Читаем без скачивания Запретная дверь - Олег Синицын

Заварив чашку кофе, она вернулась в свою комнату и удобно устроилась за столом перед раскрытым томом «Клинической неврологии». Подработка курсовыми и репетиторством позволила ей оставить общежитие и снять эту комнату на окраине Питера. Комната была крошечной, два на три, но с большим окном, из которого вечерами можно наблюдать закат. На шести квадратных метрах умещались кровать, дореволюционный шкаф и небольшой стол, за которым девушка работала, читала книги по психиатрии и неврологии, иногда ужинала. Несмотря на тесноту, Альбина была счастлива. Впервые за много лет у нее был свой дом, впервые она ни от кого не зависела.

В половине седьмого девушка оторвалась от книги, допила остывший кофе, сменила домашний халат на белоснежную блузку и строгую юбку. Подхватила сумочку, в которой лежал мобильник, кошелек, косметичка, карманный словарь синонимов русского языка и травматический пистолет «оса-эгида». Перед тем как уйти, еще раз глянула на журнальные вырезки на стене. Обычно молодые девушки вешают над кроватями постеры поп-исполнителей или кинозвезд — смотря в кого влюблены. Над кроватью Альбины Багаевой висели титульные листы статей из научных журналов. На некоторых из них с фотографий улыбался молодой Андрей Ильин.

Во время утомительной поездки в автобусе, на метро и маршрутке она думала о невероятном событии, которому стала свидетелем. Девушка думала об этом и весь вчерашний день, хотя Андрей Ильин, главный виновник мыслей, активно изображал, будто событие произошло самое заурядное. Больше всего ее поразило, что он никому не рассказывал об удивительной способности, открывшейся в его снах.

В отделение Багаева пришла раньше всех. В маленьком закутке, где переодевались ординаторы, она облачилась во врачебный халат, скрепила волосы заколкой и перекинула через шею фонендоскоп. Год в ординатуре не уменьшил волнения от этой нехитрой процедуры. Преображение из обычного человека во врача было сродни настоящей магии, о которой она мечтала с детства. Ей нравилось переживать эту магию вновь и вновь.

Когда она направлялась к посту дежурной, чтобы прочесть ночные записи в журнале, из лифта вышел Андрей. Точнее сказать, выскочил. Вид у него был слегка сумасшедший, глаза красные от недосыпа, галстук съехал набок. Больные, которых курировала Альбина и состояние которых она собиралась выяснить, напрочь вылетели из ее головы.

— Что-то случилось, Андрей Андреевич?

Она прикусила язык, поняв, что сказала это громче, чем следовало. Оглянулась на пост. Инна, известная сплетница, делала вид, будто страшно занята выполнением отметок в медицинских картах, хотя на самом деле прислушивалась к каждому слову. Ей было интереснее всех, что случилось. Неподалеку, уставившись на конец швабры, терла полы санитарка.

Задранный уголок губы Андрея приподнялся словно в усмешке. Альбина подошла к нему.

— Что случилось? — шепотом повторила она.

Толчком ноги он отворил дверь на лестничную площадку, что рядом с лифтом, и вывел туда ее. При этом, когда его пальцы обхватили плечо девушки, внизу живота у нее на короткий миг пробежала сладкая дрожь.

Лестница пустовала на несколько маршей вверх и вниз. Здесь их разговор не могли подслушать.

— Вам опять снился сон? — спросила она, желая, чтобы он как можно дольше не отпускал плечо. Но Андрей разжал пальцы и вернулся к двери, чтобы плотнее ее закрыть.

— Нет. — Он повернулся к ней. — Я вообще не спал этой ночью.

Альбина ждала, что он скажет дальше. За стеной загудел лифт, кто-то нажал кнопку вызова.

— Теперь я знаю, что происходит со мной. Та девочка, которая мне снится, в которую я попадаю во сне… Эта девочка реальна!

Альбина почувствовала, что не может вдохнуть. Легкие словно окаменели, она не могла их расширить даже на пару миллиметров, чтобы принять хоть немного воздуха.

Во взгляде Андрея плясала сумасшедшинка.

— Она реальна! Она существует! Она где-то живет на белом свете! Понимаешь?

— Почему… — пролепетала девушка. — Почему вы так считаете?

Андрей достал из кармана сложенный вчетверо листок, выдранный из какой-то энциклопедии. Развернул дрожащими руками и показал ей.

На листе была фотография статуи-колосса, высящейся над солнечным городом.

— Прочти, что написано внизу, — попросил он.

— «Рио-де-Жанейро».

— Она живет там! — Его глаза азартно сверкнули. — Она живет либо в городе, либо в пригородах. Не могу сказать точно где — во сне все так условно! Но ты понимаешь, что это значит? Во сне я вижу реальность на другом конце света!

— Глазами девочки?

Он испытующе посмотрел на нее.

— Альбина, я понимаю, что выгляжу как сумасшедший.

— Нет, совсем нет! — запротестовала она, но, заметив, что он раскусил ложь, быстро добавила: — Но, может, это только сон?

