— Вокадэ, перед тем как нас оставить, совершил проступок. Поэтому он арестован, пока мы не узнаем, имел ли он до этого сношения с вами? Кто вы такие? Джемми гордо обратился к вождю:
— Я Джемми-Петатше, а это — Дэви-Хонскэ.
— Уф! — вырвалось у сиу.
Вождь бросил на них строгий взгляд. Он тоже был поражен тем, что у него в руках эти знаменитые охотники, но не показал и вида.
— Ваши имена мне не знакомы? А эти двое?
Джемми назвал первое пришедшее на ум имя и назвал Фрэнка отцом Мартина.
Вождь насмешливо улыбнулся.
— Следуйте за мной! — приказал он, вводя пленников в заднюю часть двора. Здесь лежали шестеро оборванных, исхудалых бледнолицых, связанных по рукам и ногам.
Вождь остановился и продолжал:
— Здесь лежат наши пленные. Я не знаю их языка, спросите их имена.
Джемми быстро выступил вперед:
— Если здесь есть Бауман, то пусть, ради Бога, не показывает виду, что узнал своего сына, который стоит сзади меня. Мы хотели вас выручить, но попали сами. Назвали ли вы свои имена краснокожим?
Бауман некоторое время молчал, подавляя волнение, а потом с трудом ответил, что их имена известны сиу. Вождь, хотя ничего не понимал, старался не проронить ни одного слова. Но Мартин владел собой настолько, что его лицо, несмотря на сильное волнение, оставалось холодно и равнодушно.
— Ну, знаешь ли ты, кто они такие? — спросил вождь у Джемми.
— Да! Но и ты их знаешь!
— Я думал, что они меня обманывали. Ты и твои спутники останетесь тоже здесь.
По его знаку сиу набросились на пленных и связали их, не позабыв предварительно очистить их карманы. После этого вождь удалился, оставив нескольких часовых. Спустя короткий промежуток времени пришел сиу, развязал одного из пленных и приказал следовать за ним. Несчастный с трудом поднялся и, шатаясь, последовал за ним.
— Куда это его? Чего от него хотят? — спросил Бауман.
— Чего хотят? Измены! — ответил Джемми. — Счастье, право, что я не проговорился при нем об ожидаемой помощи.
Скоро уведенный возвратился и был снова связан. После долгого молчания Гроза Медведей обратился к нему:
— Ну, сэр, что вы все время молчите? Мы просто горим от нетерпения узнать, что с вами было. Где вы были?
— У вождя.
— Я так и думал. Что же он хотел?
— Я вам признаюсь откровенно. Он хотел знать, кто были Мартин и Фрэнк, и я ему сказал.
— Господи! Глупее-то уж вы не могли поступить. Что ж, вам за это обещали свободу?
— Да! Я ее получу, как только узнаю, где все встретились с Вокадэ и нет ли еще белых в окрестностях.
— И вы думаете, что собака краснокожий даст вам свободу?
— Н… нет! Я теперь вижу, что он меня подло обманул.
— Ну, это, по крайней мере, умно. Уж раз вы нам повинились, мы простим вас.
— А если этот краснокожий будет опять вас спрашивать, — вставил Джемми, — то вы так и скажите, что Вокадэ мы спасли от шошонов и проводили его сюда, других же белых нет и в помине, не только белых, даже самих краснокожих мы не видели. Вот и все. Держитесь-ка лучше за нас, оно вернее будет.
Покончив с этим делом, Джемми рассказал обо всем отцу Мартина.
Между тем вождь, призвав лучших воинов, велел привести Вокадэ, по обеим сторонам которого стали по два часовых. Вокадэ был вполне спокоен и равнодушен.
На приказание рассказать все, что с ним произошло, он снова прибегнул к той же сказке, которой он уже так удачно воспользовался. Никто из слушателей не проронил ни слова. Ни недоверия, ни веры в его слова не отражалось на их лицах.
