4-я ударная армия была сформирована на базе 27-й армии и усилена дивизиями, прибывшими из резерва Главного командования. По данным советской военной разведки, 4-й ударной армии противостояла 123-я пехотная дивизия вермахта, кавалерийская бригада СС, части 253-й пехотной дивизии, разведывательные отряды 12, 123 и 225-й пехотных дивизий вермахта.
9 января 1942 г. 4-я ударная армия перешла в наступление – началась Торопецко-Холмская операция. Вступив в бой в Калининской области, советские войска сражались в Смоленской и Витебской областях. Красной армии пришлось продвигаться вперед по лесисто-болотистой и лесисто-озерной местности, причем температура в январе 1941 г. доходила до –30 °C, а глубина снежного покрова в отдельных местах превышала метр. Кроме того, в ходе операции у 4-й армии возникали проблемы и со снабжением.
Как отмечал в своих воспоминаниях А. И. Еременко, в «Журнале боевых действий войск 4-й ударной армии» за 8 января имеется запись: «В 360-й стрелковой дивизии на 9 января 1942 г. продовольствия нет». Запись с подобным текстом относится и к положению в 332-й стрелковой дивизии.
Следуя приказу командования Северо-Западного фронта, 4-я ударная армия наносила два удара – на правом фланге армии и более сильный – в центре. А. И. Еременко, настаивавший на нанесении одного удара, считал, что нанесение двух ударов «распыляло силы армии». Позже его мнение подтвердилось…
В течение двух первых дней наступления войска 4-й ударной армии прорвали основной оборонительный рубеж неприятеля на главном направлении и заняли город Пено, который был одной из важнейших опорных баз немцев, связующим звеном между 16-й и 9-й армиями вермахта. Советские войска на главном направлении продвинулись вперед почти на 30 км, уничтожив и захватив в плен несколько сот вражеских солдат и офицеров и неприятельские склады с боеприпасами. 15 января началась атака города Андреаполя. Через несколько часов боев вражеская группировка, оборонявшая город, была уничтожена. Фронт обороны немцев был прорван. Войска 4-й ударной армии вышли на рубеж Дмитрово – Быстри – Рогово – Соболево – Голенищев – Мальцево – Дубровки, продвинувшись в результате наступления на 70 км. Но в начале февраля 4-й армии пришлось вступить в схватку со свежими силами вермахта, и только через день положение на фронте стабилизировалось.
В ходе наступления, с 9 января по 5 февраля, 4-й ударной армии под командованием А. И. Еременко удалось, как он сам отмечал в мемуарах, вклиниться «в стык между группами армий “Центр” и “Север”, перерезав две рокады: Великие Луки – Торопец – Нелидово – Невель и Велиж – Духовщина – Ярцево. Армия вышла в такой район, который являлся наиболее выгодным для нанесения ударов по флангу и тылу войск противника, действовавших как на московском, так и на ленинградском стратегических направлениях… За 28 дней наступления войска прошли с боями по прямой 250–300 км, освободили около 3 тыс. населенных пунктов и ряд городов, нанесли серьезный урон крупным силам противника в составе до восьми дивизий. Только убитыми враг потерял не менее 11–12 тыс., не считая пленных. Армия за время наступления захватила большие трофеи: около 300 орудий, примерно такое же количество минометов, около 400 пулеметов, свыше 1200 автомашин, 2 тыс. лошадей, около 1000 мотоциклов, около 1000 велосипедов, 300 железнодорожных вагонов, около 100 платформ, богатейшие склады боеприпасов и продовольствия. За время операций было сбито 40 самолетов противника. Наши потери в обеих операциях были в несколько раз меньше».
К этому времени здоровье А. И. Еременко заметно ухудшилось из-за недолеченной раны на ноге. Поэтому он был отозван с фронта и снова помещен в тот же госпиталь, где лечился сразу после ранения. После выздоровления был назначен командующим фронтом, действовавшим в междуречье Дона и Волги. Начиналась Сталинградская битва.
Битва за Сталинград
12 июля 1942 г. на базе полевого управления войск Юго-Западного фронта под командованием Маршала Советского Союза С. К. Тимошенко был образован Сталинградский фронт.
23 июля Гитлер издал директиву № 45, посвященную продолжению операции «Брауншвейг», то есть летней кампании 1942 г.: «На долю группы армий “Б”, как указывалось ранее, выпадает задача наряду с оборудованием оборонительных позиций на р. Дон нанести удар по Сталинграду и разгромить сосредоточившуюся там группировку противника, захватить город, а также перерезать перешеек между Доном и Волгой. Вслед за этим танковые и моторизованные войска должны нанести удар вдоль Волги с задачей выйти к Астрахани и парализовать там также движение по главному руслу Волги».
