— О, Джонни, привет! — развёл я руками, будто хотел обнять старого знакомого.
— Вы обознались, мист…
— Не кричи! — процедил Витя, подойдя вплотную, обнимая приятельски парня и приставляя тридцать восьмой к его животу.
— Что случилось? — глаза паренька в животном ужасе округлились, и он выронил сумку с едой.
— А вот этого нам не надо! — спохватился я, быстро поднимая котомку разносчика из грязи, — Не бойся! Пройдёшь с нами, посидишь часочек в одном месте и всё. Будешь кричать — получишь пулю.
Признаться, я не собирался стрелять в него. И ребятам дал ту же команду. Гробить неповинных людей, которые тебе не угрожают — не моё кредо даже и близко. Если бы парень сейчас заорал, то мы бы дали дёру, вырубив его. И всё. Искали бы другой склад или возможность. Но он сделал всё как надо. Закрыл раззявленный рот и уже собирался поднять руки, когда его одёрнул Витя:
— Руки по швам! Не отсвечивай. Делай вид, что знаешь нас. Вперёд.
Это на всякий случай. Вдруг кто-то сейчас вывернет из-за угла на пустынной улице. В тупичке я снял с парня куртку. Почти до колен с высоким воротником — как раз чтобы долго ходить по ветру. Ему вручили старую тёплую робу, которую припёр Мишка, а после связали.
— Как тебя зовут?
— Бен…
— Приятно познакомиться, Бен. Через час я позвоню в полицию и скажу — где ты находишься. Сегодня нет мороза, ты не должен замёрзнуть за это время. Это тебе за неудобства. Извини, мы не особо богаты.
Я вложил парню в нагрудный карман хрустящую пятёрку под неодобрительным взглядом Вити, закатившим глаза. Ничего-ничего, мой экономный друг, так надо! Пусть полиция и мафия думают, что мы залётные Робин-Гуды. Матёрые преступники вряд ли стали бы размениваться на такие мелочи. А особо отмороженные вообще, умножили бы парнишку на ноль. Следом я заклеил Бену рот. Глаза у него были просто обалдевшие от происходящего.
Идея самому вызвать полицию пришла ко мне сегодня. Задумался о том, что это будут дополнительные проблемы для владельцев склада. Они законников не любят. И те будут путаться у них под ногами, отвлекая внимание от поиска «грабителей». Пять долларов для Бенни — это и мои извинения за неудобства, и одновременно взнос в копилку для запутывания образа налётчиков.
Не случайно я сказал Бену про то, что мы не жируем. Это тоже для «протокола». Мы сможем увезти только один грузовик с виски. Всё остальное останется на складе. Всё должно выглядеть так, словно новички пошли на такое дело от тяжёлой жизни. При этом матёрыми гангстерами не являются. Последней мысли я даже усмехнулся. Ведь мы и правда никакие не матерые грабители.
— Ну что ж. Начали. Миша, вы выезжаете следом через минуту после того, как я уйду. Смотрите — не проспите.
— Шутишь?
— Ну всё! Погнали! — я поправил сумку с оружием на плече и сделал несколько вдохов-выдохов. Впереди меня ждал охраняемый склад мафии…
— С Богом! — ни с того ни с сего выдал Рощупкин.
Глава 10
Налет
Нда, такое себе пожелание на преступные дела. Но Мишка волнуется, его можно понять. Вон, до белого каления в костяшках сжимает свою лупару. Главное, чтобы они дров не наломали. Витя выглядит более собранным. Понятно, что знаменитым молодым гангстерам этого времени, типа Мейера Лански, вообще семнадцать лет, как и мне, и они уже стоят не на низовых позициях криминального мира, но подобные парни в этой среде «варились» с детства. А тут мои ребята только в начале пути.
Я вышел из тупичка и пошёл вдоль дороги. До склада метров триста, он на параллельной улице. Надо пересечь промышленный квартал, а там уже наступит час «икс».
А удобная куртка у этого разносчика не только для такой скверной погоды, но и для нашего «дела»! Я поднял как можно выше толстый воротник и забрался туда носом. Кепку Бена надвинул на глаза. Сумку с едой через грудь перепоясавшись. В ней лежит заряженный револьвер. Ладони в глубину больших рукавов, спрятав от холода. Расставил в стороны, иду вразвалочку. Ни дать ни взять — пингвин замёрзший и никакой угрозы не представляющий.