— Кто же были четыре бледнолицых?
Вокадэ сперва назвал Дэви и Джемми, а Мартина назвал сыном Фрэнка.
— А знал Вокадэ, что у Грозы Медведей был сын?
— Нет, — невозмутимо отвечал Вокадэ, поняв, что его дело проиграно.
Тогда вождь разразился:
— Вокадэ — собака, изменник, лукавый волк! К чему он лжет? Или мы не знаем, что этот пленный — сын его и в нашей власти? Теперь он разделит его участь. Сегодня собрание воинов решит, какой смертью ему умереть. Теперь же пока связать его, да покрепче!
Готовились выступать. Связанного Вокадэ и других пленников привязали к лошадям.
Джемми, видя уныние своего друга, шепнул ему на ухо:
— Потерпите малость, старина! Пусть меня съедят эти краснокожие, если Разящая Рука нас не выручит. А чтобы он до нас добрался, это уже моя забота! Видишь эти кусочки меха? Их я раскидаю по всему пути, да и здесь оставлю. Для него этого достаточно.
Сиу тронулись в путь, следуя по течению реки.
Между тем Разящая Рука был недалеко. С ним ехал сын вождя шошонов и вождь апачей. При виде мнимого здания, он сперва удивился, но потом вспомнил, что он там некогда был.
— Черт побери! — воскликнул он. — Вот множество следов! Здесь прошел целый отряд! Эге! Здание это крайне подозрительно. Окружим его.
И он помчался вперед к воротам.
Скоро он вышел, лицо его было серьезно и задумчиво.
— Наши друзья пойманы сиу и уведены уже час тому назад. Я видел следы их пребывания, — прибавил он, указывая на кусочки меха, которые держал в руках.
— Мы сейчас последуем за ними. Они каждую минуту могут погибнуть. Или это неприятно моим братьям?
— Нет, — отвечал апсарок. — Их вождь — мой враг, и я рад буду скорее захватить его.
На лице его было ясно написано, какая судьба ожидает Тяжелого Мокасина.
Разящая Рука выехал вперед, и отряд потянулся на запад.
Глава десятая
В ДВУХ ШАГАХ ОТ СМЕРТИ
Медленно ехал отряд по следам беглецов. Только Разящая Рука мог различить на каменистой почве следы, оставленные оглала. Через некоторое время почва изменилась, на земле были видны следы копыт.
Ночь застигла путников в их поисках. Полагая (свежие следы!), что оглала недалеко, Разящая Рука запретил зажигать костер, — огонь мог быть замечен оглала. Отряд переночевал поэтому в темноте под открытым небом.
Как только рассвело, отряд поехал дальше; по следам было видно, что оглала не переночевали, а продолжали свой путь и ночью. Очевидно, у них были какие-то причины спешить к Огненной реке.
Следы вели прямо к горам Огненной реки. Затем они подымались по склону. Отряд Разящей Руки должен был въехать на одну из широких гор, окаймлявших берега Огненной реки. Гора была покрыта негустым лесом, который, однако, при приближении к вершине становился все чаще и чаще, так что сквозь деревья ничего нельзя было различить. По мере того как отряд продвигался вперед, отчетливее слышался какой-то странный шум, который перешел наконец в громкий гул, и вдруг путники очутились на опушке леса, у обрыва горы. Чудную картину увидели они. Долина, которая была перед ними, имела не более полумили в ширину. Посередине текла знаменитая Огненная река, названная так по своей теплой воде, которая вливается в нее с окрестных долин, наполненных кипящими гейзерами с вулканическими извержениями. Медленно текли волны реки; вода была грязной, на поверхности виднелись пепел, грязь и беловатая сера. На противоположном берегу круто возвышались горы, но как раз напротив того места, где остановился Разящая Рука со своим отрядом, горы эти отступали назад, образуя обширный полукруг. Чудное видение поражало глаз при взгляде в эту сторону.
