что с каким-то пойлом намешана? Нет уж, спасибо — ответил я.
— Артём и это успел рассказать, — расстроился Седой, убирая флакон. — Вот паршивец мелкий, всё веселье испортил.
— И как это у тебя, с учётом смены формы, всё это не разбилось? — спросил я.
— У всех свои секреты, — ехидно ответил Седой, повернулся и зашагал по переулку.
Я, в общем-то догадался в чём подвох, но вслух озвучивать не стал.
* * *
К моему удивлению, Артём оказался на своём месте, вполне бодрый. А ведь со всем недавно был в весьма плачевном состоянии. Пока мы подходили к его столу, где народу было куда меньше, чем днём, остались, в основном, только охотники, Артём гневно, немигающим взглядом смотрел на Седого, а тот, в свою очередь, довольно улыбался.
— Рассказывай, старый пройдоха, что за гадость ты мне дал? — тут же сказал Артём, без всякого приветствия.
— Ну, так помогло же? — ухмыльнулся Седой.
— Помогло, — ответил Артём, — Так помогло, что я теперь заснуть не могу и дважды по шлюхам сходить успел!
— Тут уже у всех разные побочные эффекты, — сказал Седой, посмеиваясь, явно что-то недоговаривает. — У тебя выходит, вот такой. Но ты не переживай, часам к четырём утра действие исчезнет, и ты спокойно заснешь. Прямо здесь! — рассмеялся Седой.
— Какой же ты изверг бываешь. — сказал Артём, потом прищурился. — Так значит, ты не послушал меня и как стемнело пошёл с Седым шляться по улицам?
— Да, каюсь и горько об этом жалею. — ответил я, наблюдая, как Седой достаёт бутылки со своим вином.
— Что-то вы рано вернулись, — буркнул Артём, глядя на меня. — Рассказывай, где набедокурить уже успели?
— На тридцать девятой, — устало сказал я, упёршись локтями в стол.
— Он что, тебя тоже к фанатикам повёл? — спросил Артём, разворачивая трубку из платка.
— Да, забросил нас в самое пекло. — ответил я. — Давай не будем об этом, тут вопросы больше к Седому.
— Да знаю я, что спрос тут с этого пройдохи, — продолжил бурчать Артём, поджёг трубку, затянулся и глянул на Седого, разливающего вино с фиолетово-розовым оттенком по стаканам, которые успел принести Борода, пообещавший принести чего-нибудь поесть из еды. — Ты же понимаешь, насколько теперь фанатики забегают?
— Ну подумаешь забегают, — ответил Седой, двигая наполненный бокал к Артёму. — Я планирую покончить с этим делом за неделю, их беготня будет мне на руку. Не забивай себе этим голову, лучше вина моего попробуй.
— Ну нет, хватит с меня выпивки, — сказал Артём. — Прошлой ночи хватило.
— Двадцать с лишним лет это вино хранилось в ожидании своего часа, — сказал Седой, глядя на курящего трубку охотника. — Не стоит отказываться от такой возможности. К тому же, мы празднуем вторую победу за эти дни. А ещё я много чего выяснил за эту ночь. И поделюсь с тобой информацией только если ты выпьешь этот бокал.
— Знаю я эти твои уговоры, — сказал Артём. — Как пьянчуги на хуторе, ей богу. А, чёрт с ним, давай, тебе в радость будет всё в секрете держать, знаю, что не скажешь ничего если не выпью.
* * *
К рассвету я кое-как доковылял до дома Лены. Не столько от выпитого, сколько от усталости, накатившей новой волной к утру. Мана без снадобий долго восстанавливается, и сейчас будет лучше, если я лягу спать. Но мне ещё не терпелось узнать новости о том, как всё прошло в доме комбата, видимо, придётся отложить этот разговор на потом. Я вообще не уверен, что мне кто-то откроет в такой-то час и всё же…
Я негромко постучал в дверь чёрного хода. В ответ услышал только тишину. Постучал во второй раз. Снова тишина. Поняв, что все крепко спят и настойчиво будить Лену будет невежливо, я собрался было уходить, как за дверью раздались быстрые шаги, а затем звук отпираемой двери.
— Заходи, — сказала Лена, улыбаясь. Даже в ночной рубашке, со слегка спутанными волосами, она, как всегда, была прекрасна. Я зачем-то поклонился и послушно прошёл внутрь, чем позабавил красноволосую красавицу. — Тебе повезло, что я чутко сплю. Так бы тебе пришлось возвращаться к себе ночевать.
— Да, повезло. — ответил я, идя по коридору. — Как у тебя всё прошло?
— Завтра об этом поговорим, — сказала она, взяла меня за руку, но остановилась. — Это что, кровь? Да у тебя вся одежда в следах крови!
— Ночь непростая была. — устало сказал я.
— Так, завтра расскажешь об этом, не сейчас. — сказала Лена, приложив палец к моим губам. — Живо снимай всю одежду, я брошу её Таисии, она всё отстирает. Боже, у тебя и волосы в ней. Пошли мыться.
— А может это тоже до завтра подождёт? — с надеждой спросил я, раздеваясь.
— Не подождёт, — сказала Лена, взяла мою одежду и отнесла, оставив меня в нижнем белье в коридоре. Довольно скоро она вернулась, взяла меня за руку своей изящной ручкой, словно я малое дитя, и потянула наверх. — Моя постель священна, не дам её пачкать кровью не пойми кого. Сейчас наберу воду.
Достаточно быстро Лена подготовила расписную серебряную ванну, я же устало наблюдал за тем, как изащно и быстро она это делает, создав воду буквально из ничего. Она решила не будить гувернантку и позаботиться обо мне сама, не знаю почему. В очередной раз взяв меня за руку, она буквально усадила меня туда, достала из тумбы какое-то средство, чей цветочный аромат доносился издалека, налила его на свою нежную ручку, встала позади и принялась намывать мою голову. Как никогда прежде я познал все прелести принятия ванны: на одной голове Лена не остановилась, пусть и делала это быстро.
— Эй, ты чего, — нежно спросила она меня, наклонившись ко мне и поцеловав, когда я чуть было не провалился в сон, то ли от усталости, то ли от заботы и чувства безопасности, которые ощутил, оказавшись в её руках. — Рано ещё засыпать. Похоже ты и правда совсем валишься с ног. Вставай, я тебя оботру и пойдем в постель.
Покончив со всеми водными процедурами, мы прошли к постели, где она бесцеремонно уложила меня, накрыла одеялом, а после и сама прижалась ко
