Почему нельзя учить именно тому, чем будущий работник и желает зарабатывать себе на хлеб с маслом? Вон, говорят, у того же Пушкина в его лицее практически не преподавали математику. Помешало Александру Сергеевичу незнание логарифмов стать великим поэтом? А еще в том лицее учился будущий канцлер Российской империи Горчаков. Тоже великий человек, очевидно, был, если его фамилию, в отличие от многих других, помнят через полтора века после его кончины.
Впрочем, это я отвлекся. О чем угодно мысли вот так, от волнения, начинают приходить в голову. А поволноваться мне есть о чем: сегодня, чуть ближе к вечеру должен состояться мой первый выход в свет. Я, конечно, не девица на выданье, для которой успех на этом мероприятии — едва ли не главная ступень в обустройстве всей ее последующей жизни, но и для меня благожелательные контакты с прочими власть имущими будут очень важны.
Раздался ожидаемый звон напольных курантов, стрелки часов достигли нужного положения.
— Пошли, Сергей, — объявил отец, поднимаясь из-за стола, — покажем, что род Буревых еще рано сбрасывать со счетов.
И таки да, у нас сегодня с родителем один бенефис на двоих. Помимо представления меня в качестве своего наследника, светлейший князь Буревой намерен продемонстрировать, что наложенное на него «не снимаемое» проклятие, должное в весьма скором времени свести его в могилу, растворилось практически без следа. Разумеется, далеко не все присутствующие на балу эти признаки сумеют рассмотреть. Способность видеть ауры, как и прочие разновидности магического зрения, — штука не частая и является родовым даром всего в двух или в трех семействах из всей империи. Но многим показывать и не нужно. Остальное разнесут слухи.
Слухи вообще — страшная сила. Вот вроде бы, сведения от того древнего артефакта, стоящего в подвалах Старгородского университета, что родство с двенадцатью самыми значимыми родами нашей империи определяет, — вообще считаются строго конфиденциальными. Однако этот факт ничуть не помешал разгореться недавнему скандалу. Ага-ага, такое впечатление, что ровно четырнадцать лет назад целая куча виднейших сановников империи, включая самого императора, наплевав на все противозачаточные зелья и амулеты, вдруг одновременно ударились в безудержный загул. Результат — поступление на подготовительное отделение университета чуть ли не дюжины их бастардов. Говорят (ага, снова говорят), что императрица метко брошенной чашкой чуть своему царственному супругу голову не проломила, настолько она была впечатлена появлением в их семействе нового, не заявленного ранее, члена.
Правда, у меня на счет этого артефакта, возле которого в прошлом году я активно магичил, регулярно создавая межмировые порталы, имеются свои собственные соображения, но уж ими-то я, разумеется, ни с кем делиться не собираюсь. Императорская чета, в знак примирения, ведь может в голову настоящего виновника такого громкого конфуза и не только чашечкой запустить.
Об этих циркулирующих среди народа слухах меня мой отец просветил. Добавив, что очень удачно мы с ним проскочили до начала их возникновения. Теперь тема признания бастардов для Владимира Второго, в буквальном смысле, является очень болезненной.
— Ну, что, готов? — Прорвался в мое вновь отвлекшееся сознание вопрос родителя. — И-и-и, раз!
Под эту команду мы с ним одновременно с левой ноги шагнули в портал. Ага, специально этот момент с ним обговорили. В отличие от августейшей аудиенции, явление на бал, пусть даже в императорский дворец, никакими строгими традициями не оговаривалось, потому не стали трястись на машине. Но даже появление из портала на глаза взыскательной публики должно было стать красивым и торжественным.
В этот раз пребывание во тьме безвременья вышло для меня очень коротким, едва заметным. Очевидно, на время пребывания там, сказывается расстояние, через которое перекидывается пространственный портал. Всего один шаг, изображение окружающей меня действительности моргнуло, и я внезапно оказался в самом углу огромного зала, заполненного богато наряженными личностями.
— Светлейший князь Василий Федорович Буревой с сыном и наследником князем Сергеем Васильевичем! — Откуда-то сбоку громыхнул голос церемониймейстера. Кстати, исторический момент: меня впервые князем назвали. Пока я всего лишь наследник, поэтому приставка «светлейший» мне не положена, но даже, будучи сиятельством, чисто формально, по обращению, сравнялся с мужем моей мамочки, а по факту и действующему табелю знатных родов Славской империи даже разом и намного его опередил.
В первые минуты не стал удаляться от отца, сопровождая его в кратковременных разговорах с его ближайшими друзьями и союзниками. Это тоже было заранее оговорено. Вообще, пока не начались танцы, весь мой путь был расписан от и до.
— Какой богатырь! Повезло тебе, Василий! — Восхитился барон Олег Солнцев, как заранее, еще дома, мне отрекомендовал родитель, друг и просто очень хороший человек. — А у меня вот сплошь девчонки получаются.
— Не гневи небеса, Олежа. Три красавицы, которые уже принесли тебе четырех внуков, — укорил отец приятеля. — Продолжателя своего рода ты по любому получишь. Где, кстати, они?
— Кто, дочки или внуки?
— Дочки, разумеется. Внуков у тебя еще рано по балам таскать.
— Лизавета вон, ушла с подружками общаться, Анна сейчас в Лациях вместе со своим супругом в море плещется, а у Марии Сашка засопливил.
— Ну, да, она у тебя с самого начала не любительница была по балам шастать, — кивнул родитель понимающе.
Еще поболтав несколько минут, отец с Солнцевым попрощался. Правда, перед этим смог вытрясти из него клятвенное обещание в самое ближайшее время заглянуть к нам в гости и преподать мне пару уроков боевой магии. Кстати, уроки от одного из немногочисленных первоуровневых боевых магов — дорогого стоят. Собственно, именно это обещание и выставлялось сегодня отцом в качестве одной из самых главных его целей пребывания на нынешнем балу. Ну, кроме обязательного предъявления обществу новоявленного наследника, конечно.
Потом мы еще по нескольким группам людей прошлись. У моего отца за его жизнь скопилась целая куча полезных деловых контактов, так что такое, внешне совершенно бесцельное фланирование, приносило нашему роду очень даже осязаемую и конкретную пользу.…А мне еще и некоторую обузу. У части этих отцовых хороших знакомых за их спинами стояли не только сыновья, которые, как и я, в первый раз вышли в свет, но и дочери. Вот, на пару танцев с ними я и нарвался. Ну, а куда деваться-то, если отец смотрел на меня ожидающе, а девчонки и вовсе совершенно противоречивыми эмоциями фонтанировали.
Так бы я и слонялся почти безмолвно вслед за своим отцом, пока запланированные им встречи бы не закончились, да только в один из моментов я вдруг услыхал возле себя негромкий
