Стрельба по наземному противнику. Как уже отмечалось, некоторые береговые батареи Севастополя имели орудия, предназначенные для стрельбы по наземному противнику. Такие стрельбы до оставления русскими Южной стороны Севастополя вела батарея № 10. Впервые огонь по вражеской пехоте, появившейся в районе Херсонесских высот, она открыла из шести орудий левого фланга 25 сентября 1854 года. В результате стрельбы пехота была рассеяна.
5 октября 1854 года, в день общей бомбардировки Севастополя с суши и с моря, около 9 часов утра французская шестиорудийная Херсонесская батарея, находившаяся в 1300 метрах от батареи № 10, открыла стрельбу по бастиону № 6 оборонительной линии Севастополя. Артиллеристы левого фланга батареи немедленно открыли ответный огонь, быстро пристрелялись и вскоре сбили три орудия вражеской батареи. В дальнейшем стрельба по наземным целям стала повседневной боевой деятельностью батареи № 10. Артиллерийское вооружение левого фланга батареи продолжало увеличиваться. В январе 1855 года здесь уже было семь орудий[126], а в мае установили еще шесть орудий[127].
Боевая деятельность батареи № 10 по наземному противнику не ограничивалась стрельбой по скоплениям войск и контрбатарейной борьбой. Русские артиллеристы разрушали осадные укрепления французской армии за Карантинной бухтой. Кроме того, батарея № 10 держала фланговую оборону бастиона № 6 и смежных с ним батарей и этим помогала приморскому флангу войск срывать штурмы Севастополя[128].
Проявляя заботу о дальнейшем усилении береговой артиллерии Севастополя и стремясь к тому, чтобы она одновременно могла вести огонь не только по кораблям, но и по наземным целям, Нахимов в июне 1855 года приказал соорудить на берегу Севастопольской бухты между Константиновской батареей и батареей № 4 три новые батареи[129]. Первая из них, получившая название Нахимовской, находилась на мысе между Константиновской и Михайловской батареями и имела 30 орудий. Батарея могла стрелять по внутреннему рейду и по району Херсонеса, занятому французскими войсками. Между Михайловской батареей и батареей № 4 были возведены еще две батареи, получившие номера 28 и 31. Обе они имели 14 орудий и могли обстреливать внутренний рейд и наземные цели на противоположной стороне бухты.
28 августа 1855 года по приказу командования русские войска оставили Южную сторону и организованно с оружием в руках, перешли на Северную сторону. Все объекты, имевшие военное значение, и в том числе батареи № 8, 10, Павловская и Александровская, были взорваны. Героическая 349-дневная оборона Южной стороны закончилась.
Сразу же после перехода войск на Северную сторону русское командование приняло меры по усилению береговой артиллерии этого района. Около башни Волохова было возведено пять новых батарей на 50 орудий. Чтобы надежнее прикрыть вход на рейд, позади Константиновской батареи построили 20-орудийную батарею, которая могла обстреливать и Южную сторону. На побережье Севастопольской бухты для обстрела рейда и Южной стороны соорудили еще четыре береговые батареи на 40 орудий.
К концу 1855 года новые батареи были вооружены и приведены в боевую готовность. Вместе с другими батареями Северной стороны они вели обстрел наземных целей на Южной стороне. Общее число стволов русской артиллерии Северной стороны и Инкермана к концу 1855 года достигало семисот[130]. Ни один корабль противника до самого конца войны не смел войти в Севастопольскую бухту. Англо-французское командование ни на один день не смогло использовать Севастополь как военно-морскую базу. Войска противника, сосредоточенные на Южной стороне, постоянно находились под угрозой массированного артиллерийского огня мощной береговой артиллерии Северной стороны.
Из сказанного видно, что береговая артиллерия Севастополя с 29 августа 1855 года и до конца войны действовала почти исключительно по наземным целям.
***
В сражениях под Севастополем, Свеаборгом, Кронштадтом и Петропавловском-на-Камчатке в период Крымской войны 1853–1856 годов еще раз было доказано, что береговая артиллерия является важнейшим средством обороны побережья, что она должна решать следующие задачи: прикрывать военно-морские базы, устья рек и важнейшие пункты побережья страны.
Русская береговая артиллерия с успехом вела борьбу против морского и наземного противника, уничтожала скопления войск, вела контрбатарейную борьбу, разрушала осадные укрепления врага и обстреливала его тылы. Но в силу конструктивных особенностей береговых орудий действия против наземного противника велись в ограниченных масштабах. Только в Севастополе, после перехода русских войск на Северную сторону, береговая артиллерия в силу сложившейся обстановки перешла к более широким действиям против наземного противника.
