С трудом цепляясь за грязные мокрые камни, соскальзывая, царапая отросшие ногти о бетон, я с тупым остервенением лез вперед.
Не помню того момента, когда я оказался на поверхности. Помню только, что увидел опушку леса, деревья с редкими серо-желтыми листьями и мрачное серое небо. Картинка была нечеткой, быстро мутнела и смазывалась.
И вдруг, где-то недалеко раздался крик. Затем еще один.
А потом я рухнул как подкошенный.
Глава 8
Реабилитация
Он шел очень медленно. Иногда останавливался, что-то бурчал себе под нос, а после снова упрямо шёл вперед. Бесконечные коридоры сменяли друг друга, а он все шел и шел... И что-то с ним было не так - присутствовала какая-то неестественная скованность движений. Он странным образом припадал на левую ногу, то и дело опускал голову, почему-то избегая смотреть вверх. Ещё, этот человек слегка сгорбившись, неловко поддерживал руку, судя по всему раненую. Иногда он скрипел зубами, а иногда кого-то ругал.
Был один странный момент, когда этот человек не сдержался и громко закричав, принялся молотить здоровой рукой бетонную стену. Он словно не чувствовал боли, но вместе с тем, продолжал старательно прижимать раненую руку к телу. Кожа на костяшках сжатых в кулак пальцев была собрана, но он не обращал на это никакого внимания.
Странно, что несмотря на производимый человеком шум, крики и вопли, на его пути не попался ни один мутант.
Куда он держал путь, человек и сам не понимал - просто шел куда глаза глядят. Он находился у той самой черты, когда уже практически наплевать на собственную судьбу, хотя параллельно с этим все его мысли были зациклены на совершенных ранее ошибках. А их было много и большая их часть была допущена, всего за несколько последних и невероятно тяжелых дней...
Это был Юрген Штрасс. После того, как отец бросил его одного, с вывихнутым плечевым суставом, он довольно долго шатался по пустым коридорам, пока не поднявшись куда-то вверх, внезапно не наткнулся на растерзанное тело неизвестного ему наёмника.
Найденный боец видимо наткнулся на паука-мутанта, причем неожиданно. Изрешетив мутанта из автомата, он и сам получил несовместимую с жизнью травму - точнее сразу три. Паук напоследок дважды ударил его в живот острым шипом, а затем зацепил плечо металлической конечностью. Сам паук издох практически сразу, успел лишь отползти на пару метров. А вот боец довольно долго истекал кровью на месте. Похоже, ему все-таки хватило мужества не сидеть и ждать мучительной смерти - он использовал пистолет и пустил себе пулю в голову.
Этого бойца Юрген не знал, но тот, факт что он из числа наёмников - определил сразу. По обмундированию и вооружению. Скорее всего, это был кто-то из людей маньяка Бульдога.
Позаимствовав у погибшего наёмника наполовину разряженный автомат, патроны и аптечку он хотел уже двинуться дальше. Но передумал. Несмотря на полученный психологический удар, он ещё мог думать трезво. Взяв себя в руки, он подобрал с трупа ещё трехдневный запас провизии, аптечку и запас патронов.
Вывихнутая рука сильно болела - что-что, а причинять боль Бульдог умел. Поврежденный сустав Юрген кое-как вправил, но тот все равно доставлял ему массу неудобств, а при резком движении вылетал снова. В конце-концов, туго перетянув плечо эластичным бинтом, Юрген махнул рукой, продолжил идти в неизвестном направлении. Идти до тех пор, пока на его пути не попались огромные приоткрытые гермоворота. Да и валяющиеся тут и там обгорелые, разорванные и изрешеченные крысы говорили о том, что совсем недавно здесь была жуткая бойня...
***
Я ничего не чувствовал. Ничего не слышал. Из органов чувств работало лишь зрение, да и то было каким-то притупленным.
Как бы бредово это не звучало, но на данный момент я почему-то видел как на ладони всю «Гамму-3» и вместе с тем, был неотъемлемой её частью. Я словно сгусток органической энергии мог беспрепятственно перемещаться по извилистым коридорам, брошенным лабораториям и безлюдным лестницам, воспринимая все лишь в каком-то мрачном серо-синем спектре.
