— Умница ты моя. — Грэм обхватил ее за талию, приподнял и покружил. — С такой помощницей можно напиваться совершенно безбоязненно.
— Лучше все-таки не напиваться, — засмеялась Дельфина. — Разве что иногда.
* * *
В третьем по счету баре Грэм позвонил дочери.
— Я не могу в таком виде явиться домой, — пробормотал он, убирая телефон.
— В гостиницу вам тоже нельзя, — заметила Дельфина. — Поедете ко мне.
— Правда? — Грэм залихватски подмигнул ей. — Никто не будет против?
Дельфина рассмеялась.
— Мы столько с вами работаем, Грэм, а вы ничего обо мне не знаете. Я живу одна.
— Это еще ничего не значит. У такой умной и красивой женщины должна быть куча поклонников.
Дельфина пожала плечами.
— Все поклонники знают, что мое сердце занято.
— Да? А я снова не в курсе. Непорядок в офисе, — захохотал Грэм и щелкнул пальцами официантке. — Девушка, повторите.
— Вы в курсе, Грэм, — мягко сказала Дельфина, — вы просто не замечаете.
Но он был слишком занят изучением своего стакана и ничего не ответил. Когда официантка принесла виски, Дельфина сказала:
— Счет, пожалуйста.
— Какой счет? — запротестовал Грэм. — Мне здесь нравится. Никуда не хочу ехать.
— Нам пора домой. Уже поздно.
Дельфина оплатила счет и вывела шатающегося Грэма на улицу. Он вис на ней, называл ее то Келли, то Эйлин, порывался петь старинную ирландскую песню или объясняться в любви всему миру. Дельфина не без усилий дотащила его до машины и запихнула на заднее сиденье. Она никак не могла понять, радоваться ей или огорчаться. Грэм наконец будет у нее ночевать. Но в таком состоянии, что вряд ли осознает, где он и с кем!
* * *
На следующий день Ягодка пришла в ресторан раньше всех. Она не выспалась и чувствовала себя отвратительно. Полночи она не могла уснуть, потому что переживала события вечера. А еще полночи бегала во сне от Питера, который преследовал ее с явно нечестными намерениями. В ресторане Ягодка накричала на повариху и уборщицу, сделала на пустом месте выговор Трэвису. Чтобы успокоиться, набрала номер Спайка. И после десятого звонка услышала женский голос. Ягодка испугалась и отключилась, а потом ругала себя за трусость и глупость. Спайк наверняка на съемках, а ответила какая-нибудь ассистентка. Немного смущало то, что голос у ассистентки был сонный, но ведь ей могло и показаться…
В полдень стало ясно, что продолжается день не лучше, чем начался. Ровно в двенадцать — как символично, подумала потом Ягодка — в ее кабинет заглянул Трэвис.
— У нас вип-клиент. Тот маленький сухонький тип, который был вместе с мэром. На итальянца похож.
— Он и есть итальянец, — вздохнула Ягодка. — Это Артур Сорелли.
Физиономия Трэвиса вытянулась.
— Не родственник того парня, который…
— Да, — кивнула Ягодка. — Отец.
Ей совершенно не хотелось встречаться с Артуром. Но негласные законы ведения бизнеса требовали от нее быть вежливой с таким человеком.
На этот раз Артур выбрал незаметный столик в углу. Ягодка шла к нему через весь ресторан и гадала, какие у Артура отношения с Питером. Знает ли он о том, что было между ней и Питером? Наверное, нет. Вряд ли взрослый сын делится с отцом подробностями своей жизни.
— Мистер Сорелли, какая честь видеть вас снова в нашем ресторане! — воскликнула Ягодка, подходя к столику Артура.
— Честь для меня видеть вас снова. — Артур взял ее руку и поцеловал. — Надеюсь, вы окажете мне еще большую честь и посидите со мной немного.
Обычно Ягодка так не делала, но любопытство победило. Питер совершенно не похож на отца, и все-таки между ними должно быть что-то общее. Может быть, он все-таки рассказывал отцу о ней, и поэтому Артур так любезен?
Им принесли по бокалу сухого вина, лучшего в погребе «Джеффро». Ягодка чувствовала, что все это неспроста, и с замиранием сердца ждала, когда Артур перейдет от любезностей к делу.
Но, к удивлению Ягодки, Артур заговорил вовсе не о Питере.
— Отличный человек наш мэр, вам не кажется? — спросил он как бы между прочим, но быстрый взгляд, брошенный исподлобья, сказал Ягодке, что светская болтовня закончилась.
— К сожалению, мое знакомство с господином мэром ограничилось двумя встречами, — улыбнулась Ягодка и подняла свой бокал с вином. — Если бы не первая, мы с вами сейчас не смогли бы пить это.
— Но вам бы хотелось узнать его получше?
Ягодка усмехнулась.
— Неужели вы решили выступить в роли свахи, мистер Сорелли?
Это подействовало. Артур закашлялся, замахал руками.
— Что вы, Элисон?! Я уверен, что у такой красивой девушки отбоя нет от поклонников. Мне просто показалось…
— Смею вас заверить, что с моей стороны нет ни малейшего сексуального интереса к господину мэру, — рассмеялась Ягодка.
— И это чудесно! — подхватил Артур. — Но знаете, когда вы так улыбаетесь, вы чем-то мне напоминаете Грэма.
Улыбка Ягодки застыла.
— Но если бы я решил вас сватать, — невозмутимо продолжал Артур, — я бы в первую очередь подумал о своем сыне. Их у меня трое, младший не женат. Из вас получилась бы прекрасная пара.
Ягодка залпом осушила свой бокал. В одном можно было не сомневаться — Артур понятия не имеет о том, что они с Питером знакомы. Иначе он вряд ли заикнулся бы о сватовстве.
— Благодарю за заботу, мистер Сорелли, — сказала Ягодка. — Но у меня есть друг.
— Я и не сомневался, — кивнул Артур. — Но если вдруг что изменится, дайте мне знать. Мой младший неплохой парень, хотя немного сумасбродный… Питер!
Ягодка вздрогнула и обернулась. У входа недалеко от их столика стоял Питер Сорелли.
— А вот и мое сокровище собственной персоной, — проворчал Артур, и Ягодка порадовалась тому, что он хотя бы забыл о Грэме Джефферсоне. — Питер, иди сюда!
Ягодка вжалась в спинку стула. Ее место от входа не просматривалось, и Питер ее не видел.
Пока не видел. Ягодка в панике огляделась по сторонам. Пути к отступлению были отрезаны, разве что она встанет на четвереньки и поползет под столами.
— Питер!
Артур помахал рукой, и Питер с явной неохотой пошел к их столику. Выглядел он не лучшим образом: синяк и разбитый нос его явно не украшали. Артур смотрел на сына и хмурился.
— Почему ты в таком виде?! — воскликнул он вместо приветствия, когда Питер подошел. — Что опять случилось?!
Но Питер не ответил. Он не сводил глаз с Ягодки. Она натянуто улыбалась, проклиная про себя всех Сорелли на свете.
— Привет, — пробормотал он и плюхнулся на свободный стул.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
