он, вероятно, уже ушел бы, если бы не Джастин.
Он стянул спортивную форму, помедлил, вероятно, потому что не хотел идти домой, уговаривая себя, что нужно принять душ. Пять лишних минут погоды не сделают.
Шагнув под теплые струи, сразу же намылился. Член слегка возбудился, когда Джастин промывал яички. И, хотя Дрю оказался прав, говоря, что подъем тяжестей – это хороший способ снять напряжение, Джастин все еще считал, что секс – не хуже. А, может, даже и лучше.
Ему не потребовалось много времени, чтобы привести себя в порядок и вымыться. Пару минут спустя он выключил душ, высушился и надел чистую одежду из сумки.
Ничего не оставалось, как идти домой.
А этого делать решительно не хотелось.
В доме пахло болезнью, что не давало дышать полной грудью. Видеть отца таким было тяжело.
Джастин взял сумку и вернулся в зал. Было уже около двух часов ночи, но он увидел Дрю в дальнем углу, начищавшим одно из зеркал.
Тот стоял спиной, вытянув вверх одну руку, и протирал стекло. Баскетбольные шорты офигенно сексуально смотрелись на парне, как и футболка, и черная кепка, надетая козырьком назад.
Джастин хотел Дрю. Господи, как же он безумно его желал. С той самой секунды, как увидел в клубе. Хотел трахнуть, а потом самому быть оттраханным; вобрать его член до задней стенки горла и отсосать так, будто от этого зависела сама жизнь.
Кровь прилила члену, и в мгновение ока тот болезненно затвердел. Джастин отключил мозг, не позволяя в этот момент беспокоиться ни о чем, кроме себя и Дрю. И, черт возьми, очень надеялся, что они сейчас на одной волне.
Бросив сумку, Джастин подошел к парню. Тот поднял голову, и их глаза встретились в зеркале. Дрю улыбнулся, но заметил голод во взгляде Джастина, и улыбка тотчас сползла с лица. Но не потому, что их желания не совпадали. Наоборот, этот голод был взаимным.
Дрю повернулся, и Джастин мгновенно прижался к нему губами. Услышал, как упала на пол бутылка моющего средства, и тут же почувствовал руки, буквально впившиеся в тело пальцы. Парень приоткрыл рот, пропуская язык Джастина внутрь.
Господи, как же хотелось затрахать Дрю до полусмерти. А потом и потеряться в этих ощущениях самому, потому что сейчас это было бы намного лучше, чем реальность. Джастин знал толк в сексе, в удовольствии. В этом было гораздо легче ориентироваться, чем в боли и потерях.
Когда губы стали прокладывать дорожку из поцелуев по шее Дрю, тот крепче сжал его, впившись пальцами еще сильнее. А затем, словно только осознав, ослабил хватку и прошептал:
— Черт… прости.
— За что? — Джастин слегка прихватил кожу губами, а затем жадно присосался к шее партнера. — Можешь обращаться со мной пожестче. Так гораздо веселее.
Как только слова слетели с губ, воздух между ними снова накалился, и Дрю сжал сильнее. Вероятно, от пальцев останутся следы, небольшие синяки, и, черт возьми, Джастин их жаждал. Хотелось, чтобы Дрю оставил на нем клеймо, свидетельство того, что ему было так же охрененно.
Джастин потерся щекой о неизменно присутствующую на лице Дрю щетину. Придвинулся ближе и прижался своим стояком к члену партнера. Услышал стон Дрю, а затем позволил руке пройтись по его телу.
— Хочу встать перед тобой на колени. Хочу отсасывать тебе до тех пор, пока оба не сойдем с ума. Жажду прижаться лицом к твоей мошонке и вдыхать твой запах. Мне интересно, какой ты на вкус, и как пахнешь. Скажи, что тоже этого хочешь.
Дрю толкнулся в его ласкающую руку и прохрипел:
— Ох, черт. Ты заставишь меня кончить, а мы еще даже не добрались до самого интересного.
Джастин улыбнулся в шею Дрю и провел зубами по коже.
— Разве это плохо? Ты, по ходу, опять решил ранить мои нежные чувства. Лучше сделай мне приятное и скажи, что тоже этого хочешь.
Он отстранился, вглядываясь в серо-голубые глаза и продолжая поглаживать стояк Дрю.
— Хочу, — вырвалось у него. — Боже, как же сильно я, блядь, этого хочу. Неужели ты подумал, что есть вероятность обратного? Теперь мои чувства задеты, потому что ты, очевидно, считаешь меня сумасшедшим.
Джастин быстро поцеловал его в губы и понял, что снова улыбается. Дрю с легкостью заставлял его это делать.
— Я заглажу перед тобой свою вину.
А затем Джастин опустился на колени. Дрю облокотился на зеркало, его рука ударилась о стекло справа.
Ох, бля. Он не смог бы спланировать это лучше, даже если бы попытался. Джастин повернулся и посмотрел на них в отражении, стягивая шорты и нижнее белье Дрю. Огромный член, высвободившись, шлепнулся о живот. На кончике блестела жемчужина предсемени. Волосы на лобке были чуть темнее, чем на голове. Яички были полными, большими и висели немного ниже, чем у Джастина. Он протянул руку и обхватил их, взвесив в ладони, и Дрю тут же зашипел сверху.
Убрав ладонь, Джастин наклонился и уткнулся лицом между ног Дрю, как обещал… и вдохнул. Запах мускуса и мужчины. Секса и желания. Он это просто обожал. Любил все, что касалось удовлетворения мужчин.
— Ты пахнешь так потрясающе, как и представлялось.
— Блядь. Ты меня просто убиваешь. Возьми уже член в свой проклятый рот, пока я не слетел с катушек.
Неужели он так и не понял, что именно этого и добивался Джастин? Свести с ума, заставить пари́ть, а затем вернуть на землю. Подвести к краю и отступить, но лишь для того, чтобы снова довести до безумия.
— Следи за мной. Смотри в зеркало, как я поклоняюсь твоему потрясающему члену.
Джастин высунул язык и щелкнул им по головке. Облизал ее, пробуя выделившуюся жидкость на вкус. Парню всегда нравилось делать минеты. Конечно, это было не самым его любимым занятием для рта, но определенно стояло ближе к верху в топе. А еще он всегда любил римминг. Любил сводить мужчину с ума своим языком. Они займутся этим в следующий раз.
Джастин взглянул на парня и, высунув язык, подразнил кончик члена, пробуя на вкус, прежде чем втянуть его как можно глубже. Дрю вздрогнул над ним, не отрывая глаз от зеркала, наблюдая.
— Ты такой чертовски сексуальный, когда смотришь на меня с колен. Пососи еще. Хочу прочувствовать твой рот, — произнес Дрю, и Джастин с радостью подчинился.
Ухватившись за бедра Дрю, расслабил мышцы горла и глубоко вобрал член до задней стенки. Джастин сглотнул, пока Дрю ругался