А вот и нужный склад. Улица пустая — где-то далеко в её конце пара прохожих. Топают в сторону от меня. Это хорошо. Тут и делать-то сегодня нечего в нерабочий день. Подходя к сторожке, носом зарылся в воротник, а сумку перевесил почти на живот. Пусть видят логотип булочной. Дверь открылась, и навстречу мне вышел уже другой охранник. Наверное, смена поменялась. Пальто не надел, топчется, потирая руки. Холодно на улице. Оружия при нём не видно — наверное, осталось в конторке. Беспечные ребята. Хотя чего им бояться? Разносчика еды?
— Холодно! Давай быстрее Бенни! Жрать уже охота! Ты сегодня почему-то не спешишь, — забухтел на меня мужик.
Я промычал в ответ нечто нечленораздельное, а сам поглядел на конторку, расстёгивая сумку. Около двери в окошко не будет видно — что происходит. Поэтому они и по двое. Охранник, который вышел, явно итальянец. Смугловат, усиков нет. У них вообще в мафии, насколько я помню, даже внешний вид регламентировался. Местные, кто эмигрировал давно — бреются почти всегда. Косят под американцев, чтобы не вызывать лишнего внимания. Сицилийцы, напротив, часто носят небольшие усики. А среди корсиканцев бывают настоящие колоритные усачи и даже с бородами. Первые, насколько я помню, со вторыми ещё как-то работают. Третьих не любит вообще никто. Спасибо Марио Пьюзо за весь этот багаж знаний в моей голове. Никогда не думал, что эти, казалось бы, незначительные вещи в его книгах — пригодятся и мне. Кстати, он пока даже не родился. А интересно было бы познакомиться в будущем…
— Полтора бакса твои, — охранник чуть нагнулся, копошась в кармане.
«Вэбли» выскользнул из сумки и очутился в моей руке. Ствол уставился прямо на итальянца.
— Пикнешь — нажму на спуск, и яйца твои на пол упадут! — я не нашёл ничего лучше, чем процитировать любимого персонажа известного фильма в моей прошлой жизни. Мозг сам собой как-то подкинул. Фраза ёмкая и доходчивая. И говорить я старался как можно ниже и грубее.
— Ты чё, щенок? — изумился гангстер.
— Руки, чтобы я видел. Повернулся, стал около двери. Живо! Не дёргайся и будешь цел.
— Да ты хоть знаешь, чей это бизнес? Кто ты? Ирландец? Тебя найдут уже завтра! — но к стене всё-таки повернулся.
— Не болтай лишнего, — я осмотрел пустую улицу, в ста метрах быстро бежали следом Витя с Мишкой. Я толкнул дверь, — Заходи. Молча.
Он лишь хмыкнул и ступил внутрь. Дверь я оставил открытой. Небольшой коридорчик. По пути из-под стоячего воротника поднял платок и нацепил на нос. Теперь можно не прятать половину лица в воротнике. Справа проход в сторожку. Оттуда донёсся голос:
— Сонни! Почему так долго?
Я впихнул внутрь охранника с поднятыми руками. Бегло осмотрелся. Небольшая комнатка. Спиной ко мне и лицом к окошку, выходившему на ворота, сидел напарник моего «пленного». На столе пепельница да старые газеты вместо скатерти. Примус, коробки с патронами и дробовик. Вроде бы «Винчестер модель 12». Достаточно известная штука. Простая, но зато надёжная как молоток. Пальто обоих итальянцев висели на вешалке — треноге. На стене плакат хренового качества с голой мадемуазелью. Грудь необъятная. И вообще, дама в теле.
— Не запускай холод, закрой дверь, Сонни, что за… — охранник обернулся, и его глаза расширились от удивления.
Я со всей силы ударил рукоятью револьвера по затылку первого. Благо она у этой версии «Вэбли» массивная. Вырубить не вырубил, но от неожиданности он упал на колени, схватившись за голову. Мда, силёнок у моего реципиента ещё маловато. Ствол тут же перекочевал и уставился в грудь второму, который было дёрнулся рукой к наплечной кобуре:
— Сядь где сидел! Руки поднять! Хоть один крик и тебе конец!
— Ты что, идиот? Ты понимаешь, на кого наехал? — зарычал второй охранник.
Старые песни о главном… Я примерно этого и ожидал. Сзади послышался топот ботинок. Мишка с Витей влетели в коридорчик. Вытащили стволы. Громов плотно закрыл дверь на улицу и задвинул её на небольшой засовчик. Под тремя пушками пыл охранников сразу поубавился, а руки поднялись выше. А то, признаться, я заволновался, что они попытаются поиграть со мною в ковбоев.
