— Просто подумал, что хотелось бы попробовать что-то иное, — сказал Джереми. — Каждый нуждается в переменах время от времени. Как идет писательская работа?
— Отлично.
— Сегодня утром слышал на почте, что ты надеешься на помощь Октавии в каком-то особом изыскании для своей следующей книги, — холодно сказал Джереми.
— Ты достаточно долго прожил в Эклипс-Бэй, чтобы понимать, что не стоит прислушиваться к сплетням, ходящим на почте.
— Мне совсем не хотелось бы думать, что в сплетнях, которые я услышал сегодня, есть хотя бы толика правды.
— Если разобраться, не имеет значения, есть ли в них хоть какая-то правда или нет, — сказал Ник. — В любом случае, это — не твое дело.
Замешательство и что-то, похожее на тревогу, появилось на личике Карсона. Как точно она понимает, что он чувствует, подумала Октавия. Эта неприятная маленькая сцена зашла слишком далеко.
— Апсолл у меня в мастерской, Джереми, — бодрым голосом сказала она. — Заходи за стойку, и я покажу его тебе. Ты ведь разбираешься в искусстве. Интересно было бы узнать твое мнение.
Ни один из мужчин даже не взглянул на нее. Они смотрели друг на друга, словно два льва, замершие над поверженной зеброй.
Мне точно не идут полоски, подумала Октавия.
Она откашлялась. — Джентльмены, если вы хотите продолжить беседу, вы можете выйти на улицу. Я бы хотела напомнить вам, что здесь ребенок. Предлагаю найти какое-нибудь уединенное место, где вы могли бы выставлять себя полными идиотами не на публике.
Это отвлекло их внимание. Оба мужчины повернулись к ней. Огонь в их глазах разморозил бы замороженную пиццу в две секунды.
— Умираю, так хочу увидеть Апсолла, — невыразительно произнес Джереми.
— Прошу сюда. — Она развернулась и вернулась в комнату за стойкой. Джереми последовал за ней. Ник остановился в дверях. Но не вошел в комнату. Карсон застыл у его бока.
— Что такое Апсолл? — спросил Карсон.
Октавия немного торжественно развернула картину. — Вот, — сказала она, — это Апсолл. Я думаю.
Карсон посмотрел на головокружительный взрыв цвета на холсте. — Здорово. Как будто художник уронил большое ведро краски, и она выплеснулась сюда.
Губы Ника дрогнули. — Лучше даже я бы не сказал.
Джереми промолчал, внимательно разглядывая холст. После нескольких минут тщательного осмотра, он присел на корточки перед картиной и стал рассматривать мазки в углу холста.
— Ну? — спросила Октавия. — Что ты думаешь?
— Это определенно его стиль. У Апсолла была очень характерная манера наложения краски на холст.
— Да. Именно так он добивался такой невообразимой глубины цвета. Это, конечно, может быть копия, но на ней грязь и пыль, как будто накопившиеся за десятки лет.
— Что означает, что даже если это и копия, ее сделали много лет назад.
— А работы Апсолла не были популярны до нашего времени, — сказала Октавия. — И не было никакого смысла кому-то тратить время и силы на подделку одной из его картин много лет назад.
— Это могла быть работа его почитателя или ученика, — сказал Джереми с сомнением. — Какова вероятность того, что настоящий Апсолл пролежал в старом доме Фургартона столько лет?
— Я — конечно, не специалист, — сказал Ник из дверей. — Но следуя твоей логике, Ситон, каковы шансы, что у Фургартона имелась отличная копия работы неизвестного художника?
Джереми даже не взглянул на него. — Как ты уже сказал, ты — не специалист.
— Но в этом Ник прав, — твердо сказала Октавия. — Находку хорошей копии объяснить было бы ничуть не легче, чем находку оригинала. С учетом обстоятельств, я склонна верить своему чутью. Думаю, это — настоящий Апсолл. Но я все равно собираюсь узнать еще одно мнение, просто чтобы удостовериться.
Джереми выпрямился и засунул руки в карманы брюк. Он продолжал рассматривать картину еще одну долгую минуту. Затем вдруг резко кивнул.
— Думаю, ты права, — сказал он. — Это — Апсолл. А значит, Аризоне Сноу, Вирджилу Нэш и Герольдам неожиданно улыбнулась удача.
— Похоже на то. — Октавия снова завернула картину.
— Кто бы мог подумать? — Джереми покачал головой. — Настоящий Апсолл, спрятанный в Эклипс-Бэй.
Ник улыбнулся с холодным удивлением. — Кто сказал, что Эклипс-Бэй — не центр мирового искусства.
Глава 8
На Эклипс-Бэй надвигалась еще одна летняя гроза. Не мелкий моросящий дождичек, вроде того, что пронесся по городу прошлой ночью и все залил. Этот шторм обещал быть по-настоящему грозным. Он незаметно надвигался и отступал, набираясь энергии моря и дожидаясь темноты.
Октавия остановилась на дальнем конце небольшого пляжа и уставилась на мерно шумящую воду. Начался отлив. Гнетущее предчувствие вернулось.
Пару дней назад она убедила себя, что правильнее будет оставить Эклипс-Бэй в конце сезона. Но сейчас она уже была не так уверена в этом. Странное чувство, что она не может уехать, пока не сделает то, за чем приехала сюда, снова завладело ей.
Может, у нее слишком разыгралось воображение? Или она уже ищет повод отложить день, когда оставит позади Эклипс-Бэй и Ника и Карсона Харта?
Ее охватил озноб. Это было неправильно. Такое объяснение было слишком опасным, а она никогда не рисковала. Как говорила тетя Клаудия, она стремилась действовать наверняка, и неумение рисковать было ее главным недостатком.
Знаешь, что я хочу, чтобы ты сделала после моей смерти? Я хочу, чтобы ты выбралась из кокона и учинила скандал. Развлекись. Рискни хотя бы раз. Жизнь ведь так чертовски коротка. Неужели ты хочешь дожить до моего возраста, не имея за спиной ничего интересного?
Ну ладно, она немного рискнула прошлым вечером, и чего она этим добилась? Она приготовила ужин для Ника Харта. Большое дело. Она выставила его из коттеджа, прежде чем смогла узнать, интересовал ли его сумасшедший, жаркий секс с ней до такой степени, чтобы он дал себе труд завести с ней Серьезный Разговор. Вот тебе и игра наверняка.
Она вышла на прогулку, чтобы отделаться от беспокойства, после того, как вернулась домой из галереи, но ходьба не помогала. Было очень заманчиво обвинить в своем настроении надвигающуюся грозу, но она знала, что существуют и другие причины. Одной из них было воспоминание о напряжении между Ником и Джереми, которому она стала свидетелем сегодня чуть раньше.
Почему она позволила едва прикрытой враждебности между этими двумя привести ее в такое смятение? Какое ей дело до того, что они поссорились. У нее есть свои проблемы. Она должна продать бизнес. А для этого необходимы план и осторожность. И кроме того, нужно еще и продумать свой отъезд из Эклипс-Бэй. Для начала, она позаботится о том, чтобы увезти отсюда все те вещи, которые взяла с собой. Какой черт заставил ее привезти в коттедж столько личных ценностей? Ей следовало оставить их в своей квартире в Портленде.
