В машине было четверо гангстеров. Сто процентов они. Одежда не из бедных, свободного покроя, чтобы носить оружие скрытно. На лицах буквально на секунду отразилось удивление при виде наших рож, закрытых платками.
— Дави! Дави! — скомандовал я Мишке, и он тут же утопил педаль, разгоняясь в сторону ворот.
— Стой! За ними! Быстро! — раздался крик позади, еле слышный сквозь ревущий двигатель нашего грузовичка.
Мишка свернул направо, да так, что я заволновался — не перевернёмся ли мы? Друг резко затормозил, и я выскочил наружу, распахивая дверь. В неё тут же запрыгнул Витя, выбежавший из конторки сторожей. Я заскочил следом на подножку, попутно заорав Рощупкину:
— Ходу — ходу!
Но Мишке не нужны были лишние команды. Я залезал внутрь уже когда грузовик начал движение. Улица позади осветилась фарами только через секунд пятнадцать. «Джордан» длиннее Фордов. Ему, чтобы развернуться во дворе склада, понадобилось время. Но в том, что они нас догонят на прямой — я не сомневался. Машина очень мощная. Только появилась и очень прилично дороже, чем «Модель Т». Но тут разницы для нас нет — даже юркий маломощный Форд догонит гружёный грузовичок.
— Нам конец! — проорал Мишка.
— Следи за дорогой! Поворачивай — где можешь! Лесенкой по улицам уходи! По прямой они нас обгонят сразу, — лишь прокричал я в ответ, перекрикивая ревущий, как раненый кабан, двигатель.
Главное сейчас — не дать им поравняться с нами или обогнать. Тогда нас просто изрешетят.
Мишка бросил грузовик в поворот, и он наклонился так, что шины на боковых колёсах сдавило до предела. Это вам не двадцать первый век с его технологиями. Я даже испугался, что они слетят с колеса. Но Рощупкин снова показал, что быть водителем у него в крови. «Джордан» вошёл за нами в поворот с притормаживанием — ему тоже сложно такие виражи закладывать из-за длины и набранной скорости. Однако машина бандитов тут же начала догонять нас. Раздался первый выстрел. Пуля прилетела в кузов. Следом бухнул дробовик. «Картечь» ударила туда же. Пара дробин проскрежетали по борту. Одна разбила стекло со стороны Мишки. Он лишь пригнулся, вцепившись в баранку. Глаза раскрыты, напряжён до предела.
— Витя! Револьвер! — скомандовал я, а сам высунулся в окно и дал три неприцельных выстрела в машину преследователей. Стрельба с их стороны на несколько секунд стихла, а тачка ушла в сторону, уходя с линии обстрела за кузов нашего авто. Гангстеры поняли, что и сами могут попасть под огонь.
Новый поворот, и Мишка отправил грузовик почти в занос. Я был вынужден схватиться за борт, чтобы удержаться. Как только поворот был пройден, крикнул:
— Держи ровнее!
— Тут короткий проезд! — ответил друг.
— До упора держи, говорю!
— Хорошо!
Я дождался, когда «Джордан» повернёт за нами, уже целясь более менее нормально. Один за одним послал заряды «картечи» в преследователей. Они чуть сбросили скорость. Я даже вроде увидел треснувшее стекло. Прилетело им, но мало и неточно. Зато немного отстали. Рука на автомате начала выгребать патроны из сумки, заряжая дробовик по новой.
— Поворот!
— После него остановись!
— Что⁈ — обалдел Мишка.
— Я говорю — остановись! Витя — револьвер сюда. Бери второй дробовик и за мной. Вот! Держи! Как только покажутся на глаза — пали по машине. Не старайся прицелиться. Понял?
— Понял… — нервно ответил Витя, подал мне мой «Вэбли», и схватился за «весло» другого Винчестера. А я в спешке запихивал в камору новые патроны. Сколько успею. Тут не до жиру.
Мы ушли опять в занос, а затем Мишка ударил по тормозам. Я больно ударился плечом о край рамы, не успев схватиться за что-нибудь. Тормозной путь был адский. Бутылки в ящиках предательски звякнули. Но как только грузовик остановился, я выскочил наружу. Револьвер отправился в карман, и я отбежал в сторону, давая «оперативный простор» для Вити. Он выпрыгнул следом и взял на прицел выезд с поворота. Пара случайных зевак в спешке побежали к проходам в соседние дворики и в подъезды, увидев двух парней с оружием и лицами, закрытыми платками.
