Читаем без скачивания Волк и фея - Серж Брюссоло

– А это что еще такое? – проворчала Пегги, понимая, что дела ее плохи.

– Когда стреляешь из волшебного арбалета, – терпеливо объясняла Элоди, – не надо ни целиться, ни даже видеть цель. Достаточно выпустить стрелу в небо, и она сама обнаружит жертву и станет преследовать ее без устали.

– Стрела может такое?

– Обычная – нет, но феи используют в качестве стрел волшебные палочки. Они наполнены ядом, превращающим человека в розовый куст.

– В розовый куст?

– Да. Каждый раз, когда ты видела в лесу куст с желтыми розами, – ты видела то, что осталось от ученицы, попытавшейся, к своему несчастью, предать фей.

Пегги почувствовала себя нехорошо и поспешила перевести разговор на другое. Решительно, дело гораздо сложнее, чем ей казалось!

Несмотря ни на что, она не чувствовала себя побежденной. Ночью ей очень кстати вспомнилось, что солдаты ее отца обычно носили жилеты из кабаньей кожи, эта кожа славилась тем, что отражала стрелы и пули.[13]

«Если бы я смогла сделать себе накидку и туфли из кабаньей кожи, – подумала она, – может быть, я оказалась бы защищена от уколов колючек».

Эта мысль придала ей смелости, поэтому Пегги добровольно вызвалась на трудную работу по сбору съестных припасов, во время которой ученицы ходили по лесу в поисках фруктов и овощей. Она знала, что в лесах много кабанов. В ее план входило вырыть яму и поставить там рогатины, чтобы один из кабанов упал туда. Конечно, потом ей придется содрать с него шкуру, и эта часть плана ей совсем не нравилась, но у нее не осталось выбора… если она хотела спасти королевство от разрушения.

Она поделилась своим планом с синим псом, и тот поспешил с помощью своего нюха найти места, где водились пекари и бородавочники.[14]

– Здесь подойдет, – объявил он, останавливаясь около туннеля, проделанного в толще листьев. – Я наблюдал за этим местом три дня подряд. Уверяю тебя, толстый злобный кабан проходил здесь каждое утро. Огромный зверь.

– Хорошо, – сказала девочка. – Значит, тут я и поставлю ловушку.

Увы, она быстро поняла, как непросто вырыть глубокую яму, в которую мог бы провалиться дикий кабан. Поскольку Пегги не могла отправиться за ежевикой, вооружившись лопатой и мотыгой, ей пришлось сделать себе подходящий инструмент с помощью палки и куска черепицы. Результат был плачевным, самодельная «лопата» сломалась через десять минут!

Пегги уже впадала в отчаяние, когда синий пес, всегда обладавший хорошим чутьем, указал ей, где валяется туша кабана. Наконец-то удача им улыбнулась! Отогнав тучу оголодавших воронов, они обнаружили труп огромного вепря, умершего от старости, его уже начали пожирать стервятники. Вонь от останков поднималась ужасная, и девочка чуть не потеряла сознание. Справившись с отвращением, она повязала платок на рот и нос и, вытащив нож, встала около животного на колени, чтобы снять с него шкуру. Никогда еще в своей жизни она не делала ничего отвратительней, но все же не дрогнула, считая, что такие испытания ее закаляют. Она прощалась со своим детством, закрывалась одна дверь, но открывалась другая – дверь в будущее. Тревожное будущее, в котором роилась тьма нерешенных вопросов.

Пегги все-таки не удержалась, и ее дважды вырвало.

«Какая глупышка! – говорила она себе. – Крестьянки постоянно это делают! Мне должно быть стыдно, что я такая хрупкая. Довольно! Я уже не маленькая!»

Благодаря упорству ей удалось снять жесткую, в сантиметр толщиной шкуру. Она разложила ее на траве шерстью вниз и насыпала на нее измолотые желуди и дубовые листья, чтобы шкура не гнила. Затем она отмылась в небольшом пруду.

В последующие дни, каждый раз, когда она отправлялась в лес на сбор фруктов, она делала крюк, чтобы поработать над кабаньей кожей, стараясь дубить ее как можно тщательней. Она сходила к сержанту Берте на склад снабжения и попросила прочных ниток и иглу.

– Я нашла кусок кожи в лесу, – объяснила она, – хочу сшить себе туфли.

– Хорошее начинание, девочка! – воскликнула толстуха. – Так мы сэкономим на наших запасах. Ты хоть знаешь, как их шить? – И она объяснила Пегги что надо делать.

Принцесса поблагодарила ее, стыдясь своего вранья. Ей все меньше и меньше нравилась роль, которую ей приходилось играть, но у нее не было выбора. Она должна помнить, что феи друзья огров.

Сшить туфли из такой толстой кожи оказалось непросто. В смятении Пегги пришлось признать, что конечный продукт больше походит на сандалии римского легионера, чем на настоящую пару туфель.

