class="p">Я стискиваю зубы и пытаюсь не расплакаться, когда заканчиваю мыться.
Его слова не будут иметь значения.
Он не знает меня, и Лэндон тоже.
Но теперь моя внутренняя Омега пробудилась, и она ничего так не хочет, как продолжать проводить время с ними обоими.
Она хочет утонуть в их ароматах. Она хочет вытащить все свои одеяла из шкафа и создать на своей кровати огромное удобное пространство, куда она сможет пригласить обоих детективов.
Разочарованно рыча, я выключаю воду и выхожу из душа. Я заворачиваюсь в свое самое пушистое полотенце, энергично вытираясь. Ткань задевает мою половую железу, и я вскрикиваю.
Это даже более чувствительно, чем вчера.
— Черт, — бормочу я, когда сильная судорога пульсирует в моем чреве. Я хватаюсь за стойку в ванной для опоры и дышу, превозмогая боль.
Этот Жар будет ужасным, и во всем виноваты эти глупые Альфы.
Я открываю аптечку и достаю обезболивающее, приготовленное специально для моего Жара. Затем я быстро одеваюсь в выцветшие темные джинсы и простую черную рубашку, которая знавала лучшие дни.
Это идеально для работы, учитывая, что к концу смены я, скорее всего, буду вся в кофе.
Я принимала душ дольше обычного, но потом осталась в своей комнате, как трус, не в силах смотреть в лицо Риверу и его обвинениям.
Когда я больше не могу ждать и мне пора идти в кафе, я собираю свои влажные волосы в пучок, затем хватаю куртку Ривера со стула, мое лицо пылает. Сделав глубокий вдох, я открываю дверь своей спальни и выхожу в коридор.
Я узнаю запах Лэндона еще до того, как заворачиваю за угол, но мои глаза расширяются, когда я наконец вижу их.
Девин и Бен стоят в моей гостиной вместе с детективами. Глаза Девин красные и опухшие, Бен тихо разговаривает с Лэндоном, а Ривер хмурится.
Все замирают, когда я вхожу в комнату.
Что-то ужасно не так.
Они нашли ее; она, блядь, мертва. Ты сделала недостаточно..
— Что случилось? — Мой голос низкий и устрашающе спокойный. — Где она?
Она мертва. Это твоя вина. Ты не проверила ее в тот вечер..
Девин закрывает лицо руками и рыдает. Бен притягивает ее ближе и что-то шепчет ей на ухо, а она кивает.
Лэндон и Ривер оба смотрят на меня. Губы Ривера вытягиваются в тонкую линию, и Лэндон вздыхает.
— Они нашли машину Эйприл, — просто говорит он.
— …хорошо, — говорю я. — Но они не нашли ее. — У меня по коже бегут мурашки. — Они не нашли ее, — повторяю я, мои глаза горят в глазах Лэндона.
Он качает головой. — Они этого не сделали, Скайлар. Но…
Девин снова всхлипывает, и я чувствую на себе пристальный взгляд Ривера, когда я смотрю на Лэндона. — Но что?
— Но это плохой знак, — извиняющимся тоном говорит он.
Я моргаю, не понимая. — Ну? Она была в машине?
— Нет, — говорит Ривер. — Бен нашел это и составил отчет.
И Лэндон, и Ривер продолжают пялиться на меня, и, наконец, я срываюсь.
— Если ты не собираешься нам помогать, то можешь уходить, — рычу я, швыряя в него куртку Ривера. — Потому что мне нужно кое-что сделать. Кто-нибудь сказал Тэмми? Мне нужно навестить ее.
Я составляю мысленный список. Я могу снова позвонить на новостные станции, опубликовать посты в социальных сетях и распечатать больше листовок.
Я создам ощущение срочности. Теперь люди, которым раньше было все равно, могут внезапно захотеть принять участие.
Я испеку еще печенья. Я могу это сделать.
Я могу это контролировать.
— Прошу прощения, — выдыхаю я, протискиваясь мимо Ривера на кухню. Озноб пробегает по моему телу, и я ловлю себя на дрожи, когда открываю блокнот с рецептами и просматриваю тот, который, по моему мнению, мог бы хорошо подойти для выпечки.
Кто-то зовет меня по имени, но у меня слишком сильно болит голова, чтобы отвечать.
Исчезающий Красный бархат.
April’s абрикосы.
Я могу купить немного абрикосового варенья..
Теплая рука касается моего плеча, и я вскрикиваю. Я поворачиваюсь и вытягиваю шею, чтобы посмотреть в лицо Лэндону, на его лице запечатлена озабоченность.
— Скайлар, — говорит он низким голосом. — Ты сейчас никуда не можешь пойти. Ты все еще выздоравливаешь.
Я толкаю его в грудь, кончики моих пальцев соприкасаются с твердыми мышцами под его идеальной белой пуговицей без складок. — Ты не должен указывать мне, что делать. Ты меня не знаешь, и уж точно не… помогаешь…
Воздух вырывается из моих легких. Мои зубы стучат, а руки дрожат, когда Лэндон подходит ближе и хватает меня за плечи.
— Посмотри на меня. Скайлар, посмотри на меня.
Девин произносит мое имя, но я не отрываю взгляда от Лэндона, который ослабляет хватку. — Дыши. Не своди с меня глаз, — приказывает он.
Моя внутренняя Омега слишком горит желанием повиноваться.
Я прерывисто вдыхаю, вдыхая его аромат. Это заземляющая, успокаивающая эссенция, и моя дрожь прекращается через четыре вдоха.
— Хорошо, — хвалит он. — Продолжай смотреть на меня. Только на меня.
Я киваю. — Только ты, — тихо повторяю я.
У меня возникает пугающее желание протянуть руку и провести по его волосам.
— Скайлар, — говорит Бен. Я наконец отворачиваюсь от Лэндона. — Скайлар, я уже сказал Тэмми. И я организую еще один поиск вблизи того места, где мы нашли машину.
— Ты в этом не одинока, — подхватывает Девин, шмыгая носом. — Это не только твоя вина.
Я смотрю на Ривера, который медленно кивает.
— Тебе нельзя водить, — добавляет Ривер. — Мы этого не допустим.
Я вырываюсь из объятий Лэндона и отступаю в сторону от Дэвина и Бена. Я открываю входную дверь и выхожу на подъездную дорожку, отчаянно желая убежать от них.
Почему их это так волнует? У меня слезы наворачиваются на глаза.
Они ведут себя так, будто им не все равно, но они просто собираются уйти.
Так же, как ушла Эйприл. Так же, как ушел Джейсон.
Все уходят.
Я сижу на подъездной дорожке и вытираю лицо. Я не могу попасть в спираль. Если я это сделаю, я могу утонуть в печали и никогда не всплыть на поверхность.
— Скайлар?
Я слышу, как хлопает входная дверь, затем поворачиваюсь и вижу Лэндона, медленно идущего ко мне. Его идеальные черты лица хмурятся, и я отворачиваюсь, чтобы оглядеть окрестности.
Мне всегда нравилось это место. Оно маленькое, но все равно очаровательное.
И теперь оно будет пропитано ароматом Альф, которых я больше никогда не увижу.
Он садится рядом со мной, вытягивает свои длинные ноги на подъездную дорожку и вздыхает.
Я не буду смотреть на него.
Я хочу его слишком сильно.
— Просто уходи,
