моей речи я хватала воздух ртом. Во мне бушевали эмоции. Как же я эгоистична. Я не могу пожертвовать свои собственным счастьем ради своего ребенка, и эта неспособность убивает меня изнутри.
То, что разбудил во мне Дэрэк было неправильным. Мне нравилось то, как он вел себя со мной. Я получала удовольствие от прикосновения его рук, которые в другое время сжимали чьи-то шеи, лишая людей жизни. Он был подонком, но я чувствую себя еще более извращенной, чем он. Мне тошно от самой себя, и, если я оставлю малыша, эта ненависть останется со мной навечно. И рано или поздно она меня сожрет.
Поэтому единственный выход – это зажить обычной жизни и попытаться забыть то, что со мной случилось. Но ребенка Дэрэка не должно быть в моей жизни, как и я в его.
– Я попробую что-то разузнать – на этих словах девушка вытащила свой телефон и вышла.
…
Эти несколько минут ожиданий превратились в столетия мук для меня. Если Анастасия не поможет мне, то я не знаю, кто сможет. Внезапно дверь моей спальни распахнулась, и оттуда вышла Анастасия.
– Существует заклинание ускорения, так что это возможно. Но есть одно «но», – девушка помедлила с явным видом борьбы на своем лице – нет никаких гарантий, что ты и ребенок выживете.
Эти слова ударили меня словно пощечина. Я или ребенок можем не выжить. Если умрет малыш, я себе этого не прощу. Не прощу своего эгоизма, который убьет еще не нарождённое дитя.
– Шансы невелики. Чаще всего умирали мамы, так как их организм не мог выдержать столько нагрузки за такой короткий срок. Сара, за три дня ты почувствуешь столько невыносимой боли от того, что твой организм будет рваться от растущего плода внутри тебя. Ребенок сможет выжить, но ты…у тебя шансов намного меньше – закончила брюнетка с явным унынием.
Я глубоко вздохнула. Никогда не думала, что моя смерть так быстро придет за мной. Но моя решительность была непоколебима. Если я стану вынашивать ребенка весь срок, то для меня это равносильно самоубийству. Так что лучше я убью себя быстро, чем буду умирать на протяжении своей жизни.
– Если малыш выживет, то я согласна. Давай сделаем это.
Анастасия уже хотела начинать спорить, но почувствовав мою убийственную решительность, промолчала.
– Если есть хоть малейший шанс, что все получиться, и мы оба будем живи, то я готова – закрыла я разговор.
Девушка кивнула мне и набрала номер своей бабушки, чтобы узнать все подробности заклинания.
…
После того как Анастасия обложила меня какими-то травами и камнями, она стала разговаривать на неизвестном мне языке, скорее всего на латыни. Девушка стала ходить вокруг меня, а потом остановилась и положила свою руку мне на живот. Когда она прикоснулась ко мне я почувствовала сильный толчок внутри, а потом резкую боль. Так как я лежала на полу, я стала качаться в разные стороны, чтобы избежать этой невыносимой боли, которая огнем обжигала мои внутренности.
Анастасия отдернула руку и посмотрела на меня:
– Все! Заклинание начинает свое действие – прошептала она с испугом на своем лице.
После ее слов я снова почувствовала боль, но она была скорее ноющей, чем резкой. Я встала, не смотря на боль в моем животе. Будто что-то внутри разрывало меня медленно, но верно, и через несколько дней я просто разорвусь на части.
– Сара готовься к худшим дням в своей жизни – проговорила мне девушка с неким осуждением и направилась на кухню.
…
Она не ошиблась. Это действительно было ужасно. Целых три дня ребенок внутри меня рос с небывалой скоростью, а мой живот увеличивался. Я чувствовала, что меня что-то рвет на части буквально каждую секунду. Каждый вздох приносил томную боль. Я не могла есть, не могла спать. Поэтому на третий день моя голова гудела, тело ослабело, а живот вырос так будто я на 9 месяце беременности.
– Скоро все закончиться – уверяла меня Анастасия. Все время она была рядом со мной, не отходя от меня ни на минуту. Я смотрела в ее карие глаза и понимала, что это девушка делает для меня. В такие моменты я бросалась ей на шею и благодарила за ее помощь.
Но потом чувства заглушала боль. Снова и снова я не могла думать ни о чем, кроме ноющем чувстве в моем животе. Я глядела в отражения в зеркале, и сомнения колебали мою уверенность. Кожа бледная с каким-то смертным оттенком, глаза опухшие и лихорадочные, щеки впали, заостряя скули на моем лице.
Я была одной ногой в могиле, я это чувствовала. Я могу умереть всего через несколько часов. Я не только выглядела как ходячий мертвец, но и чувствовала себя также. Все потеряло интерес и единственное, что меня беспокоило, это ощущения в моем теле. Только боль не давала мне забыть, что я все еще жива.
И потом, снова отгоняя страшные мысли из своей головы, я вставала на ноги и впихивала в себя куски пищи без аппетита и эмоций.
И наконец, мои страдания подошли к концу и начались новые. Схватки.
– Анастасия! – закричала я, когда в моей спальне у меня отошли воды. Девушка вывела меня в гостиную и уложила на стол.
Внезапно дверь раскрывается и вбегает Габриэлла.
– Привет, Сара – девушка моментально начинает помогать подруге, пока я с открытым ртом наблюдала за ней. Что она здесь делает?
– Ты что думала, я позволю тебе рожать без компании? – ухмыльнулась девушка, раздвигая мои ноги.
– Спасибо – прошептала я, чувствуя ее поддержку.
Последние три дня были просто раем по сравнению с 5 часовыми родами. Анастасия пыталась уменьшить боль с помощью заклинаний, но особой разницы я не чувствовала, так как боль была жуткая. Внутри будто все загорелось адским огнем и начало плавиться.
Я пыталась выдавить из себя этого ребенка, но он упрямо не хотел вылезать.
Я хотела упасть в обморок, хотела потерять сознание, но не могла, поэтому я прочувствовала всю боль до последней капли. И когда, наконец, ребенок был рожден на свет, и первые его крики разразились по квартире, я смогла с облегчением заснуть.
После тех страданий, которые я пережила за свою странную беременность, я удивляюсь, как я вообще проснулась и осталась в живых.
…
– Джим, ты должен взять этого ребенка – повторила я уже во второй раз. Он все еще не мог поверить в то, что я сижу перед ним с его мелким родственником на руках.
– Он твоя семья.
