Читаем без скачивания Леди Элизабет - Элисон Уэйр

— Но как Бог мог сделать женщину из ребра? — спросила Элизабет, решив стоять на своем.

— Бог может сделать все, что пожелает, — нахмурился учитель. — И вам следует слушать тех, кто куда умнее и опытнее вас. Бог создал женщину со всем ее несовершенством, чтобы она служила и подчинялась мужчине. Так заведено в мире. А теперь почитаем историю о Потопе.

— Девчонки глупые, — самодовольно заявил Эдвард.

Элизабет, не раздумывая, высунула язык.

— Хватит! — гаркнул доктор Коукс. — Королевским детям не подобает так себя вести.

— Верно, сестра, — сурово произнес мальчик. — Не забывай, я принц.

— Тогда тебе должно хватить ума понять, что девочки вовсе не глупые.

Эдвард скорчил гримасу.

— Потоп, если позволите, — напомнил им доктор Коукс.

— Мне жаль брата, — сказала Элизабет Кэт перед тем, как лечь спать. — Он такой серьезный и совсем не умеет веселиться. Знаешь, он даже почти не улыбается.

— Бедный мальчик. Боюсь, Эдварду сверх всякой меры внушают, что однажды ему придется стать королем, — отозвалась Кэт.

— Ты права, — кивнула Элизабет.

— Уверена, леди Брайан и госпожа Пенн желают ему только лучшего, — утешила ее Кэт.

— Верно, но его все время окружают церемониями и не дают свободы. Все твердят, что он должен стать таким же великим, как отец.

Элизабет мысленно сравнила относительную свободу, которой пользовалась она сама, и строгий протокол, окружавший ее брата, а также дружеские отношения между ней и Кэт с почтительным отношением к Эдварду его слуг.

— У короля, само собой, имеются на то свои причины, но бедняжку, по-моему, чересчур опекают, — признала Кэт.

— И все-таки у него есть друзья, с которыми он может вместе играть и учиться, — мальчики из благородных семейств, к примеру Барнаби Фитцпатрик, его мальчик для битья. Он симпатичный.

Элизабет очень нравился юный ирландец. Он был старше своего господина и полон присущего этой народности обаяния; Элизабет с удовольствием сидела рядом с ним на уроках, хвастаясь своими талантами. Барнаби щекотал ее под столом, когда доктор Коукс не видел, и озорно улыбался из-под растрепанных черных кудрей. Элизабет заметила, что Эдвард редко участвовал в шумных играх, полностью отдаваясь прилежной учебе, и хмурился, когда его товарищи предпочитали шалить.

— Пойдем поиграем, братишка, — предложила ему однажды Элизабет, когда учитель отпустил их до вечера.

— Я хочу почитать книжку, — ответил Эдвард.

Он рано научился читать и, как заметила Элизабет, был весьма развит для своего возраста.

— Можешь почитать и потом, — искушала сестра. — На улице тепло, можно побегать наперегонки в парке.

— Отличная мысль, миледи! — улыбнулся Барнаби. — Может, поучите меня фехтовать, сэр?

Эдвард покачал белокурой головой.

— Мой отец-король мне не разрешает, — проговорил он печально. — Это слишком опасно. Я могу пораниться или погибнуть, и тогда у него не будет наследника.

— Каждый джентльмен должен учиться владеть мечом, — возразил Барнаби.

— Можешь поучить меня, — с огоньком в глазах предложила Элизабет.

Барнаби усмехнулся:

— Вас, девочку? Прошу прощения, миледи, но это не слишком уместно.

— К дьяволу уместность! — невзирая на приличия, бросила Элизабет. — Пойдем пофехтуем!

Они побежали в парк. Няньки Эдварда в благоразумном отдалении последовали за ними. Барнаби достал два тупых меча и начал учить Элизабет правильной стойке: развернув ноги, положив руку на бедро и держа в другой оружие. Потом он показал, как делать выпады, парировать удары и уворачиваться. Элизабет очень понравилось, и она оказалась достойной ученицей. Эдвард не сводил с них глаз.

— Жаль, мне нельзя, — проговорил он тоскливо.

— Можно, сэр! — сказал Барнаби.

— Почему бы нам не пойти за те деревья? — предложила Элизабет. — Там нас никто не увидит.

Она коротко кивнула в сторону нянек, тревожно наблюдавших за ними издали.

— Да! — необычно живо согласился Эдвард.

Едва они скрылись из виду, Барнаби продолжил упражнения, на этот раз с принцем в качестве ученика.

— Гарде! — крикнул мальчик, когда Барнаби дипломатично позволил ему перехватить инициативу, и начался поединок.

— Браво! — воскликнула Элизабет, хлопая в ладоши.

