— Хотя пульс слабый, думаю, она выживет, — обнадежил санитар, и машина умчалась в университетский медицинский центр.
Петр попытался пробраться сквозь толпу медиков и сбежавшихся зевак, и тут его остановил молодой фельдшер.
— Лучше присядьте, и дайте мне осмотреть вас, — озабоченно проговорил он, указывая на руку Кинжалова. Тот глянул на рукав и увидел, что он весь в крови.
— Ничего страшного, это не моя кровь.
Дойдя до края тротуара, Петр в испуге остановился. «Оберн» почти целиком засыпало осколками стекла. Машина была изуродована вмятинами и царапинами, кожаное сиденье изрезано щепками и обломками, решетка радиатора погнута упавшей доской, на асфальте растекалась лужа. Кинжалов посмотрел вверх и покачал головой: сам того не подозревая, он припарковался прямо под окнами лаборатории Лизы.
Петр присел на подножку и попытался взять себя в руки. Вокруг царил полный хаос. Оглушительно завывали сирены, повсюду бродили всклокоченные работники лаборатории. Из выбитых окон валил дым, хотя пожар так и не начался. Кинжалова не оставляло странное чувство, что взрыв произошел не случайно. Он поднялся на ноги, вспомнил о раненой Лизе и, оглядев изуродованный «Оберн», ощутил прилив гнева.
* * *
Стоя позади живой изгороди на другой стороне улицы, Клэй Зак с чувством выполненного долга наблюдал за царившей вокруг здания суматохой. После того как «Скорая» увезла Лизу в больницу и дым начал понемногу развеиваться, киллер направился на соседнюю улицу, где оставил взятый в прокат седан. Сняв комбинезон, он сунул его в ближайшую урну, сел в машину и не спеша поехал в Шереметьево.
15
Над спокойными водами вокруг Касл-Рока висела легкая дымка. Восточного края неба коснулись первые серые полосы, предвещавшие рассвет. Гул грузовиков на улицах городка эхом разносился по бухте, нарушая тишину раннего утра.
В рулевой рубке исследовательского судна НИИПИ Кинжалов-младший отставил кружку с кофе в сторону и завел двигатель. Бортовой дизель немедленно пробудился к жизни, и влажный воздух огласился мерным рокотом. Заметив на пристани рослую фигуру, Петр выглянул из окна.
— Смотри-ка, твой кавалер явился вовремя, — громко заметил он.
Нелли вышла из каюты, смерила брата презрительным взглядом и шагнула на корму навстречу Теренсу Мартенсу. Под мышкой он держал тяжелый чемоданчик.
— Доброе утро! — поприветствовала его Нелли. — Вижу, тебе повезло?
Теренс передал свою ношу Нелли и ступил на борт. С восхищением посмотрев на девушку, он довольно кивнул.
— Повезло нам всем, что в Касл-Роке есть такой огромный бассейн — хоть Олимпиаду проводи. Руководитель техслужбы одолжил мне анализатор в обмен на ящик пива.
— Вот она, цена науки, — глубокомысленно заметил Петр, высовываясь из рубки.
— Понятное дело, оборудование НИИПИ куда лучше, но с помощью этого прибора мы хотя бы измерим уровень pH.
— Определим навскидку, и если выяснится, что уровень pH низкий, значит, кислотность высокая. А это свидетельствуетоб увеличении количества углекислого газа в морской воде, — объяснила Нелли.
Девушка открыла чемоданчик, в котором обнаружился переносной анализатор качества воды и комплект пластиковых пробирок.
— Самое главное — подтвердить высокий уровень кислотности, о котором свидетельствуют результаты лабораторных исследований. Для этого твой анализатор вполне сгодится.
Пришедшие из Сиэтла результаты оказались шокирующими. В нескольких пробах, взятых в устье канала Дугласа, уровень pH был в триста раз ниже, чем в других образцах из Внутреннего прохода. Самые тревожные результаты показала последняя проба, которую Петр с Нелли взяли за несколько минут до того, как «Вентура» едва не врезалась в их судно. В этом месте уровень pH был почти таким же, как у электролита кислотного аккумулятора…
Нелли убрала концы, и Петр направил катер к проливу.
— Спасибо, что никуда не уехали, — сказал Теренс. — Ведь это только местная проблема.
— Вода не держится в рамках международных границ! Если произошло загрязнение, мы обязаны расследовать инцидент, — ответил Петр.
Нелли посмотрела Теренсу в глаза и увидела, как сильно он обеспокоен. Пока никто не сказал этого вслух, однако все трое понимали, что загадочная смерть его брата может быть связана со странными результатами проб.
— Вчера мы беседовали с инспектором полиции, — тихо проговорила Нелли. — Он так и не обнаружил никаких новых фактов по делу твоего брата.
— Увы, — сухо ответил Теренс. — Полиция закрыла дело, объявив смерть рыбаков несчастным случаем. Якобы выхлопные газы скопились в рубке и убили их. Разумеется, никаких доказательств у них нет…
Нелли вспомнила странное облако, которое они видели на воде, и жуткое предание народности хайсла о Дыхании дьявола.
— Я тоже не верю в эту версию, — заметила она.
— Кто знает, что там произошло на самом деле… Надеюсь, анализатор поможет нам хоть что-то прояснить.
Петр вел судно на максимальной скорости в течение двух часов, пока они не добрались до пролива Хекате. Сверившись с навигационной системой, он выключил двигатель на месте забора последней пробы. Нелли забросила батометр, вынула пробирку с морской водой и вставила ее в анализатор.
— Уровень pH примерно шесть целых и четыре десятых. Не так мало, как два дня назад, и все же это гораздо ниже положенной нормы.
— Он достаточно низок для того, чтобы вода стала непригодной для фитопланктона. И это означает гибель всех остальных звеньев пищевой цепи, — заметил Петр.
Нелли невольно залюбовалась суровой красотой острова Джил и маленьких фьордов вдоль прохода.
— Понятия не имею, что могло вызвать такое повышение уровня кислотности в этом нетронутом уголке природы, — задумчиво покачала головой девушка.
— Скажем, какое-нибудь грузовое судно перевозило токсичные отходы и произошла утечка, либо оно просто вывалило их посреди пролива, — предположил Петр.
— Это маловероятно, — покачал головой Теренс. — Коммерческие суда огибают остров Джил с другой стороны, а здесь ходят лишь рыбацкие суда и паромы. Ну, и круизные лайнеры с Аляски, разумеется.
— Тогда придется брать пробы до тех пор, пока не обнаружим источник загрязнения, — сказала Нелли, наклеивая этикетку на пробирку и готовясь снова забросить батометр.
Следующие несколько часов Петр водил судно расширяющимися кругами, в то время как Нелли с Теренсом брали пробы воды. К их досаде, показатели ни у одного из образцов даже не приблизились к уровню pH, который обнаружила лаборатория в Сиэтле. Ближе к вечеру Петр выключил двигатель и объявил перерыв на обед. Затем он распечатал карту и поделился с Нелли и Теренсом своими соображениями.
