точно так же как в моей – все, чем была она. Такой обмен в Демархии закончился бы тюремным заключением и помещением в центр переобучения. Но с ее стороны это был компромисс: мы не женились, как хотелось мне, но и не порывали друг с другом, как требовала ее традиционная культура.
Насколько вся наша жизнь состоит из таких взаимных уступок?
– А просто забыть вы ее не могли? – спросил Лориан, крепко обхватив себя тонкими руками и поежившись. – Земля и император! Ну и дубак здесь.
Я захлопнул тяжелую металлическую крышку ящика и сунул руки в карманы:
– Может быть.
Некоторые из наших с Валкой вещей еще не отсортировали. Вокруг меня высились горы ящиков. Большинство я уже обыскал, но нашел лишь одежду и Валкины дневники. Еще в двух бронированных ящиках лежали боевые доспехи, изготовленные для меня на Форуме. Их мы не собирались переносить в каюту, почти не сомневаясь, что в путешествии они нам не понадобятся.
– Кулон, – сказал я, – был в моем старом умывальнике. Я в нем все украшения храню.
– Умывальника я тоже не видел, – уточнил Лориан.
Помощник из него был так себе.
– В том-то и дело! – сорвался я, подбирая полы шинели, чтобы сесть на ящик рядом с низкорослым офицером. – Я и без твоих подсказок заметил, что его нет.
Укутавшийся в плащ Лориан подтянул ноги к груди и был похож на ребенка. Он снова пожал плечами, не разнимая рук:
– Тогда зачем было просить меня помогать?
– Пошлю с Гододина телеграмму на Несс. Не смогу лететь на Падмурак со спокойным сердцем, если не буду знать, где филактерия, – сказал я; так или иначе, меня ждали несколько лет беспокойства, ведь я не мог отправлять или принимать сообщения, пока «Тамерлан» находится в варпе. – Извини.
– Надеюсь, все-таки найдется, – отмахнулся Лориан. – Но скорее всего, кто-то просто забыл пару ящиков, и они теперь собирают пыль на Нессе.
– Лишь бы магнарх не продал виллу, пока меня нет.
– Ну он же не злодей, – с иронией бросил Лориан.
Я не нашелся с ответом. Вероятно, Лориан был прав, и умывальник с филактерией Валки по-прежнему стоял под зеркалом в нашей спальне. В таком случае волноваться не стоило. Анжу с прислугой позаботились, чтобы все в доме было тщательно убрано: мебель и скульптуры накрыли тканью, словно погребальным саваном, все системы отключили, и теперь в пустом доме обитал лишь садовник, ухаживающий за живыми изгородями и рыбками в пруду.
Промолчав почти минуту, Лориан, известный своим болтливым языком, не выдержал:
– Мы правда летим на Падмурак?
Я удивленно моргнул раз, другой, не совсем понимая вопрос:
– А есть другие идеи?
Мне вдруг показалось, что у Лориана были свои причины составить мне компанию.
– Я подумал, может, мы идем в неофициальный рейс.
– То есть пускаемся в бега? – вздернул я бровь. – С чего ты это взял?
Коротышка немного пораздумал.
– Ну, во-первых, это задание – очередное наказание. Не знаю, чем вы занимались, пока мы с ребятами валялись в морозилке, но мало ли, вдруг что-нибудь придумали. Как после Колхиды.
– Ты про Анитью? – уточнил я. – Нет, мы в самом деле летим на Падмурак.
Услышав это, славный коммандер как будто скукожился. Лориан опустил ноги, и они повисли, не достав до пола.
– А я-то думал, вдруг вы с доктором разгадали что-нибудь об этих ваших Тихих приятелях и сьельсинах.
– Лориан, я почти семьдесят лет провел под домашним арестом, потому что император боялся, что Капелла или его собственная жена снова попробуют меня убить. А до этого, если ты вдруг забыл, я десять лет просидел за решеткой. Нет тут никакого подвоха. Никаких тайных планов. Нам дали задание – и точка. Я собираюсь его выполнить и таким образом напомнить императору, что он в долгу передо мной и нашим отрядом. Капелла убеждена, что я угрожаю их могуществу. Они думают, я какой-то пророк. Очевидно, ложный. Они видели, что случилось на Беренике. Теперь нет смысла это скрывать.
Лориан настороженно выпрямился.
– А об этом, – он провел пальцем поперек шеи, изображая обезглавливание, – они тоже знают?
Я успел забыть, что Лориан видел сделанную Паллино запись моей гибели на «Демиурге» и моего очевидного воскрешения.
– Если бы видели, меня бы уже четвертовали на Веспераде или еще где-нибудь. А пока, подозреваю, они считают, что я сфабриковал орбитальный удар Сириани.
– Они что, идиоты?
– Напротив. Они считают, что сомнения – признак ума, – ответил я, сложив руки, и через плотный шерстяной рукав потеребил застежку перчатки. – А вот император ни в чем не сомневается.
– Так ли это? – Лориан наклонился так, что едва не свалился с сиденья.
– Друг мой, когда вокруг тебя сплетена паутина интриг, лучше всего во всем признаться наивысшему представителю власти, готовому тебя выслушать, и надеяться на его защиту.
– Куй железо, пока горячо? – Лориан закинул за ухо шальной локон бледных волос. – Теперь понятно, чем мы последние сто лет занимались.
Тон офицера-тактика меня раздражал, и это отразилось на моем лице.
– Лориан, Капелла едва меня не убила. Императрица со «Львами», этой придворной коалицией, едва меня не убили. Наше новое задание – не наказание. По крайней мере, не только наказание. В Содружестве Капелла не представлена. Мы можем совершить благое дело там, куда летим, и еще на какое-то время избежать попадания в сети политики.
– Как по мне, так это лишний повод слинять, – ответил Лориан и отвернулся. – Дело сделаем – и поминай как звали. В нашем отряде бойцов на три легиона. Корабль ваш, никто из офицеров бунтовать не станет. Если вернемся на Несс, нас опять заморозят, а вас на вилле запрут. Может, магнархом назначат или…
– Бассандер Лин слышал от директора Райнхарта, что император якобы подумывает назначить меня ауктором, – вырвалось у меня.
– Ауктором! – воскликнул Лориан и действительно упал с сиденья, но поднялся с резвостью отправленного в нокдаун боксера, желающего показать, что готов продолжать бой.
Я все равно наклонился к нему, опасаясь, что интус мог пораниться. Состояние здоровья Лориана было таково, что иногда его суставы выпадали, а отдельные участки периферийной нервной системы отказывали на время.
– Ауктором?! – повторил он. – Черная планета! Это шутка?
– Ты цел? – спросил я.
– Все в порядке, Марло. – Лориан бросил на меня уничижительный взгляд. – Не нужно надо мной трястись. – Он прислонился к сиденью, которое так внезапно покинул, и сказал: – Ауктор? Да, пожалуй, это вероятно… Значит, это последний экзамен.
Лориан растер одну руку другой и уставился вдаль бесцветными глазами.
– В точку, – ответил я. – Если считать, что слухи правдивы.
Первой эту версию высказала Валка, спустя около двух месяцев после