Раскрасневшийся от удовольствия Эдвард приплясывал на траве, делая выпады и рубя воздух. Они настолько увлеклись, что не заметили госпожу Пенн и ее помощниц.

— Прекратите! — возопила женщина. — О чем вы только думаете? Из-за вас нас всех бросят в Тауэр.

Трое детей замерли.

— Прошу прощения, госпожа, — пробормотал Барнаби. — Я не хотел ничего плохого, просто немного развлечься.

— Мой брат-принц должен научиться фехтовать, — вызывающе заявила Элизабет.

Эдвард молча уставился ледяным взглядом на няню, но та не обратила на него никакого внимания.

— Все в свое время, как решит король, — изрекла госпожа Пенн. — Его высочество еще в коротких штанишках. И, милорд принц, вы прекрасно знаете, что вам нельзя рисковать. Когда вам придет время учиться фехтованию, вас будет обучать опытный наставник, который обеспечит вашу безопасность.

Элизабет нахмурилась. Барнаби открыл было рот, чтобы возразить, но его тут же заставили замолчать слова няни, обращенные к сердито смотревшему на нее Эдварду:

— Вы позволили себе ослушаться, сэр, и, боюсь, Барнаби придется за это поплатиться.

Барнаби застонал.

Глава 7

1543

Зеленое придворное платье с изящными рукавами и длинным шлейфом казалось невероятно тяжелым; украшенные жемчугом края выреза неприятно впились в стройные плечи Элизабет, но она изо всех сил старалась не обращать внимания — ведь сегодня она была в числе главных почетных гостей на бракосочетании ее отца.

Рядом с ней в золоченом великолепии праздничного придела королевской часовни во дворце Хэмптон-корт торжественно наблюдала за церемонией леди Мэри, в платье из темно-желтого дамаста, с ярко-красными бархатными нарукавниками. Столь же роскошно одеты были и другие лорды и леди, и все они, следуя примеру короля, пребывали в приподнятом, праздничном настроении.

Элизабет смотрела, как архиепископ Кранмер вкладывает изящную ладонь невесты в гигантскую лапищу отца и объявляет их мужем и женой. Она видела Екатерину Парр всего несколько раз, но та очень понравилась девочке, и она радовалась, что у нее будет такая мачеха.

Король повернулся к собравшимся, сияя от счастья, и повел новую жену вдоль ряда кланявшихся придворных к галерее, а оттуда через королевские апартаменты в личные покои. Гости последовали за ними, смеясь и обмениваясь шутками. Процессию сопровождали придворные и слуги, которые пытались протолкнуться вперед, чтобы увидеть новую королеву.

Может, она и не такая уж красивая, подумала Элизабет, глядя, как улыбающаяся Екатерина царственно кивает налево и направо, но миловидное лицо в обрамлении золотисто-каштановых волос нравилось девочке. Королева держалась уверенно и с подобающим ей достоинством.

— Она очень образованная женщина, — сказала Кэт, когда узнала, что король собирается жениться на Екатерине.

— Мне ее жаль, — молвила Элизабет. — Побывать замужем сперва за одним стариком, потом за другим — я бы такого не стерпела.

— Я слышала, она была для них не столько женой, сколько нянькой, — ответила Кэт.

Она вдобавок подозревала, что король кое-что об этом знал и готовил той такую же участь, ибо здоровье Генриха после казни Екатерины Говард становилось все хуже. Даже в пышном свадебном одеянии можно было заметить под прекрасными белыми чулками перебинтованные язвы; король то и дело морщился от боли, хромая и тяжело опираясь на трость, а в его рыжей бороде явственно проступала седина. Он основательно раздался, и при дворе тайно шутили, что в его камзол влезут целых трое.

Элизабет терпеть не могла подобных речей и не выносила даже мысли о том, что ее отец смертен. Он был Великим Гарри, императором своего королевства, предводителем Церкви и защитником веры, и Англия в нем нуждалась, как и Элизабет. Ему наверняка скоро станет лучше, думала девочка. Обязательно.

Она не сомневалась, что королева Екатерина ему поможет. Вряд ли он смог бы найти себе женщину лучше и добрее.

— По крайней мере, это не легкомысленная девчонка вроде той, последней, — сказала Мэри во время своего недавнего визита в Хэтфилд. — Хотя, боюсь, у нее подозрительные взгляды на религию.

— Эта женщина питает истинную любовь к Евангелию, — заявил доктор Коукс в классной комнате в Хертфорде. — Она станет другом каждому, кто желает реформирования Церкви изнутри.

— Фрейлины, которых она себе выбрала, все до одной в этом убеждены, — фыркнула Мэри. — Будь крайне осторожна, Элизабет, чтобы они не заразили тебя своими идеями.