постоянно думал о том, что алкорцам всё же удастся захватить замок, а ему нужно было остаться в живых, сохранить своих людей и уберечь сокровища, которые он сюда привёз.
— Это значит, что лабиринт нужен был ему, как укрытие? — повернулся к нему Марк. — Если б замок захватили, он ушёл бы туда вместе со своими людьми?
— Именно. Только ему было известно, как пройти по нему безопасно. В то же время для врагов это должно было стать непреодолимым препятствием. Поэтому вход в подземелье замаскирован, а в самом лабиринте множество смертельных ловушек.
— Но ведь он не знал, сможет ли выбраться оттуда, — задумчиво произнёс Марк. — Сколько он и его люди могли выживать в подземелье со скудными запасами еды и воды? И если он взял с собой сокровища, то лишь для того, чтоб в случае его смерти они всё же попали в руки его брата Анри. Значит, он должен был быть уверен, что Анри сможет пройти по этому лабиринту и найти место, где спрятаны люди и сокровища.
— Именно об этом я и говорю. Принц Себастьян должен был всё устроить так, чтоб по лабиринту не смогли пройти его враги, но смог бы его брат.
— Значит, есть определённые подсказки на пути, которые бесполезны для алкорцев и при этом были бы понятны принцу Анри, — сделал вывод Марк, внимательно взглянув на Аргента.
Он понял, что тот намеренно говорит всё это при рыцарях Чёрного зеркала, которые даже повернули в его сторону головы. Он подтверждал, что пройти по лабиринту можно, если найти те самые подсказки, и при этом обращался к Марку, давая ему тем самым ключ к этим подсказкам. Ему было известно больше, чем им. Он теперь знал, что лабиринт был построен во время осады, то есть его секреты никак не связаны с алхимией. При этом ранее Аргент намекнул, что во время осады занимался головоломками, столь популярными в те годы при королевском дворе. Марк вспомнил, как король Арман дал ему старинную книгу с головоломками, и велел разгадывать их перед сном. Там были и рисунки лабиринтов, придуманных королём Анри.
— Именно потому ты взялся за это? — спросил он. — Потому что был уверен, что устроив в лабиринте смертельные ловушки, принц Себастьян должен был оставить и знаки, благодаря которым их можно преодолеть?
— Если мы увидим и поймём эти знаки, то доберёмся до цели, — пожал плечами алхимик. — Если ошибёмся, то умрём, и для этого не понадобятся ни кинжалы, ни яд.
— Но вы же обещали, что проведёте меня туда! — воскликнул граф де Бланзак.
— Я обещал попытаться, — спокойно взглянув на него, произнёс Аргент. — Думаю, у меня может получиться, но стоит помнить одну простую вещь: этот лабиринт построен очень умным, коварным и жестоким человеком. Как вы помните, он своими руками убил собственного отца, прекрасно понимая, к чему это может привести. Он мог быть беспощадным даже к себе и своим близким, представляете, что он приготовил для своих врагов?
— Прекратите пугать нас! — взвизгнул граф.
— Я не пугаю, я предупреждаю. Впрочем, выбора у нас нет. Давайте попросим наших гостеприимных хозяев отвести нас куда-нибудь, где можно поспать хотя бы пару часов. Может, это будут последние спокойные и безмятежные часы в нашей жизни.
— Вы!..
— Хватит! — перебил графа Марк и посмотрел на стоявших у дверей рыцарей. — Ваш магистр обещал, что нам дадут несколько часов отдыха. Мы долго шли по горам, а, судя по тому, что сказал только что наш алхимик, нам понадобится ясный ум и хорошая реакция.
— Идите за мной! — скомандовал один из рыцарей и направился к двери.
Их развели по узким кельям без окон, в каждой из которых стояли низкая жёсткая кровать, грубо сколоченные стол и табуретка, и оставили там в одиночестве и темноте. Марк сразу же лёг и закрыл глаза. Он знал, что перед любым нелёгким испытанием, будь то сражение или долгий переход, нужно, прежде всего, выспаться. Потому, отогнав мучившую его тревогу за Эдама, он постарался успокоить чувства и вскоре заснул. Однако сон его был чуток, и едва заскрежетал засов, он проснулся. На пороге кельи появился человек в чёрном плаще, который жестом приказал ему подняться и следовать за собой.
Его привели в низкую сводчатую комнату, где за столом в высоком кресле сидел магистр ордена Чёрного зеркала. Он о чём-то шептался со стоявшей рядом высокой девицей, одетой в такой же чёрный костюм и плащ. На ней не было маски, и Марк с некоторым удивлением посмотрел на её красивое бледное лицо и ярко накрашенные губы. Вскоре привели и его спутников. Джин Хо и Аргент выглядели спокойными и отдохнувшими, а вот для Эдама и графа де Бланзака эти несколько часов, похоже, стали серьёзным испытанием. Впрочем, увидев его, оруженосец тут же выпрямился и кивнул в знак того, что с ним всё в порядке.
— Итак, я полагаю, вы готовы отправиться в путешествие по подземному царству, — с некоторой ехидцей проговорил магистр. — Я дам вам провожатых, которые будут наблюдать за вами и в случае чего помогут вам или убьют вас. Вы сами понесёте свои запасы, потому что мои рыцари — не прислуга. Командовать экспедицией будет моя дочь Виола. Думаю, вас не введёт в заблуждение то, что она женщина. Она ловко владеет кинжалом и может справиться даже с сильным мужчиной. В ваших интересах, чтоб она вернулась к нам вместе с вами невредимой, потому что её жизнь стоит столь дорого, что заплатить за неё вы сможете только собственной кровью, — он холодно усмехнулся, взглянув на Марка, а тот получил подтверждение, что магистру известно содержание их разговора в трапезной.
— Мы приготовили для вас запас еды, воды и масла для ламп, — сообщила Виола низким мелодичным голосом. — Всё это уложено в мешки, которые мы вам дадим. Верёвки и инструменты понесут мои люди, чтоб у вас не возникло искушение воспользоваться ими не по назначению. Что ещё вам нужно?
— Мел, чтоб оставлять пометки на стенах в лабиринте, — проговорил Аргент и вопросительно взглянул на Марка.
— Бумагу и свинцовый карандаш, — добавил тот. — Я хочу зарисовать наш путь. Это поможет разобраться в строении лабиринта. И захватите бальзам для ран и ткань для перевязок на случай, если кто-то всё-таки попадёт в ловушку.
— Хорошо, — кивнула она. — И запомните, нас будет больше, чем вас. Все мои люди отлично обучены и хорошо вооружены, потому даже не надейтесь, что сможете с нами справиться.
— Зачем нам это, если для того, чтоб выйти отсюда, нам придётся вернуться к вашему отцу? —