А. И. Еременко столкнулся с тем, что противодействовать этому немецкому наступлению некоторые командиры намерены по классической схеме «сильный удар с фланга – сковывание с фронта». Но ему самому такой подход казался неоправданно рискованным, ибо сил у Красной армии было не так много, чтобы распылять их. Еременко считал необходимым, напротив, максимально концентрировать войска.
Обстановка непрерывно обострялась. Вермахт, а именно 6-я армия и 4-я танковая армия, намеревался нанести удар южнее и севернее Сталинграда, а потом окружить держащие оборону войска.
Налет люфтваффе на Сталинград
Поддержку с воздуха оказывал 4-й воздушный флот, усиленный 8-м авиационным корпусом. 31 июля 4-я танковая армия открыла наступление с плацдарма в районе Цимлянская. Советская 64-я армия была вынуждена отойти за Дон. 51-я армия удержать оборону на растянутом в 200 км фронте не могла. Немцы захватили ряд плацдармов на левом берегу Дона.
Ночью 1 августа 1942 г. генерал-полковник А. И. Еременко был вызван в Кремль к И. В. Сталину. Ему было предложено возглавить один из двух фронтов, которые были образованы после решения о разделе Сталинградского фронта. Через три дня прилетевший в Сталинград А. И. Еременко встретился с Н. С. Хрущевым, который был членом Военного совета Сталинградского фронта. Юго-Восточный фронт под командованием А. И. Еременко был создан 5 августа и первоначально включал в себя 51, 57 и 64-ю армии.
Сталинградские рубежи обороны стали создаваться еще в июне, но лишь с началом боевых действий темпы их сооружения ускорились. Оценивая готовность Сталинграда к отражению вражеского натиска, А. И. Еременко сделал неутешительные выводы: «Городской обвод совершенно не был сделан. Городские же здания вообще остались не приспособленными к обороне. Слабость инженерного оборудования обводов заключалась еще и в том, что устойчивость их мы строили на системе дзотов и дотов; практика же военных действий заставила нас ввести траншейную систему обороны, многополосную, с развитыми ходами сообщения, с опорными пунктами и узлами сопротивления».
При этом он отмечал, что в западной прессе, прежде всего немецкой, не раз появлялись публикации, в которых Сталинград именовался крепостью в прямом смысле слова. Как свидетельствовал впоследствии генерал Ганс Дерр, несмотря на то что подступы к городу прикрывали позиции полевого типа, «немецкая пропаганда называла эти полевые позиции “внутренним и внешним крепостным поясом”». Это все не соответствовало действительности.
6 августа немецкие войска с танками и авиацией атаковали левый фланг 64-й армии между Абганерово и Тингутой. Эти атаки поддерживались большими массами танков и ударами авиации. А. И. Еременко описывал ситуацию так: «К моменту моего вступления в командование Юго-Восточным фронтом противнику уже удалось пробить нашу оборону на внешнем Сталинградском обводе и продвинуться на одном участке за этот рубеж. Враг находился в 30 км от Сталинграда».
При этом в городе царил если не хаос, то изрядная неразбериха. Единственная автомагистраль, получившая статус военной автомобильной дороги (ВАД), настолько славилась пробками и авариями, полным отсутствием регулировщиков, что породила поговорку «ВАД – сущий ад». Начальника гарнизона, который занимался бы организацией перемещения войск и прочими неотложными вопросами, в городе не было совсем, причем назначить его, когда в городе на равных правах существовали два фронта, было затруднительно. А. И. Еременко обратился в Ставку с просьбой решить эту проблему.
Но оборону города надо было организовывать срочно. «За один день 7 августа были собраны все имевшиеся резервы и средства, – вспоминал А. И. Еременко. – Пришлось забрать танковые и артиллерийские подразделения даже с пунктов формирования, пополнить ими части левого фланга 64-й армии, чтобы иметь возможность организовать контрудар против вражеских сил, прорвавшихся через внешний обвод в районе разъезда “74 км”. В созданную для контрудара группировку вошли 13-й танковый корпус (38 танков), 133-я танковая бригада (21 танк) и 204-я стрелковая дивизия».
9 августа был нанесен контрудар по группировке, прорвавшейся в районе разъезда «74 км». Атаковали не по упоминавшейся классической схеме, а прямо в лоб наступающим, причем тремя эшелонами. Первый составляли танки 13-го танкового корпуса и 133-й танковой бригады, во втором эшелоне находились четыре истребительно-противотанковых артиллерийских полка, в третьем – два полка (4-й и 5-й) «катюш». В бой вступали в обратном порядке: сначала по немцам ударили «катюши», потом заговорила артиллерия, и наконец вперед пошли танки. Немецкое продвижение на какое-то время застопорилось, но потом к частям вермахта подоспело подкрепление. Станция, точнее, разъезд «74 км» неоднократно переходила из рук в руки, бои в этом районе описаны в романе Василия Гроссмана «За правое дело». А. И. Еременко считал это литературное произведение очень правдивым.
