Лариса бросилась к подруге и осторожно поцеловала ее в щеку. Кинжалов тем временем поставил в вазу букет розовых лилий.
— Похоже, здешние врачи славно подлатали тебя, — усмехнулся он.
— Бедная моя, как ты себя чувствуешь? — воскликнула Лариса, ставя стул поближе к кровати.
— Могло быть гораздо хуже! — немного натянуто улыбнулась Лиза. — Обезболивающее не очень-то помогает — нога болит ужасно… Впрочем, врачи говорят, до свадьбы заживет. Кстати, напомните мне потом отменить занятия по аэробике на ближайшие несколько недель.
Затем Лиза посерьезнела и обратилась к Кинжалову:
— Сегодня перелили шесть единиц красных кровяных телец. Доктор сказал, мне здорово повезло. Если бы ты не нашел меня вовремя, я истекла бы кровью… Спасибо, что спас мне жизнь!
Кинжалов подмигнул ей и отшутился:
— Лиза, мы не можем тебя потерять — ты теперь слишком важная птица.
— Просто чудо какое-то! — вздохнула Лариса. — По словам Петра, от лаборатории мало что осталось. Удивительно, что никто не погиб.
— Сегодня меня навестил доктор Мартинов и пообещал новую лабораторию, — улыбнулась Лиза. — Правда, он немного расстроился, когда понял, что я ничего толком не помню.
— Так ты не знаешь, что стало причиной взрыва? — спросила Лариса.
— Увы. Я вообще считала, что рвануло в соседней лаборатории.
— Судя по тому, что я успел увидеть, эпицентр находился в той комнате, где я нашел тебя, — возразил Кинжалов.
— Да, доктор Мартинов сказал то же самое. Вряд ли он поверил, когда я пыталась убедить его, что в моей лаборатории не было ничего настолько взрывоопасного.
— Рвануло что надо, — согласился Кинжалов.
— Я весь день вспоминала, какое именно оборудование у нас было. Все вещества, с которыми мы работаем, инертны. Есть, правда, несколько баллонов с газом для экспериментов, однако доктор Мартинов сказал, что они не пострадали при взрыве. Да и все наши приборы совершенно безопасны. Просто в голове не укладывается, как такое вообще могло случиться!
— Ты ни в чем не виновата, — уверила подругу Лариса. — Должно быть, дело в старых коммуникациях: газовая труба прохудилась или еще что.
В палату вошла медсестра с суровым лицом, помогла Лизе сесть повыше и поставила перед ней поднос с ужином.
— Что ж, нам пора, а ты наслаждайся разносолами больничной кухни, — сказал Кинжалов.
— Куда уж больничной еде до твоих раков! — притворно вздохнула Лиза, потом нахмурилась. — Кстати, доктор Мартинов упомянул, что от взрыва сильно пострадала антикварная машина, припаркованная прямо под окнами. Это, часом, был не твой «Оберн»?..
Кинжалов удрученно кивнул.
— Увы. Впрочем, я его снова починю, и будет как новенький.
Раздался тихий стук в дверь, и в комнату вошел высокий мужчина с растрепанной бородой.
— Привет, Боб! Спасибо, что пришел. Познакомься с моими друзьями, — сказала Лиза и представила им своего лаборанта Боба Грищенко. — Поверить не могу, что на тебе нет ни царапины!
— Мне повезло: я пошел в столовую пообедать, когда рвануло, — пробормотал тот, нерешительно поглядывая на Ларису и Кинжалова.
— Да уж, вам определенно повезло, — согласилась Лариса. — Представляю, какое вы испытали потрясение!
— Да-да. Должно быть, взорвался один из баллонов или произошла утечка газа. Неважно, как это случилось, — главное, погибли все результаты Лизиного исследования!
— Да неужели? — вежливо откликнулся Кинжалов.
— Все компьютеры уничтожены, а ведь в них хранилась база данных, — ответил Коля.
— Думаю, я быстро смогу восстановить все данные, если только у меня будет лаборатория…
— Я позабочусь о том, чтобы руководство университета приняло меры безопасности, когда ты вернешься к работе, — уверила подругу Лариса. Затем она обратилась к Бобу: — Мы уже собирались уходить, так что всего хорошего. Рада была познакомиться!
Лариса склонилась и поцеловала подругу на прощание:
— Поправляйся, милая! Я обязательно зайду к тебе завтра.
Они с Петром вышли из палаты и направились к лифту по ярко освещенному больничному коридору.
— Вот бедняжка! Я так счастлива, что она в надежных руках.
Петр молча кивнул в ответ, и Лариса озабоченно вгляделась в его зеленые глаза. Мыслями Кинжалов был где-то далеко… Обычно Лариса замечала этот взгляд, когда ее муж разыскивал старинный затонувший корабль или пытался раскрыть тайну какого-нибудь древнего фолианта.
— Где ты, милый? — не выдержала она.
— Обед, — загадочно ответил Кинжалов.
— При чем здесь обед?
— Когда обычно люди обедают?
Лариса недоуменно уставилась на мужа:
— Кто как, но приблизительно с половины двенадцатого до часу.
— Я вошел в здание прямо перед взрывом. Это было в десять пятнадцать, а наш дружище Коля уже обедал, — скептично заметил Кинжалов. — Более того, я видел, как он стоял на другой стороне улицы и наблюдал за «Скорой», которая увезла Лизу в больницу. И вовсе не выглядел расстроенным тем, что его коллега едва не погибла.
— Брось, он просто был в шоке! Да и ты, наверно, тоже. Вероятно, он ранняя пташка — приходит на работу часов в пять и в десять уже готов пообедать. — Лариса насмешливо посмотрела на мужа и покачала головой. — Это еще ни о чем не говорит.
— Пожалуй, ты права, — ответил Кинжалов, открывая дверь центрального входа и беря жену за руку. — Кто я такой, чтобы спорить с политиком?
17
Артур Джонсон сидел в кожаном кресле с высокой спинкой и наводил порядок на своем столе красного дерева. Просторный кабинет министра природных ресурсов в здании Уильяма Логана был оформлен довольно скромно, зато с высоты двадцать первого этажа открывался потрясающий вид на Оттаву. Раздался стук в дверь, и вошел молодой человек слегка за двадцать, чем-то похожий на Джима Керри. Джонсон посмотрел на старинные часы своего деда — было уже около четырех. Он тяжело вздохнул, понимая, что от бумажной работы ему сегодня никуда не деться.
— Входи, Стивен. Ну, что на этот раз испортит мне выходные?
— Не волнуйтесь, никаких экологических катастроф! — улыбнулся секретарь. — Пришел рапорт из Тихоокеанского лесного центра в Британской Колумбии. Думаю, вам следует взглянуть на него. Один из наших экологов-полевиков обнаружил необычайно высокий уровень кислотности в прибрежных водах Касл-Рока.
— В Касл-Роке, говоришь? — насторожился министр.
— Да. Вы ведь недавно были там на заводе по переработке углеродосодержащих отходов?
Джонсон кивнул, взял папку и быстро прочел рапорт. Сверившись с картой, он облегченно вздохнул.
