шею, приблизилась и поцеловала. Семьдесят лет нашего изгнания – и не только они – как будто стерлись в один миг. Отфильтрованный, не имеющий запаха прохладный воздух корабля заставил вспомнить прошлые времена, и Валка превратилась из угрюмой госпожи Несса снова в девушку-ксенолога, которую я встретил на Эмеше, когда сам был еще подростком.
– И снова в путь, – произнесла она, прижимаясь лбом к моему лбу.
Я улыбнулся ей в ответ и поцеловал.
Люк открылся, и на нас пролился бледный свет.
– Я смотрю, ничего не изменилось, – раздался знакомый голос. – Замечательно. Как будто и ста лет не прошло.
Отавия Корво – семь футов тугих мышц в черной форме капитана – стояла на другом краю платформы. Светлые крашеные локоны завивались вокруг темного лица. Расцепив руки, она широко улыбнулась.
Мы с Валкой отпустили друг друга.
– Лорд Марло, доктор Ондерра, добро пожаловать обратно на «Тамерлан», – с поклоном сказал старший помощник Бастьен Дюран и поправил свои хитрые очки, пряча ироничную улыбку.
– Семьдесят лет, – ответил я, подходя к Отавии для рукопожатия.
– А вы даже не постарели, – ухмыльнулась она.
– Отавия! – отодвинув меня, обхватила великаншу моя спутница.
– Валка! – Капитан, кажется, не ожидала таких крепких объятий, но обняла Валку в ответ.
Должно быть, те из нас, кому выпало продлить себе жизнь, на глубинном уровне так и не свыклись с этим. Как будто наша генетическая память и наши клетки по-прежнему ожидают прожить лет семьдесят, как наши мифические предки, и встреча с Корво и Дюраном после столь долгой разлуки была равносильна тому, чтобы в старости встретить друзей детства и обнаружить, что те ничуть не изменились.
– Уайт и Коскинен готовы вылетать, как только получат разрешение, – сказала Корво, когда они с Валкой закончили обниматься. – Серьезно, Содружество?
– Бывали там? – спросил я.
– Нет, но наслышана, – качнула головой Корво.
– До Фароса я летал с женщиной оттуда, – сказал Дюран, к которому вернулась прежняя сдержанность.
Старший помощник еще до Анитьи и Береники был холоден и неприветлив, а после практически ушел в себя. Если мои приключения с Тихими и мое, говоря словами императора, колдовство способствовало тому, что Бассандер Лин из соперника стал мне почти другом, то с Дюраном вышло наоборот. Я заставил его выстрелить в меня. Когда пуля не нанесла урона, офицер побледнел как смерть. С тех пор старпом старался даже на меня не смотреть.
– Она была странной, – добавил Дюран. – Немногословной. Говорила общими фразами.
– У лотрианцев в языке нет обращений, – ответил я. – Нет имен и титулов. Ни личности, ни собственности.
– Звучит паршиво! – появившись из-за угла, воскликнул Паллино; за ним шагала Элара.
– Пал! – хлопнул я его по плечу.
За годы ссылки я виделся с ним чаще, чем с другими, но расставание все равно было долгим. Я обнял Элару. Если не считать Валки и, пожалуй, Бассандера Лина, они были единственными, кто сопровождал меня с Эмеша – с момента, когда по-настоящему началась моя жизнь.
– Давно вас разбудили? – спросил я.
– Только вчера, – ответила Элара. – Мы думали позвонить, но капитан сказала, что вы заняты с императором.
Она улыбалась мне почти по-матерински. Когда мы угнали «Мистраль» и бросили Бассандера и Джинан на Рустаме, Элара стала нашим квартирмейстером. Они с Паллино так официально и не поженились. Когда я встретил их в бойцовских ямах Эмеша, они были уже в возрасте, но даже когда я сделал их полноправными членами своего дома и подарил вторую молодость, они решили отказаться от формальностей – как и мы с Валкой.
Мы сошли с платформы и вышли в примыкающий к ангару зал. В высокие узкие окна виднелся черно-серебристый силуэт пришвартованного «Ашкелона». На моих глазах три обтекателя и ближнее крыло сложились, прислонились к борту «Тамерлана».
– Что вы там говорили про императора? – спросил низенький бледноглазый человечек с длинными светлыми, почти белыми, волосами.
– И я рад тебя видеть, Аристид.
Коммандер Лориан Аристид кивнул мне в ответ и потеребил серебристую шину, которая не давала его чересчур длинным пальцам выпадать из суставов.
– Император с вами?
– Он в турне по фронтовым планетам, – ответила Валка.
– Мы летим в Содружество по его приказу, – добавил я.
Туго обтянутое кожей лицо Лориана нахмурилось.
– Значит, команда с самого верха, – сказал он, и я понял, что в его голове завертелись шестеренки мыслей. – По-прежнему не дают соваться в пекло?
– Похоже на то, – согласился я.
Коротышка, как никто иной, умел сразу добираться до сути вещей, и это меня несколько нервировало.
– Пришлете кого-нибудь перенести наши вещи? – обратился я к Дюрану и Корво.
Дюран хлопнул себя по груди и, расталкивая остальных, отправился на поиски грузчиков.
– А долго лететь до Падмурака? – спросил я Корво, когда старпом удалился.
Капитан задумчиво поджала губы.
– Сорок три стандартных года с хвостиком.
– Халфорда разморозили? – поинтересовался я, имея в виду так называемого ночного капитана, обязанностью которого было управление «Тамерланом» в межзвездном пространстве, пока основной экипаж находится в спячке.
Корво помотала головой:
– Нет. Корабль слишком долго простаивал. Я решила, что лучше нам самим его встряхнуть. До Гододина семь лет на полном ходу. Там дозаправимся, а потом полетим к Стрельцу, повернем к центру и дальше по рукаву.
– Годится, – ответил я. – Семь лет. Тогда я тоже не буду спать. Мало ли зачем понадоблюсь. Да и с вами пообщаться хочется. Разбудим Халфорда и его команду на Гододине, чтобы они довели нас до Падмурака.
Я вдруг сообразил, что путь по рукаву Стрельца пройдет рядом с Колхидой. Если не получится сделать там остановку, я твердо решил отправить весточки Сиран и Гибсону – если, конечно, те еще живы.
– Для Родерика это, скорее всего, последний рейс, – сказала Корво о коммандере Халфорде. – У него за плечами уже двести с лишним лет активной службы. Когда вернемся из Содружества, все триста наберется.
Половина его палатинской жизни… Я не часто вспоминал о ночном капитане. Несмотря на то что он провел в моем отряде столько лет и однажды даже спас нас от пиратов у Нагапура, я почти с ним не общался.
– Так много, что даже не верится.
– Ага! – воскликнул Паллино. – А кажется, мы еще вчера из мандарийской задницы старины Лина проглоченный аршин вынимали.
– Кстати, привет вам от трибуна Лина, – сказал я Корво.
Она кивнула в ответ. На миг все замолчали, и я продолжил:
– Хорошая новость в том, что миссия у нас дипломатическая. Воевать не будем. Вряд ли экипажу захочется сойти в Содружестве, поэтому нужно будет с пользой потратить время на Гододине. Вы долго пролежали в заморозке, надо хоть немного развлечься.
– Так на Гододине куда
