— возмутился я общей несправедливостью жизни.
Только вот отказаться от новых знаний я не смог. Кто знает, когда еще я снова в этот мир попаду, и будет ли в следующий раз обстановка тут такой же безопасной и спокойной, как в этот. Потому решил одновременно на двух стульях усидеть:
— Гуамоко, ты не мог бы в этот раз подавать знания помедленнее, чтобы голова у меня не так сильно болела, — взмолился я.
Не знаю, уменьшал Гуамоко скорость подачи знаний или нет, но когда эта экзекуция закончилась, чувствовал я себя далеко не самым лучшим образом. Меня даже вырвало разок, а уж голова болела, словно в ней поселился целый отряд маленьких гномиков, с размаха лупящих своими огромными молотами по всему, что их окружает.
Кое-как, выпив обезболивающее зелье из своей походной аптечки, вернулся через портал на Землю, принялся ногами затирать расчерченное на земле художество, ощущая, что очень быстро мне становится все хуже и хуже. Поняв окончательно, что кавалер из меня сегодня будет вообще никакой, вновь позвонил Айрис.
— Айрис, прости, моя замечательная, у меня ужасно разболелась голова. Прийти сегодня на свидание у меня не получится.
Очевидно, у Айрис были сегодня на меня какие-то особенные планы. Даже с больной головой и по разговорнику я ощутил охватившую ее обиду:
— Не можешь? Ну, и ладно. Поправляйся! — Бросила она, отключаясь. А я медленно и печально поплелся домой.
Хм, как это часто бывает, стоило мне отменить свидание, на котором мне очень хотелось присутствовать, мое здоровье моментально пошло на лад. Прямо, закон подлости какой-то. Ладно, зато вечером смог сбегать на склад алхимических ингредиентов.
— Извини, Сергей, сегодня радужные крылья у меня закончились, завтра к обеду приходи, — отозвался на мое пожелание бородатый продавец, откуда-то знающий мое имя. Впрочем, поселок же, а у меня дед — не последний в этих делах человек, так что слишком сильно своей известности я не удивлялся.
— А можно заказать, чтобы хотя бы несколько фунтов привезли, — высказал я свое пожелание.
— Несколько фунтов? — Озадачился тот, — ну… хорошо. Может, раскроете секрет, куда вам столько? Сначала твой дед приходил, теперь ты…. Хоть намекни, мне стоит заказать этого товара про запас, побольше?
Пришлось делать самый многозначительный вид, при этом ничего не отвечая прямо, по существу. Мне еще не хватало, чтобы завтра этот милый человек вдвое или втрое задрал для меня свою цену. А так, мало ли, что за новый рецепт мы с дедом открыли.
Глава 8
Как замечательно просыпаться дома, в родной спальне. Во дворце у меня, конечно, тоже спальня очень уютная, и, разумеется, куда богаче обставлена, а уж возможность, проснувшись, поплавать в небольшом бассейне вообще дорогого стоит, но все равно, в спальне своего детства почему-то спится особенно сладко.
Так вот, пробудился я, и первым делом рука сама собой потянулась за разговорником, чтобы с Айрис связаться. Но, разумеется, я вовремя опомнился: совсем рано же еще, ей-то никуда торопиться не нужно, после окончания младшей школы ее родители никуда больше отдавать на учебу или в работу не стали, спит поди, я и без того вчера своим отказом прийти на свидание накосячил, ни к чему злить ее еще сильнее.
Не решившись потревожить Айрис, подумал было о Соколове. Только и тут тоже мимо. Он же, в отличие от меня, продолжает грызть гранит науки в университете города Старгорода, а там часы, по сравнению с Огарево, установлены на пять часов вперед. У него сейчас должен быть самый разгар занятий.
Не найдя, с кем можно связаться, пошел к бабушке, она всегда встает рано, и поговорить с ней, если она конечно, не начинает о чем-то этаком въедливо выспрашивать, бывает очень интересно. Пришел я на кухню, а там прямо посередине кухонного стола блюдо с фаршированными блинчиками, большой запиской, словно полотенцем, прикрытое: «Сережа, кушай блинчики, мы с дедушкой скоро вернемся». И куда это они в такую рань усвистали?
Блинчики ел сам, ими же делился со Златой. Только, чтобы положить ей ее долю, пришлось еще предварительно проверять, какая в том кулинарном шедевре содержится начинка. Бабушка же, по своему обыкновению, всякое ассорти настряпала, а Злата — привереда, сегодня употребляла исключительно лишь блинчики с чистым мясным фаршем, не признавая никакой печенки, сыра и прочих копченостей.
Только успел насытиться, хлопнула входная дверь. Дедушка с бабушкой вернулись и, судя по раздавшимся оттуда молодым, звонким голосам, возвратились они явно не одни. Выглянул из кухни в коридор, какая-то молодая пара. Судя по тому, как молодой человек прилежно хлопочет вокруг дамы, именно пара, а не просто какие-нибудь сослуживцы.
— Что же ты, Сережа, со своей родной сестрой не здороваешься? — Вдруг укорила меня бабуля, заметив, как я выглядываю.
— Э… здравствуйте, — отозвался я, так спервоначалу и не сумев идентифицировать особу, названную бабушкой моей сестрой. Нет, так-то, раз это не Машка, которую бы я сразу узнал, то значит, либо средняя, Анастасия, она этим летом как раз должна была закончить университет, либо на год ее более старшая Ульяна, которая, еще учась на первом курсе университета, была выдана замуж за какого-то северного барона. Но, вот кто конкретно? Сложный выбор, особенно, если учесть, что их обеих я с самого детства уже кучу лет не видел.
— Здравствуй, Сергей, — поздоровалась в ответ моя сестричка и, поняв очевидно, мои затруднения, представилась: — я Настя, а это мой будущий муж, Роман. — А ведь, хоть по внешнему виду и не скажешь, она сильно смущена… и еще смотрит на меня с надеждой, что ли? И, что самое главное, никакой антипатии в мой адрес от нее не исходит даже близко.
Меж тем, к тому времени мы все из коридора в гостиную, на кресла и диваны переместились, Настя решила, что такая странная сцена знакомства брата и сестры нуждается в объяснении и принялась рассказывать своему спутнику о создавшейся в нашей семье довольно странной ситуации. Бабушка тоже не осталась безучастной к этому монологу, и даже дедушка пару раз вставил свои пять копеек.
— … Очень хотела посмотреть на Сережу хотя бы на Машкиной помолвке, — заканчивала меж тем семейную исповедь Настена, — да, сам же знаешь, у нас совершенно неожиданно сроки дипломной практики на две недели перенесли.
Хм, а ведь, похоже, что Настя эту историю не только для своего избранника рассказывает, но и для меня тоже. Хочет,
