был человеком весьма скрытным, рассказывал о себе мало и неохотно. Но одну вещь Арсен все-таки понял. В последние дни перед исчезновением Марат был сильно чем-то озабочен. За три дня до своей пропажи он проговорился Арсену, что у него наконец-то появилась надежда решить вопрос со своей учебой. Нашелся, дескать, человек, который обещал помочь. Два дня Марат ходил радостный, полный лучших ожиданий. Потом, уже двадцать первого числа, парень вернулся домой мрачный, злой, ничего не хотел говорить, лег лицом к стене и молчал, ушел рано утром, когда Арсен еще спал. Больше тот не видел своего друга Марата.
– Так-так, – произнес Гуров, помолчал некоторое время, обдумывая все то, что сейчас услышал, затем сказал: – Кажется, начинает вырисовываться некая картина. У Сулейменова была мечта всей жизни – стать юристом. Ему это никак не удавалось. И вдруг появился человек, который обещал помочь. Не логично ли будет предположить, что этим субъектом был тот самый лощеный красавчик, которого видел наш друг Гурам? Ты ведь знаешь, Стас, что это как раз тот тип людей, которых называют решалами. Они вращаются в разных сферах, знают, кому и сколько нужно дать,