— Статуя Иисуса Христа поставлена в тысяча девятьсот тридцать первом году на холме… — Он прочел название из статьи. — «Кор-ко-ва-ду». Во сне я вижу ее в мельчайших деталях. Эта статуя — ориентир, указатель на реальность, сцепка моего сна и нашего мира. Там есть и другие сцепки, просто я в них пока не разобрался.

Он замолчал. Альбина подумала, затем заговорила словно опытный психотерапевт. Она даже удивилась своей уверенности.

— Это может оказаться простым совпадением. Допустим, вы видели статую в телепередаче, рассказывающей о кругосветных путешествиях. Образ отложился в подсознании, забылся, но затем всплыл в сновидении, трансформировавшись в архетипический символ. Думаю, нет смысла объяснять вам, что статуя напоминает образ всемогущего Отца, которая является во снах, когда личности требуются определенные перемены в жизни. Этот образ не может являться доказательством связи вашего сна и мира реальности.

— Ты рассуждаешь правильно, но есть и другие доказательства! — улыбнулся Андрей. Ее сердце растаяло. Андрей улыбался очень редко, в основном выглядел мрачным и обиженным. Но сейчас девушку словно коснулся лучик солнца. — Есть другие доказательства, Альбинка! Когда я находился в девочке, то не понимал ни слова из разговоров мачехи. Знаешь, я не слышу звуков, когда нахожусь в том мире, вообще не имею на него влияния… Так вот, я не понимал ни слова, но видел движение губ. Артикуляция не принадлежала ни русскому, ни английскому языку. Но теперь нет сомнений — язык португальский.

Альбина предприняла новую атаку:

— Вы знаете португальский?

— Нет.

— Тогда почему думаете, что это он?

— Потому что у меня есть третье доказательство. «Lar»!

Девушка вопросительно посмотрела на него.

— Что это?

— Марка производителя соевого масла. Девочка намазывала им туфли перед полировкой. Мне запомнилась банка, желтая такая с красным сердечком и тремя буквами. Всю сегодняшнюю ночь я лазал по Интернету, но в конце концов нашел его. Соевое масло «Lar» производится в Сан-Пауло, цена банки весом девятьсот грамм составляет шестьдесят восемь центов. Та самая банка, то самое масло, без сомнений! Предупреждая твои возражения, сразу говорю, что эта торговая марка не экспортируется в Россию, поэтому я не мог ее видеть ни в магазине, ни в рекламе. Понимаешь, во сне я увидел товар, о котором ничего не знал, но который на двести процентов существует в реальности!

Альбина обессиленно ткнулась лопатками в стену:

— Как такое возможно?

— Не знаю. — Взявшись за лоб, он прошелся по лестничной площадке взад-вперед. — Не знаю. Во второй половине прошлого века проводились эксперименты с медиумами, которые, по их заявлениям, путешествовали вне тела. Им давали определенные задачи, которые требовалось выполнить во время транса. Знаешь, порой получались самые удивительные результаты. Так, физики из группы энергетических исследований попросили медиума Алекса Тану спроецировать себя из его собственного дома, расположенного в одном городе, в лабораторию другого города. Он должен был рассмотреть предметы на чайном столике, затем, после выхода из транса, позвонить и отчитаться об увиденном. По утверждению Тану, он сделал пять рейсов, прежде чем понял, что стол разделен надвое, а все предметы собраны на одной из половин. То, что он рассказал, полностью соответствовало истине — физики разобрали стол, чтобы усложнить задачу. Предметы Алекс Тану перечислил безошибочно. Описывая свои ощущения, он рассказывал, что как бы парил над столиком. Это напоминает описания людей, переживших клиническую смерть.

Андрей крепко зажмурился, словно это помогало ему поднять новые воспоминания. Шрам на щеке выгнулся дугой.

— Доктор Чарльз Тарт из университета этой, как ее… где кино снимают…

— Калифорнии?

— Да, из университета Калифорнии пошел еще дальше. Во время транса он регистрировал физиологические параметры медиума. Эксперимент проводился с женщиной, имя которой неизвестно. Женщина, кстати, путешествовала во сне. Как и я. Когда она засыпала, Тарт помещал над ее кроватью карточку с пятизначным числом, увидеть которое можно было, лишь находясь под потолком. Испытуемая, не с первой, правда, попытки, назвала число абсолютно точно: 25 132. Вероятность случайного совпадения была один к ста тысячам. Тарт утверждал, что во время транса фиксировал и мозговые функции, и движение глаз. Считается, что мозговая деятельность в этот период приобретает новый рисунок, соответствующий чему-то среднему между сном и бодрствованием. Этому состоянию дано название — внетелесный опыт. Хотя во время опытов фиксировалось понижение температуры тела, поверхностное дыхание и глубокое расслабление, пока никто из исследователей не зафиксировал обнуления сигнала мозга. Никто не наблюдал чистого внетелесного опыта, как состояние сомати у тибетских лам.