Боевой опыт показал, что береговые орудия должны обеспечивать ведение огня на 360°, чтобы иметь возможность вести огонь по разнообразным морским и наземным целям. Одновременно выявились недостатки каменных, многоэтажных, казематированных батарей, представлявших собой большую, хорошо видимую цель и имевших узкий сектор обстрела. В дальнейшем, основываясь на опыте Крымской войны, перешли к строительству батарей с бронированными вращающимися башнями и открытых, хорошо замаскированных батарей. Боевая практика еще раз подтвердила, что на вооружении береговой артиллерии должны находиться самые дальнобойные и мощные орудия новейших образцов.
Опыт Крымской войны показал, что в связи с переходом к металлическому и броненосному кораблестроению надо создавать такие орудия, которые могли бы пробивать толстую броню и поражать наиболее важные механизмы корабля. Выявилась настоятельная необходимость иметь на береговых батареях или около них приборы, позволяющие измерять расстояние до цели (дальномеры), значительно сокращавшие время пристрелки и резко повышавшие эффективность стрельбы.
Боевые действия береговой артиллерии показали, что орудия должны быть сосредоточены главным образом на тех батареях, которые держат под обстрелом внешний рейд, так как береговая артиллерия уже достигла такой мощи, что оказалась способной уничтожать вражеские корабли до их прорыва на внутренний рейд.
Опыт Крымской войны показал также, что военно-морская база должна иметь подготовленную еще в мирное время систему обороны, причем оборонительные сооружения сухопутного фронта следует удалять от внутреннего рейда, порта и основных сооружений базы на дистанцию, исключающую их обстрел противником. При осаде военно-морской базы с суши надо выделять из состава флота маневренный отряд огневого содействия для поражения наземных целей. Отряд должен взаимодействовать с полевой и береговой артиллерией.
В ходе войны был выявлен наиболее целесообразный способ массирования огня — маневрирование траекториями. Ярко выявилась необходимость централизованного управления артиллерией приморского и сухопутного фронтов, что возможно только при наличии электролинейных средств связи и соответствующих приборов.
Несмотря на то что Россия имела более широкую и разветвленную сеть береговых батарей, чем в других странах, число их и особенно вооружение их оказалось недостаточным. Крымская война показала, что оборона побережья должна иметь в своем составе подвижную (железнодорожную) артиллерию, которую можно быстро сосредоточить на угрожаемом направлении.
Минно-артиллерийские позиции, впервые предложенные и осуществленные в России, целиком оправдали себя; они усиливали оборону баз и побережья, открывали новые пути для дальнейшего развития военно-морского искусства.
В годы Крымской войны русские береговые артиллеристы — солдаты, матросы и передовые офицеры — умело использовали свое оружие, в боях с врагом проявляли инициативу, изобретательность, мужество, храбрость и героизм. Это обеспечивало им победу.
ЧАСТЬ II
РУССКАЯ БЕРЕГОВАЯ АРТИЛЛЕРИЯ ПЕРИОДА КАПИТАЛИЗМА (1861–1917)
Глава 1
РУССКАЯ БЕРЕГОВАЯ АРТИЛЛЕРИЯ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX ВЕКА
ПЕРЕВООРУЖЕНИЕ БЕРЕГОВОЙ АРТИЛЛЕРИИ
К концу 60-х годов XIX века в вооружении русской береговой артиллерии значительных изменений не произошло. Большинство батарей, установленных на побережье Черного и Балтийского морей и Тихого океана, имело те же орудия, что и во время Крымской войны. Перевооружение береговых батарей лучшими тогда 3-пудовыми бомбовыми и 60-фунтовыми пушками шло крайне медленно.
Экономическая отсталость России тяжело отражалась на состоянии вооруженных сил. Производственная база артиллерии — металлургическая промышленность — являлась самой отстающей отраслью экономики царской России. Несмотря на принятые меры, производство артиллерийских орудий и пороха в период Крымской войны почти не увеличилось. К 1 января 1856 года в приморских крепостях России не хватало 1902 орудий, 3181 лафета, 2 480 266 снарядов[131]. Не лучше обстояло дело и с порохом. Три пороховых завода — Охтенский, Шостенский и Казанский — зависели от сырья, поставлявшегося из-за границы. Так, например, важнейший продукт для производства пороха — серу — привозили из Италии, в то время как огромные отечественные ресурсы серы оставались неиспользованными. Пороховые заводы должны были производить ежегодно 108 тысяч пудов пороха, но фактически производили половину этого количества.
