Читаем без скачивания Волк и фея - Серж Брюссоло

Тремя минутами позже Пегги познакомилась с Токкатой Желтой Треской из Трех Золотистых Рек (которую ученицы тайно прозвали ТТЖ или Тетя Желтуха!). Это была крупная женщина с мускулистыми, как у гладиатора, руками. Шлем центуриона частично скрывал ее волосы цвета охры. Видимо, обучение ее оказалось нелегким, поскольку она была весьма уродлива.

После полудня ученицы собрались вокруг Пегги, чтобы дать ей советы и предостеречь ее.

– Тетя Желтуха знает свое дело, – шептали они ей, – но она – злюка и ненавидит таких милашек, как ты. Будь осторожна! Она может невзлюбить тебя. Говорят, в нашем возрасте она была очень хорошенькой, но так плохо училась, что превратилась в огромную жабу. Тогда она стала учиться прилежно и вновь вернула себе человеческое обличье, но не смогла избавиться от всех недостатков. После диплома кожа у нее осталась желтой, а фигура – как у бульдога; вот почему она всегда в плохом настроении.

Ученицы спали в гамаках, подвешенных к ветвям трехсотлетнего дуба. От холода у них было лишь тоненькое одеяльце из растительных волокон. Они носили одинаковую форму: зеленую тунику и круглую шапочку, скрывавшую обритую голову. Пегги заметила, что руки и ноги девочек покрыты шрамами.

– Ах, это? – вздохнула ее соседка в столовой. – Мы же все время лазаем в колючих зарослях. Через месяц будешь как мы. Это не самое худшее, подруга, у тебя будут другие поводы для беспокойства!

Пегги не осмелилась спросить, какие.

Отряд насчитывал около тридцати сборщиц от двенадцати до восемнадцати лет. Некоторые, из-за плохих оценок, обладали физическими недостатками: огромным носом, разного размера ушами, плохими зубами… Лучшие ученицы класса были очаровательны, и Пегги это раздражало. Она беспокоилась, поскольку никогда не была хорошей ученицей на Земле.

«Так и есть, – думала она, – хотя то, чему меня учили, было очень скучным!»

Синий пес решил держаться в стороне, «в резерве», как солдат, готовый выстрелить в случае необходимости.

– Лучше не путаться под ногами у фей, – сказал он, – а то еще возненавидят меня и превратят в улитку. На мой взгляд, они слишком часто превращаются в котов. А как тебе известно, коты и собаки редко уживаются.

– Хорошо, – вздохнула Пегги. – Но держи ухо востро.

Трижды в день сборщицы ели в столовой под открытым небом: за длинными столами из необработанного дерева. Им подавали суп и каштановый хлеб. Иногда какие-нибудь фрукты, но редко. Меню никогда не менялось. По воскресеньям они имели право разговаривать во время еды, но не слишком шумно. Выходных дней не существовало. В субботу им позволялось вставать на час позже, единственное проявление лени, на которое феи согласились.

На уроке Пегги оказалась рядом с Элоди, худой, как гвоздь, девушкой с веснушчатым лицом. Элоди было шестнадцать лет. Вот уже год, как она работала сборщицей. Ужасный шрам проходил зигзагом по ее правой щеке.

– Это? – сказала она, слегка дотронувшись до рубца рукой. – От колючки кактуса. Еще чуть-чуть, и она угодила бы мне в глаз. Тогда меня нашли бы пригвожденной к дереву. Сбор колючек – не шутка.

Первую неделю Пегги страдала от голода и холода. Ночью, во сне, высоко среди веток дуба, она боялась вывалиться из гамака и разбиться, пролетев вниз двадцать метров. От таких мыслей она плохо спала и потому днем падала от усталости. Она не переносила, когда по ней бегали насекомые, а листья «спален» были ими напичканы, и они ползали по ее лицу, как только Пегги пыталась сомкнуть веки. Смотрительницы были такими строгими, что у девушки не было никакой возможности поговорить с синим псом. Ее осторожный друг окопался в лесу и наблюдал за лагерем, спрятавшись под кустом.

Наконец начались занятия. Тетя Желтуха собрала новичков, чтобы объяснить со всеми подробностями поведение взрывающегося кактуса.

– Будьте осторожны! – ворчала она. – Его корни улавливают малейшую вибрацию. Вы должны двигаться как мышки, если не хотите, чтобы в вас полетела туча колючек. Иногда требуется часами проявлять терпение. Вы должны будете ползти по траве, чтобы собрать колючки, упавшие на землю. Берите только самые длинные, самые острые. Кто хочет, может вооружиться щитом. Но его тяжело носить. Некоторые предпочитают щиту зонты из резины каучукового дерева, от них колючки отскакивают… У каждого из этих методов защиты есть свои преимущества и недостатки. Попробуйте каждый из них и составьте свое мнение. Но знайте, хорошая сборщица не обременяет себя такими приспособлениями, ей достаточно быть гибкой и уметь становиться плоской, как камбала, чтобы избежать колючек. Новички могут взять щиты и зонты в службе оборудования. Сержант-фуражир[11] Берта Синий Шмель из Аллегорического Улья займется вами.