Это было странно. И даже страшно. Страшно от того, что я ощущал себя словно пассажир в машине, управляемой кем-то другим. Я перемещался по комплексу с невообразимыми скоростями, а иногда просто зависал на месте. Это был я и в то же время, я был чем-то необьяснимым. И ничего не мог сделать. Я хотел закричать, но и это оказалось мне неподвластным.
Мимо меня проползали жуткие черви, засовывая свои кошмарные склизкие морды в пустые помещения, словно разыскивая очередную жертву. Шустро сновали по вентиляционным шахтам крысы-мутанты, иногда огрызаясь друг на друга из-за куска окровавленного мяса. Изредка я видел пауков, которые цокая своими стальными лапами, увлеченно рылись в кучах мусора. Однажды, я даже увидел пару слизней-реаниматоров, мерно пульсирующие своими мерзкими белыми телами. А большая часть нижних уровней была буквально облеплена биомассой-паразитом.
Я был везде, и всюду. Но никто из мутантов и не догадывался о том, что нахожусь среди них. Никто, кроме одного.
Черный мутант с лысой головой и острыми кривыми когтями настороженно поднял голову, таращась своими блестящими глазками, покрутил головой по сторонам. На несколько секунд зафиксировав свой взгляд в направлении моего местонахождения, он вдруг резко подскочил на месте словно пружина, после чего снова замер. Неожиданно, откуда-то из темной дыры в стене, вылезла очередная разросшаяся до огромных размеров сколопендра и бросилась на ничего не подозревающего мутанта.
- Вася! – хотел крикнуть я, но ничего не получилось. Крика так и не последовало.
Через долю секунды я был уже в другом месте, и чем закончилась коварная атака многоногого мутанта, я не увидел. Зато теперь передо мной было что-то красное, пульсирующее. Формой это что-то очень напоминало человеческий мозг, только сильно гипертрофированный. И рядом с ним копошились блеклые человеческие фигуры. Точнее одна из них, а вторая стояла немного поодаль.
Я сразу почувствовал, что то, что делали эти двое, было неправильным. Опасным. Очень опасным. Как-то помешать им я не мог. Я снова закричал.
Вот только теперь, меня услышали. Но совсем не те люди...
***
- Оу! Полегче, мужик! – крикнули мне прямо в ухо.
Жестокая судорога свела все мое тело, заставив глухо застонать.
- Он очнулся? – раздался другой голос откуда-то со стороны.
- Ага, вон как его скрутило. Ну, в таком-то состоянии...
Я снова застонал. Попытался открыть глаза, но ничего не вышло – что-то мешало это сделать.
- Берг! Жми шустрее! – перебил его другой голос, обращаясь ещё к кому-то.
Меня затрясло, зашатало. Судя по ощущениям, меня куда-то везли, причем очень быстро. Из-за усилившейся качки меня снова начало мутить, а попутно еще и голова разболелась. Да что там... Все тело отзывалось тупой ноющей болью. Каждая часть тела, каждая клеточка болела так, словно по мне самосвал проехал.
- Берг, сколько ещё? - нетерпеливо спросил тот же голос.
- Минут двадцать!
- А, черт! Слишком долго... Сделайте ему укол, а то не выдержит.
- Принял!
Я даже смысла сказанного уловил не сразу, да и укола практически не почувствовал. Приятная тяжесть обволокла тело, боль постепенно отступила. Мозг, словно провалившись в кисель, отключился внезапно, вместе со всеми неприятными ощущениями.
...Сколько прошло времени, я не знал.
Открыв, наконец, глаза, я увидел лишь белый потолок, который из-за слабого освещения казался серым. Царил полумрак. Вокруг практически полная тишина, лишь откуда-то справа раздавался какой-то тихий писк.
Во рту пересохло, причем так, что язык прилип к зубам. Целый спектр неприятных ощущений, обрушился на меня настолько неожиданно, что я едва не отрубился повторно. С трудом приоткрыв рот, я попытался привлечь к себе внимание криком, но то ли вокруг никого не оказалось, то ли я плохо старался. Вероятно, что и голос мой был настолько тихим, что я и сам себя с трудом услышал.