«Джордан», визжа на всю улицу, вылетел из-за поворота, и гангстеры увидели нас. Их водила тут же ударил по тормозам, но мы уже открыли огонь с двух стволов. Просто по машине, держа её на прицеле.
— Двигайся! Не стой на месте! — проорал я Вите и медленно пошёл, чуть пригнувшись, в направлении останавливающегося авто. Не прямо, а по косой линии. Превращаться в статичную мишень в таких ситуациях нельзя.
Бухали дробовики. Лопались стёкла, сыпались фары, «картечь» мяла двери. Из машины раздались хлопки выстрелов, сопровождаемые вспышками. Только бы по Вите не попали! Я отстрелял весь боезапас дробовика, перебросил его в левую руку и выхватил револьвер. «Вэбли» хлёстко выдал полный барабан. Я целился туда, где находился водитель и боковое стекло. Последние две пули отправил в капот и в колесо. Насчёт двигателя не знаю, а вот шину повредил. «Джордан» всей тяжестью слегка опустился на переднее левое колесо. Стрельба из дорогого авто прекратилась.
— Уходим! Быстрее!
Вите не надо было повторять дважды. Он уже залезал внутрь кабины. Подхватив удобнее дробовик и прыгая на подножку, я прокричал:
— Валим!
Мишка дёрнул грузовик, и мы покатили по улицам Брукхайвена. Рощупкин пролетел несколько перекрёстков, потом сбросил скорость и пошёл петлять, постепенно приближаясь к пустырю.
— Ты цел? — это я Вите, — Не задели?
— Нет, всё в норме…
— Можете снять платки.
Друзья послушно выполнили команду. Лица у обоих были бледные как смерть.
— Сейчас стошнит! — внезапно объявил Витя.
— Терпи казак — атаманом будешь! Доедем — делай что хочешь, — тревожно предупредил его я.
Спустя несколько кварталов Мишка перестал ехать лесенкой и уже покатил нормально. Окна оставили открытыми. Сейчас ребятам явно нужен свежий воздух. Первая перестрелка в их жизни. До пустыря доехали без приключений. Затем выключили фары, перенесли оружие и деньги в кабину и принялись перегружать виски. Четыре ящика побиты. Где просто разбились, а два, похоже, пострадали от выстрелов погони. Ещё один бросили там же.
В наш «Шевроле» влезло только сорок ящиков. В принципе, тот результат, на который я надеялся — был достигнут. И Витя всё-таки опорожнил содержимое желудка. Ну это нормальная реакция организма. Сказки про Рэмбо в первом же бою мне тут рассказывать не стоит. А то, как послушать — каждый первый со стальными яйцами перекусывает металлический канат.
Запасная канистра с горючкой в грузовике бандитов тоже пригодилась. «Трофейное» авто, обстрелянное гангстерами, облили и подпалили. Так и поехали к нашему «складу», оставив позади уже растущее зарево. Фары включили только через квартал. Зачем какому-нибудь случайному зеваке на пустыре давать возможность разглядеть наши номера. Если эти зеваки там вообще были. Я вот никого не заметил. Уже проезжая Манхэттен, остановились около телефонной будки. Я опустил жетон в прорезь. Набрал номер. Прижался к стеклянной дверце спиной:
— Полиция Нью-Йорка. Слушаю Вас.
— В тупике на пересечении Кранк-стрит и Девятой линии в Брукхайвене я видел связанного мужчину. Возможно, его ограбили.
— Принято. Отправляем патруль. Как Ваше имя, сэр?
Но я уже повесил трубку. Выдохнул. И только тогда вспомнил о словах гангстеров. Склад принадлежит Лучано… Неужто это тот самый Чарли «Счастливчик» Лучиано? Будущий глава «комиссии семей» мафии Америки. Сердце сдавили острые коготки тревоги. Нет, мы сделали все, чтобы нас не нашли. Надо отбросить эти неприятные мысли. На сегодня всё. Поездка в Западную Вирджинию для сбыта нашей добычи ждёт нас…
Уже по пути Мишка вдруг крякнул и ударил себя по лбу:
— Лёш, сколько времени?
— Час ночи…
— Ну это… С днём рождения тебя, дружище!
Я даже в ступор впал. Точно! «Мне» же теперь восемнадцать…
Да, почти что вот такого красавца пришлось размолотить нашим героям. Джордан 1919 года… Душа плачет, но что не сделаешь ради сюжета!