– Ничего! – вздохнула она. – Главное, что мои ступни будут защищены от колючек.

И повернувшись к синему псу, добавила:

– А тебя я возьму под мышку. Хорошо, что ты похудел на лесной диете!

Накидку же сделать было проще. Теперь у девочки появилась защита от стрел, выпущенных из волшебного лука. Она спрятала все под кучей листьев, надеясь, что в один прекрасный день ее доспехи выполнят свою роль.

Когда в компании Элоди она переступала порог арсенала, чтобы принести палочки из мастерской, краем глаза она пыталась разглядеть на витринах знаменитую сонную иглу, о которой упоминал астролог. Проблема заключалась в том, что палочек было так много, а подписи под ними такие маленькие, что трудно оказалось найти нужную с первого взгляда. Пегги не хотела, чтобы ее любопытство Элоди сочла подозрительным.

– Мы – ученицы, – повторяла она, – и должны вести себя со смирением, никогда не смотреть феям прямо в глаза, а опускать взгляд каждый раз, когда встречаемся с ними.

Дважды она упрекала Пегги, что та задерживается в арсенале дольше необходимого. «Принцесса» это учла.

– В витринах шестьсот палочек, – объясняла Пегги синему псу. – Хватит ли у меня времени разобраться и украсть нужную?

Если ее поймают с поличным, то жестоко накажут. Вероятно, превратят в нелепое чудовище… или в куст, который будут щипать козы, а значит, она обречена на бесконечные страдания.

Пегги не строила иллюзий, в случае неудачи феи будут безжалостны.

Через три дня она сделала вид, что подвернула ногу на пороге арсенала, и уронила на пол свою корзину с колючками. Как Пегги и рассчитывала, колючки разлетелись по всей комнате, чтобы собрать их, пришлось встать на четвереньки. Не обращая внимания на проклятия, которыми ее осыпала Элоди, Пегги воспользовалась случившимся и стала разглядывать этажерки. Вдруг ее сердце подпрыгнуло. Сонная палочка лежала прямо перед ее носом!

«Теперь у меня нет выбора, – подумала Пегги, покидая склад. – Я должна действовать».

После полудня она забрала кожаную накидку и сандалии и спрятала их в кустах на краю лагеря. Она достаточно хорошо ориентировалась в лесу и знала, в какую сторону придется идти. Оставалось надеяться на удачу…

Синий пес настороже уселся около вещей, весь обратившись в слух. Друзья переглянулись. Они оба знали, что им придется трудно.

Устав от дневной работы, после ужина ученицы долго не засиживались. Немного болтали, но вскоре все начинали зевать, и каждая устраивалась в своем гамаке среди ветвей большого дуба, ведь они знали, что завтра им вставать на заре.

Такой порядок устраивал Пегги, особенно этим вечером. Улегшись в гамак, она сделала вид, что спит, но, приоткрыв глаза, наблюдала за тем, что происходило вокруг. Ее сердце билось очень сильно, и ей было трудно дышать. Она понимала, что ее план может окончиться полным провалом. Достаточно маленькой ошибки…

Когда наступила ночь, огни погасли. Лишь несколько потайных фонариков, повешенных на нижних ветках, создавали небольшие островки света.

Пегги с нетерпением прислушивалась к дыханию соседок, когда удостоверилась, что все ученицы спят, она сползла по стволу вниз. Это упражнение, приводившее ее сначала в ужас, со временем Пегги освоила. Вскоре она была на земле и, избегая освещенных участков, поспешила забрать кожаные доспехи. Она собиралась надеть их в момент погони, поскольку они были тяжелые, жесткие… и пахли падалью. Синий пес поднялся в темноте, шерсть его встала дыбом. Когда наступало время действовать, он терял свои повадки комнатной игрушки и превращался в опасное животное, с которым было лучше не встречаться. Это превращение всегда пугало Пегги Сью. Каждый раз она заново осознавала, что ее четвероногий друг не просто мягкая игрушка.

С дрожащими руками она пробралась в мастерскую, а оттуда – на склад. Отсутствие замков упрощало ее передвижения. Все будет хорошо, пока она не дотронется до витрины. Но когда Пегги ее откроет, сработает колдовская сигнализация, и тогда нельзя терять ни секунды.

Нервы Пегги были на пределе, она открыла дверь склада, затем на ощупь зажгла свечу. На складе не было окон, так что никто не мог увидеть подозрительный отблеск света внутри помещения.

Очень быстро Пегги отодвинула стекло витрины и схватила волшебную палочку. Она дважды прочла надпись, чтобы быть уверенной в правильности выбора, а затем бросилась бежать. Маленькая змейка-лекарь, словно поняв, что происходит, отцепилась от ее запястья, заползла под шкаф и исчезла. Может, она не захотела разделить судьбу предательницы?