class="p">Я погладила листок бумаги и почувствовала тепло исходящее от него. Он прикасался к нему и все слова, написанные в письме, удвоились в своей эмоциональности.
Я почувствовала слезы на своих щеках и даже немного чувства вины за то, что так быстро оборвала нашу с ним связь. Но горечь постепенно ушла от меня, когда пришло осознание. Я не могла окончить свою человеческую жизнь в 18 лет, так и не прожив ее. Я бы не простила себя за упущенные возможности именно моей жизни. Я бы не окончила университет, не нашла работу, не познакомилась бы с мистером Конаном и всеми остальными. Я бы просто погрузла в рутине вампирского мира и во всем бы зависела от короля вампиров -Натаниэля.
Пусть он и дорог мне, но свобода важнее. Эта моя жизнь, мои взлеты и падения, и все здесь зависит от меня, а не от моих возлюбленных. И я не жалею, пусть и пережила много бед, но все же я сейчас жива, а значит я выиграла. Я снова победила бой со смерть, и мне это чертовски нравиться.
– Ты не рассказал им о случившемся? – спросила я Майкла, явно намекая на мою беременность.
– Нет, просто сказал, что еду за Габриэллой и мог бы передать тебе что-то. Не думаю, что тебе сейчас нужна их жалость к тебе.
– Ты прав. Спасибо – улыбнулась я ему.
Я потянулась к другой записке на этот раз с печатью в виде щита. Знак стражей. Я узнала его, так как видела пару раз его на булавке Дилана. Я не ошиблась. Это действительно был он. Еще один дорогой мне человек.
Привет,
Я не очень хорош в письмах, но уверен при встрече я бы смог сказать тебе больше, чем эта писанина на дурацкой бумажке.
Надеюсь, ты можешь разобрать мой отличный почерк, а то было бы весьма печально, если бы все мои старания были напрасны.
Во-первых, Сара, я жутко соскучился. Без тебя в особняке стало как-то пустынно. Нэйт постоянно работает, либо топит свои горечи в бутылке хорошего виски, либо в объятьях Селены. Но мне -то тоже не просто. Мало того, что я потерял тебя, так я потерял и друга. Своего единственного и лучшего друга, который есть в моей никчемной жизни. Мне даже поговорить не с кем. Так что бы по душам, понимаешь? Поэтому я и пишу тебе. Что бы хоть как-то выместить свои переживания в надежде, что мне станет лучше.
Но с каждым днем все хуже и хуже. Ситуация накаляется, люди встревожены и в замешательстве. Они не знают кому верить, монархии, которая всегда использовала народ в своих личных целях или выскочке, который хочет произвести глобальный переворот. Я каждый день нахожусь среди народа и чувствую их страх. Страх перед неизвестностью. Они не знают, что будет дальше. Простое восстание или настоящая война? И кто тогда выиграет? Думаю, никто. В каждой битве есть жертвы, и мы с Нэйтом, как никто другие, это понимаем, но к сожалению, ничего поделать нельзя. Либо сдаться и умереть, либо бороться и убивать. Третьего не дано.
Понятия не имею, что произойдет дальше. Может, мы подавим восстание и вернемся к прежней жизни, а может мы умрем в битве за власть, но могу сказать тебе точно, я буду защищать Нэйта до последнего своего вздоха.
И также хочу тебе сказать то, что не говорил, когда была такая возможность, но говорю сейчас, так как боюсь, другого шанса, может и не настать. Я не могу забыть тебя, Сара. Пытаюсь отпустить тебя, но все тщетно. Каждый раз, когда меня подстерегает опасность, я думаю о тебе, каждый раз, когда я ложусь спать, я думаю о тебе. И так продолжается уже много лет с тех пор, как мы встретились. И боюсь, даже тогда, когда мое сердце перестанет биться (хотя фактически оно уже давно перестало бить удары), оно все ровно будет любить тебя.
Безнадежно твой,
Дилан Кэйдж
– Ох уж эти вампиры старомодны, как всегда. Даже письма от руки пишут – пробормотала рядом со мной Габриэлла, но потом умолкла, увидев подпись Дилана в конце письма.
Я отложила письмо и закрыла глаза, сдерживая рыдания, которые назревали внутри меня. Я скучаю за ним. Скучаю за ними обоими. Несмотря на то, что я считаю, свое решение верным, я все ровно хочу увидеть их.
Прочитав письмо Нэйта, я успокоилась за их положение, но теперь, перечитывая записку Дилана, я понимаю, что Нэйт скрывает правду, и все далеко не так хорошо, как он пишет. Всегда он скрывает что-то, играет со мной в эти игры. А Дилан как обычно обескураживающе честен и благороден. Насколько они разные, но оба играют большую роль в моей жизни. И я бы также хотела сыграть свою роль в их жизни, помочь им с проблемой восстания. Но что я могу сделать?
Майкл с Габриэллой, видимо, заметили мое замешательство и решили как-то меня развлечь.
– Не изводи себя милая. Они разберутся, как всегда. Поверь мне, если они вместе, они непобедимы – стал успокаивать меня Майкл.
– Почему ты так думаешь? – спросила я, подавляя комок в моем горле.
Мужчина лукаво улыбнулся.
– Позволь я поведаю тебе одну историю. Она о двух сильных мужчинах, которые спасли друг друга.
…
Густой туман покрывал весь Вашингтон. Люди спешили куда-то, встревоженные последними событиями. Назревала настоящая война между Севером и Югом, и абсолютно каждый житель Америки был обеспокоен тем, как разборки в стране могут повлиять на них самих. Люди спорили, каждый отстаивая свою точку зрения, одни поддерживали нововведённые статьи о правах чернокожих, а другие боялись за свои личные интересы.
– Как это они будут нам равны! Они же негры! – такие оклики слышались очень часто по всей стране, поэтому такие слова уже никого не удивляли и не задевали.
Кроме одного человека на улице, который шел неспешным шагом к себе в квартиру, чтобы выслать деньги своей семье, которая осталась на далеком Юге. Там, где он не смог найти себе места, где его презирали из-за его нечистого происхождения, а точнее из-за его матери, которая была чернокожей.
Она была обычной рабыней с прекрасными кудрями и большими карими глазами, может, именно из-за этого ее и полюбил богатый владелец хлопковых плантаций. Так и появился на свет мальчик с маленькими черными кудрями, шоколадными глазами и смуглой кожей.
Он рос на плантации своего отца, часто помогая своей матери с работой на поле. Несмотря на любовь владельца