Повернувшись к Элоди, Пегги прошептала:

– Как думаешь, что лучше выбрать?

Девочка со шрамом пожала плечами.

– Щит слишком тяжелый для твоих маленьких ручек, – ответила она. – Попробуй зонт, но не слишком на него надейся, случается, что колючки пробивают его насквозь.

Поблагодарив ее, Пегги направилась в службу оборудования – криво сколоченную хижину с покрытой папоротником крышей.

– Ах да, – прогремела сержант Берта, толстая краснолицая женщина. – Ты новенькая… Тебе еще не вручили браслет выживания.

– Э… нет, – пробормотала девочка. – Мне не давали никаких украшений.

– Ну это мы быстро исправим, – посмеялась Берта, – дай левую руку…

Пегги послушалась и протянула свою голую руку над прилавком, уставленным всевозможным оборудованием.

Толстуха схватила банку, открыла ее, с помощью деревянного пинцета вытащила зеленый шнурок и положила его на запястье девочки. Тотчас же шнурок закрутился вокруг руки Пегги, защекотав ей кожу.

– Что это?.. – удивилась принцесса. Она не успела ничего больше произнести, «браслет» поднял голову и высунул раздвоенный язык.

– Да это же змея! – закричала Пегги Сью.

– Конечно, – расхохоталась Берта. – Это будет ТВОЯ змея на время учебы. Успокойся, она не злобная. Это змея-врач. Каждый раз, когда ты поранишься или заболеешь, прикажи ей укусить тебя. Тогда она введет в твою вену волшебную жидкость, которая тебя вылечит. Не злоупотребляй ее силой, ведь как только ее ядовитая железа опустеет, она умрет. А если это случится, другую змею тебе не дадут.

Пегги боялась пошевелиться, рептилия обернулась вокруг ее запястья и закрыла глаза.

– Вот, – договорила служащая. – Теперь, когда змея с тобой познакомилась, она заснет. Можешь назвать ее, как захочешь. Не делай такое лицо, она – полезная! Ночью, пока ты будешь спать, она примется есть комаров, мух и пауков, которые приблизятся к твоему гамаку. Если она почувствует, что ты ее не любишь, она уйдет, и ты обязательно пожалеешь о ней, как только колючка кактуса вонзится тебе в кожу.

– Я… я пришла за зонтиком из каучука, – пробормотала Пегги Сью.

– И один зонтик, один! – крикнула женщина, обернувшись в полутьму хижины.

Трудное обучение

Пегги с трудом ориентировалась в лесу. Сержант Берта Синий Шмель (и так далее) выдала ей карту с отметками расположения волшебных кактусов, но обозначения были неясными, и все дороги, деревья, все кустарники походили друг на друга. В первый раз девочка весь день ходила по кругу. Без помощи синего пса она никогда бы не вышла к лагерю Папоротников. Когда она села за стол в столовой, то умирала от усталости и голода; увы, поскольку Пегги пришла с пустыми руками, она получила плохую оценку… и ее левое ухо стало больше правого. Намного больше.

– Без паники, – шепнула ей Элоди. – Мы все прошли через это. Знаешь, однажды у меня на каждой руке оказалось по шесть пальцев.

Этой ночью Пегги не спалось. Скрючившись в гамаке, она беспрестанно трогала свое огромное ухо, которое от частых прикосновений стало красным… и увеличилось еще больше.

На следующий день девочка возобновила поиски. Благодаря нюху синего пса ей удалось сориентироваться. Пробираясь два часа сквозь колючие кустарники, она вышла на залитую солнцем полянку. В ее центре росли три кактуса. Огромные, как деревья, они были усыпаны колючками, кончики которых блестели на солнце.

– Похожи на мечи! – зашептала Пегги и согнулась в три погибели.

– Не подходи к ним, – стал умолять пес. – Это очень опасно. Они пришпилят тебя, как бабочку к пробковой доске!

– Я должна идти туда, – упорствовала девушка, – иначе опять получу плохую оценку. Я не хочу, чтобы мой нос превратился в сосиску!

– Зря! Сосиски очень вкусные, – пробурчал пес. – И если она будет свисать до самого рта, ты сможешь ее съесть! Хотелось бы мне, чтобы мои уши стали кусками ветчины. Тогда, проголодавшись, я бы съедал их… а на следующий день они бы снова отросли!

Не слушая бредни синего пса, Пегги поползла по траве как можно медленнее. Она знала, что при малейшем шуме сонные кактусы разом проснутся и начнут метать колючки во все стороны.