– Ну, мне не нравится, что все эти мальчишки ошиваются тут, – резко заявила Патриция. – Около Фэллон. Это небезопасно.
Я заметил, как Фэллон моргнула и едва не подняла глаза, но затем передумала. Почему она не смотрела на меня? Тысячи различных страхов закружились в голове. Она разозлилась? Боялась?
Или хуже. Сожалела?
Поставив миску на стол, я подошел к ней. Мне было нужно, чтобы Фэллон на меня посмотрела. Ее спина напряглась, однако я все равно приблизился, задев ее руку своей. Сегодня она выглядела иначе. На Фэллон была та же самая одежда, минимум макияжа – я не мог сообразить, как именно, но она изменилась.
Сегодня все было по-другому.
До меня донесся голос отца.
– Мэдок не позволит никому из своих друзей и близко к ней подойти, – сказал он Патриции. – Верно?
Даже не глядя, я знал, что последние слова папы были обращены ко мне. Я посмотрел на него, но при этом незаметно положил руку на спину Фэллон и провел ладонью по ее талии.
– Кроме меня никто не приблизится к Фэллон. – Я улыбнулся.
Она судорожно вздохнула. Моя рука проскользнула под ее футболку, пальцы коснулись нежной кожи спины.
Отец поднялся.
– Что ж, мне пора в дорогу, – сказал он, кинув салфетку на стол.
Фэллон подняла голову, заглянула мне в глаза. Она так нервничала, что мне захотелось вновь накрыть нас простыней.
– Я сегодня переночую в Чикаго, – сказал отец, пока мы с Фэллон смотрели друг на друга. – У меня завтра рано утром назначено несколько встреч…
– А что я должна делать? – возразила Патриция, последовав за ним из кухни.
Когда они оба скрылись за дверью, Фэллон покачала головой.
– Мэдок, – произнесла она предупредительным тоном, только я больше не мог терпеть.
Схватив за руку, потянул ее к двери, ведущей в подвал. После того, как мы ступили на лестницу, захлопнул дверь.
Развернувшись, я обхватил рукой талию Фэллон, притянул спиной к своей груди и припал губами к ее шее.
– Мэдок, перестань! Наши род… – Приподняв ее подбородок, завладел ее губами. Прижался к ней своим стояком, уже бушевавшим в штанах.
– Просто вспомни, Фэллон. – Мне необходимо знать, что ей понравилось. – Что все случившееся между нами прошлой ночью было по-настоящему.
Я провел ладонью вверх и вниз по ее телу, лаская бедра, которые не могли насытиться мной всего шесть часов назад.
Моя рука проскользнула Фэллон между ног, поверх джинсов. Она застонала, прижавшись ко мне.
Да, это было по-настоящему.
– Мэдок, остановись, – взмолилась Фэллон, однако отстраняться не стала.
– Я хочу еще. – Я сильнее надавил ладонью ей промеж ног. – Ты до сих пор меня чувствуешь? – прошептал. – Я был здесь, Фэллон, и ты не можешь этого изменить. Я был здесь. – Начал поглаживать ее. Хоть она и застонала, все равно оттолкнула меня.
– Хватит. – Развернувшись, Фэллон уперлась руками мне в грудь. – Нас застукают, Мэдок. Мы не можем опять это сделать.
– К черту их, – прорычал я. – Мы ненавидим наших родителей. И позволили этой ненависти встать между нами. Вчера ты впервые действительно меня увидела, а я впервые обратил внимание на тебя. Я хочу вновь это почувствовать, – признался. У меня во рту пересохло. Фэллон – словно наркотик. Я хотел погрузиться еще глубже. Хотел больше времени проводить с ней, когда она не злилась на меня, а я не злился на нее.
– Останься со мной сегодня, – настоял я.
– Что ты имеешь в виду?
– На хрен школу, – выпалил я. – Останься со мной. Давай сядем в мою машину и просто поедем кататься, или… – Я обхватил ладонями ее щеки, продолжив шепотом: – Или спрячемся в одной из гостевых спален наверху, где Эдди нас никогда не найдет. Мне без разницы. Лишь бы я мог прикоснуться к тебе в любой момент, когда вздумается.
Я наклонился, поцеловал ее, поглотив тихий стон. Начал покрывать шею Фэллон поцелуями, как только она дала мне доступ.
– Что тебе нравится во мне? – спросила она тихо. Я замер.
Подняв голову, я увидел, как Фэллон смотрела вниз, где стоял мой старый рояль. Я не знал, каким образом ответить на данный вопрос. Полагаю, я не был толком знаком с ней. Но она мне нравилась.
Черт. Да, в этом не было никакого смысла.
Развернувшись, Фэллон посмотрела на меня и поинтересовалась:
– Почему ты не хочешь идти в школу? Потому что не сможешь открыто общаться со мной там?
Я покачал головой.
Я не стыдился ее. Хоть мы и не были настоящей семьей, но все-таки, она ведь моя сводная сестра, черт возьми. Разумеется, я не мог прикасаться к ней в школе.
– Я как рояль, – подметила Фэллон, указав в сторону подвала. – Лучше, если спрятана, да?
– Все совсем не так, – возразил я. – Прошлой ночью были только ты и я. Только ты и я. Только мы, и это было чертовски здорово. Не анализируй сверх меры.
Она отвернулась. Страх явно читался в выражении ее лица, когда Фэллон поспешно вышла обратно в кухню. Эдди загружала посудомоечную машину и, скорее всего, предположила, что мы занимались чем-то безобидным в подвале.
Фэллон подняла свой рюкзак.
– Эдди, я готова ехать в школу, – протараторила она, натянув лямки на плечи.
Но вмешался я.
– Я ее подвезу, – сказал, заметив удивленное выражение Эдди.
Никогда не возил Фэллон в школу, однако сегодня определенно хотел это сделать.
– Серьезно? – уточнила Эдди, обрадовавшись.
– Нет, – выкрикнула Фэллон, хмуро глядя на меня. – Я хочу, чтобы меня отвезла Эдди. Как обычно. Мне не нравится, как ты водишь, – заявила она, сжимая лямки рюкзака.
– Он хочет подвезти тебя, – начала убеждать Эдди. – Позволь ему.
– Нет, – Фэллон двинулась к двери. – Я подожду в машине.
Эдди вытерла руки, а я сжал кулаки. Если продолжу настаивать, это покажется подозрительным. Но я не мог отступиться.
Попытаюсь дать ей несколько дней, пусть успокоится. Только я хотел, чтобы Фэллон снова оказалась у меня в руках.
Подойдя ко мне, Эдди похлопала ладонью по моей груди.
– Ну, спасибо, что предложил подвезти ее, Мэдок. Приятно видеть, что ты наконец-то ведешь себя, как хороший брат.
Запрокинув голову назад, я протяжно выдохнул.
Отличный способ убить эрекцию.
20. Воспоминания Мэдока
– Фэллон, – окликаю я тихо, осторожно крадясь в ее спальню.
Она сидит на кровати, опираясь спиной на изголовье и подогнув колени. В комнате темно, если не считать неяркого света прикроватной лампы. Я вижу, как она отрывает взгляд от книги, которую читает.
– Я… я… эмм… – запинаюсь, чувствуя себя круглым идиотом. Зачем, черт возьми, я сюда пришел? Она полностью игнорировала меня с прошлой недели, когда мы в первый раз занялись сексом. В то время как я не мог перестать думать о ней.
