Граф де Гиш попросил у продавца ликер на местных травах. Они долго обсуждали, какой напиток окажется живительным для уставшей от длинного, полного развлечений дня дамы: зеленый или желтый? Выбрали желтый. Теплый ликер, налитый в крошечный бокал, действительно пошел на пользу.
Они отправились дальше.
Тихо накрапывал мелкий, похожий на влажный туман дождь, и Анжелика была признательна графу де Гишу за то, что тот укрыл ее своим плащом, сшитым из великолепного сукна с ощутимым запахом военного или, как еще говорили, благородных воинов, которые отправлялись на королевские праздники прямо с полей битв.
— Дело вот в чем, — начал де Гиш тоном человека, который все-таки решился выполнить трудное и деликатное поручение, — сегодня утром Месье поразила красота четок, которые вы подарили нашей будущей королеве. Его восхитил великолепный и оригинальный выбор подарков, преподнесенных человеку, не только любящему красивые вещи, но также отличающемуся добродетельностью и набожностью. Месье желал бы сделать подобный сюрприз матери, Ее Величеству Анне Австрийской. Он возложил на меня обязанность раздобыть точно такие же четки, но здесь, вдалеке от Парижа, это нелегко сделать. Я обратился к торговцам драгоценностями из королевской свиты, в ларцах которых всегда можно отыскать прелестную вещицу в подарок, но они не знают, кто из ювелиров или золотых и серебряных дел мастеров мог изготовить такие роскошные четки, как те, что подарили вы…
Анжелика внимательно слушала де Гиша, одновременно следя за тем, как бы не промочить тонкие туфли. С самых первых нерешительных слов молодого человека она спрашивала себя — куда он клонит. Но он замолчал, и, казалось, ему больше нечего добавить.
Анжелика задумалась, стараясь понять ход мыслей графа и чего, собственно, он хотел. Она ответила, что подарками занимался ее муж, именно он привез их в Сен-Жан-де-Люз, а что до четок, то она не имеет ни малейшего представления о том, кому из ювелиров или золотых и серебряных дел мастеров супруг поручил выполнить такую работу.
Должно быть, это какая-то особая гильдия мастеров, и только у них можно найти или заказать подобные предметы.
Анжелика догадалась, что разочаровала графа — от нее было мало проку. Внезапно ей в голову пришла мысль, и она немедленно высказала ее своему спутнику. Сегодня утром, направляясь к Бидассоа в павильон на Фазаньем острове, она заметила недалеко отсюда, чуть в стороне от города на французском берегу, довольно большой лагерь торговцев и маркитантов[78], один из тех, которые всегда можно встретить в расположении армии, на ежегодных ярмарках или во время политических встреч и религиозных празднеств.
Среди них, несомненно, найдутся один или два представителя той самой гильдии ремесленников и продавцов предметов культа, четок, медальонов и крестов, которые смогут назвать вам славное имя мастера, способного изготовить драгоценные четки особой, тонкой работы. Слухами земля полнится, а кроме того, в этих краях сильно религиозное влияние паломничества в Сантьяго-де-Компостела.
Ведь здесь, на западе, — единственное место в недоступной цепи Пиренейских гор, где старые или больные паломники могут пройти в Испанию к заветной цели их усилий и покаяния, не преодолевая ужасный перевал Сомпорт, но зато рискуя увеличить число покаянных молитв.
Внимательно выслушав Анжелику, фаворит Месье заметно приободрился, словно она решила важную задачу, от которой зависела вся его карьера, если не жизнь.
Прохожих стало меньше, улица опустела — знак того, что они приближались к кварталу, где остановились граф и графиня де Пейрак. В этой части города было спокойно, в отличие от центра, жители которого, казалось, не нуждались в отдыхе ни днем, ни ночью. Узнав дверь своего отеля, Анжелика вздохнула с облегчением. По приглушенному свету, мягко струящемуся из маленьких окон, и царившей в доме тишине она догадалась, что все домочадцы уже вернулись и крепко спят.
Неспешная прогулка пошла молодой женщине на пользу. Недомогание оставило ее. Анжелика даже забыла, чем оно было вызвано. Однако ее мысли все еще путались.
Измученная необычными открытиями и странными встречами дня и взволнованная наполненной тревогами ночью, Анжелика начала сомневаться в своей способности рассуждать здраво, до сих пор не понимая смысла речей графа, но при этом не переставая удивляться тому, что молодой дворянин тратит столько сил на поиски каких-то четок, причем принимается за дело с таким пылом, словно бросается в атаку.
— И это все, о чем вы хотели поговорить со мной? — спросила она. — О четках? Вы серьезно?
— Мадам, есть ли в мире вопрос более серьезный и достойный обсуждения, чем набожность?.. Почему вы не верите мне? Вы предпочитаете, чтобы я подобно всем остальным осыпал вас комплиментами. Я бы с радостью делал это, если бы не дружба с графом де Пейраком, которой я так дорожу.
— О нет, нет… Конечно, нет! — вскричала Анжелика. — Вы очаровательны, мессир де Гиш! Вы так мне нравитесь!
И она бы охотно расцеловала его в обе щеки, но тут дверь отворилась и появившаяся на пороге Марго увлекла госпожу внутрь дома.
Анжелика успела только помахать графу де Гишу на прощанье. Она удивилась, почувствовав, что нетвердо стоит на ногах, так как считала, что совсем немного выпила на ужине у короля.
Марго, не проронив ни слова, помогла ей подняться по лестнице на этаж, где находилась спальня супругов де Пейрак.
Жоффрея в комнате не было. Но ведь он предупреждал, что задержится. Да и она сейчас не в состоянии размышлять о причине его отсутствия. Анжелика была так измотана, словно целый день шла пешком или скакала по тропинкам Черной Горы или Корбьер, и даже хуже, потому что это была другая, непривычная усталость. Усталость с оттенком страха и тревоги, которую невозможно понять и от которой ей никак не удавалось избавиться.
Проворно раздев госпожу, служанка протерла ее тело влажной губкой, смоченной в ароматной воде, а затем помогла надеть очень тонкую батистовую рубашку.
Анжелика упала на предназначенную для них с мужем немного узкую постель. Она спала как убитая, ведь ничто не восстанавливает силы лучше, чем безмятежный сон юности.
Когда она открыла глаза, от усталости, вызванной вчерашними развлечениями и страхами, не осталось и следа. Анжелика чувствовала себя совершенно здоровой и счастливой.
Босиком она выбежала на балкон.
* * *
Оттуда она заметила какое-то движение на улице и увидела мужа, а спустя миг, преодолев спящий дом, он был рядом с ней, радуясь, точно молодой любовник, улучивший мгновение, чтобы встретиться с возлюбленной.
