– Ты готова умолять, потому что ничего не можешь контролировать. – Нагнувшись, Джаред поймал мочку моего уха зубами. – Затем ты задержишь дыхание, как всегда делаешь на грани оргазма. Черт, я уже знаю, как работает твое тело.
И потом я это сделала. Прогнула спину, втянула воздух, потому что отчаянно нуждалась в его прикосновении. Я была готова молить об этом.
– Бьюсь об заклад, ты сейчас невероятно влажная, – прошептал он. – Я хочу увидеть, как ты кончишь.
Достав пульт, Джаред увеличил скорость вибрации.
Я охнула, почувствовав дикую пульсацию.
Черт.
Несколько человек сели перед нами. Я посмотрела на Джареда. От страха сердце забилось быстрее.
– Не здесь, – взмолилась я, нервно оглядываясь по сторонам.
Зал не был забит до отказа, в нашем ряду и сзади никто не сидел, но вокруг все равно находились люди.
– Джаред, пожалуйста, – выдохнула я. Мой оргазм приближался; желание сводило меня с ума.
Я хотела оседлать его, прижаться лбом к его лбу и тереться о него, пока не довела бы себя до финиша.
Проклятье!
– О, Боже, – пискнула я, прикусив губу, чтобы заглушить стон.
Однако Джаред взял инициативу на себя.
Подхватив под руки, он перетащил меня к себе на колени, в обратную позу наездницы, чтобы мы оба смотрели на экран.
– Тэйт, – выдохнул Джаред, покусывая мою шею. – Не стесняйся передо мной.
Его рука проскользнула под мою свободную белую блузку, потом под лифчик и накрыла грудь.
– Черт, кончи, детка, – тихо прорычал он мне в ухо. – Я хочу слышать твои вздохи, ощутить каждую дрожь.
Откинувшись назад, я уткнулась лицом ему в шею, дыша быстро, прерывисто. Руки Джареда, словно стальные оковы, обхватили мою талию, крепче прижав к себе.
Я начала прижиматься задницей к нему, усиливая действие вибратора. От трения о его джинсы на моей коже наверняка останутся ожоги, но мне было так чертовски приятно.
– Джаред, – судорожно всхлипнула я. – Джаред, я люблю тебя.
После этого я перестала дышать, чувствуя пик оргазма. С затаенным дыханием, я вздрагивала и терлась об него, отдавшись ощущениям, а потом сдавленно вскрикнула напротив его шеи.
Мое тело дрожало, грудная клетка наконец-то поднялась и опустилась, втянув порцию воздуха, а волна удовольствия поднялась вверх от бедер к груди.
О, Боже.
Стоны и крики, которые я обычно испускала, растеклись по моему телу, не имя другого выхода, отчего все мышцы сокращались и расслаблялись.
– Боже Правый, – выругался Джаред мне в ухо, удерживая меня, пока мое тело содрогалось от оргазма. – Я люблю тебя, Тэйт.
Измотанная и уставшая, я запрокинула голову ему на плечо.
Повернувшись, завладела его губами. Кто знает, сколько времени прошло. Трейлеры закончились, начался фильм, а я просто целовала Джареда, чувствуя, что больше от жизни мне ничего не нужно.
Вот все, что я хотела делать. Лишь любить Джареда Трента.
Я наконец-то отстранилась, пытаясь отдышаться, и улыбнулась.
– Было весело, – сказала счастливым тоном. – Когда мне представится возможность понаблюдать за тобой?
19. Мэдок и Фэллон: утро после первого раза
Я завожу руку за спину, подхватываю простыни, собравшиеся у меня на талии, накидываю их поверх наших голов, блокируя бледный свет луны, падающий на ее лицо. Она такая красивая.
– Зачем ты это сделал? – спрашивает Фэллон; явное беспокойство слышится в ее слабом голосе.
– Чтобы ты видела только меня.
Не дав ей шанса ответить, накрываю ее тело своим, целую в губы. Она стонет и крепче сжимает бедрами мою талию. Я дышу ею, ощущаю ее запах и вкус. Мы все еще в джинсах, но мне безразлично, насколько далеко зайдет дело, лишь бы Фэллон не прекратила то, что происходит сейчас. Даже если мы больше ничего не сделаем сегодня.
Безумие просто. Поверить не могу, что все происходит в действительности. Более того? Поверить не могу, что это настолько приятно. Фэллон смотрит на меня по-другому, и мне это нравится.
Она то и дело оглядывается по сторонам, ее обеспокоенные глаза и поверхностные вздохи, вероятно, спровоцированы тысячей разных голосов, утверждающих, что то, чем мы занимаемся – неправильно, но это не так. Нет ощущения, будто мы поступаем неправильно. Поэтому я укрыл нас простыней.
Мы не в ее спальне. Моя комната не находится напротив по коридору. Спальня наших гребанных родителей не расположена шестью дверями дальше. Мы просто узнаем друг друга в первый раз. Без их дерьма. Она и я. Фэллон и Мэдок. Больше никого.
Я прислоняюсь лбом к ее лбу, обхватываю ее лицо ладонями, провожу пальцем по кольцу в губе.
Грудь Фэллон резко вздымается и опадает.
– Мэдок, – сдавленно произносит она. – Я…
– Шшш. – Я приподнимаю голову и опираюсь на одну руку. – Смотри на меня, ладно?
Ее тревожный взгляд встречается с моим, она обхватывает руками мою талию.
– Это ощущается правильно, разве не так? – спрашиваю, стараясь успокоить Фэллон, и провожу тыльной поверхностью пальцев по ее обнаженному животу. – Так хорошо?
Ее тело дрожит под моей рукой. Я запускаю ладонь под ее задницу, крепко прижимаю к себе.
– Не останавливай нас, – шепчу я, снова прислоняясь лбом к ее лбу. – Ты это начала. Пожалуйста, не останавливайся теперь.
– Я… – Она сглатывает. – Мэдок, я… Я боюсь.
Я улыбаюсь сам себе.
– Я тоже, – признаюсь. – Но сейчас хочу быть только здесь, больше нигде.
Упираясь обеими руками в подушку по сторонам от головы Фэллон, я припадаю к ее губам, держу ее как можно ближе к себе, ощущая каждый сантиметр пылающей кожи. Ее губы двигаются синхронно с моими, она целует меня в ответ. Знаю, нам положено бояться стольких вещей, но мне все равно. Вот, чего я хочу. Впервые в жизни это ощущается правильно.
– Я не хочу быть в другом месте, Фэллон, – говорю, легко прижимаясь бедрами ей между ног.
Она стонет; ее веки, дрогнув, опускаются.
– Я тоже, – шепчет Фэллон.
***
Обернув полотенце вокруг талии, я подошел к зеркалу в ванной, стер с него конденсат. От нервного напряжения в животе все сжалось. Я пытался проигнорировать звуки открывавшихся и закрывавшихся в доме дверей.
Наши родители проснулись.
Прошлой ночью я оставил Фэллон после того, как она уснула, и сейчас чувствовал себя дерьмово из-за этого. Не знал, следовало ли мне остаться; я не хотел, чтобы она проснулась в одиночестве после того, что мы сделали, но в то же время боялся уснуть, на случай, если Эдди войдет в комнату.
