На ее счастье, Пэйн Гастингс так и не появился здесь. Наглость, с которой он разглядывал ее на турнире, отбила у Элинор всякую охоту признаваться в их будущем родстве, хотя она понимала, что рано или поздно им все равно придется встретиться.
Честь, оказанная Элинор победителем турнира, дала ей пропуск в избранное общество, в то же время вызвав любопытство и дав пищу слухам. Именно поэтому Джордан вел себя крайне осмотрительно, и Элинор, обиженная его неожиданной холодностью, не находила особой радости в пышном торжестве. Ее тоскующий взгляд то и дело устремлялся к Джордану, окруженному толпой почитателей. Сегодня вечером он казался особенно красивым, облаченный в модный дублет из льдисто-голубого шелка и рейтузы того же оттенка. Роскошный костюм сидел как влитой, подчеркивая тонкий стан и широкие плечи.
Каждый раз, когда Элинор видела Джордана танцующим с очередной красавицей, ее захлестывала ревность, но когда он пригласил ее, девушка вынуждена была отказаться из-за головной боли. Это, похоже, ничуть не расстроило рыцаря, наслаждавшегося повышенным вниманием дам. Даже Жаклин, дочь хозяина замка, не сводила с него восхищенных глаз. Элинор сочла ее поведение слишком фамильярным для короткого знакомства и ревниво наблюдала за парочкой, задаваясь вопросом, не является ли Жаклин его бывшей любовницей или — хуже того! — нынешней.
Терпение ее истощилось, когда шумная стайка разряженных женщин потащила Джордана к помосту в конце зала, где, судя по всему, должна была состояться какая-то церемония. Покинув свое убежище, Элинор прошлась вдоль бокового прохода, отделенного от зала рядом колонн, придававших огромному помещению сходство с церковью.
— Миледи, вы позволите принести вам вина? —
раздался рядом мужской голос.
Обернувшись, Элинор узнала испанского рыцаря. Без своих мрачных доспехов он казался куда менее внушительным. На нем были короткая туника из песочного бархата, черные рейтузы и башмаки из мягкой черной кожи. В тусклом свете факелов его смуглая кожа казалась особенно темной, а карие глаза сверкали как угли.
— Позвольте представиться. Дон Родриго Диас, посланник короля Кастилии Педро.
Элинор присела в реверансе, смущенная откровенным интересом, светившимся в его темных глазах.
— Я видела вас на турнире, дон Родриго, и восхищена вашей храбростью.
— Благодарю вас, донья. А я, в свою очередь, восхищен вашей красотой. — Он снова поклонился. — Вы позволите принести вам вина? — повторил он.
— О нет, только не вина. У меня ужасно болит голова. В его глазах мелькнуло искреннее сочувствие.
— Здесь слишком шумно и душно. Идите во двор, на воздух, а я принесу вам воды.
Распахнутая настежь дверь вела во внутренний дворик. Выложенное каменной плиткой пространство оживляли подстриженный кустарник и цветущие растения в глиняных горшках. Висевшие на стенах фонари и факелы давали достаточно света, чтобы не вызвать пересудов.
— Благодарю вас, дон Родриго, вы очень добры.
Испанец ушел и вскоре вернулся с кубком в руке. Пригубив, Элинор удивилась сладковатому вкусу. Она попыталась вернуть воду, но дон Родриго покачал головой, мягко отстранив ее руку.
— Прошу вас, леди Элинор, доверьтесь мне. Это старинное средство, хранившееся в нашей семье на протяжении поколений. Я тоже страдаю от головных болей, поэтому никогда не расстаюсь с этим лекарством.
Сделав несколько глотков, Элинор почувствовала себя лучше.
— Хотел бы я быть тем рыцарем, который преподнес вам знак внимания, — заметил дон Родриго, кивнув на увядающий венок на ее голове. — Надеюсь, мне еще представится такая честь. Королеве турнира далеко до вас, — заявил он с легкой улыбкой, склонившись над ее рукой, прежде чем удалиться.
Польщенная вниманием галантного испанца, Элинор ощутила душевный подъем. Посланник короля Педро был важной персоной, но из всех роскошно одетых красавиц, находившихся в зале, она одна удостоилась его внимания. Приободрившись, девушка вернулась в зал.
— Как я вижу, леди Элинор, вы нашли себе нового поклонника.
Сердце Элинор замерло, когда она услышала голос Джордана. Он стоял в тени и, к ее досаде, не делал ни малейшей попытки подойти ближе.
— Поклонника? — с притворным удивлением переспросила Элинор.
— Посланник короля Педро, похоже, очарован тобой. Весь вечер не сводил с тебя глаз. Впрочем, он не виноват, что у него хороший вкус. Может, потанцуем? Или у тебя все еще болит голова?
Небрежный тон Джордана, не замечавшего ее весь вечер, возмутил Элинор.
— Мне намного лучше, но я предпочла бы лечь. Уже поздно, — натянутым тоном произнесла она.
Джордан выступил из тени и склонился над ее рукой, прежде чем пожелать спокойной ночи.
Когда Элинор выбралась из зала, ее глаза застилали слезы. Ну почему она так глупо себя ведет? Ведь ей же хотелось потанцевать с Джорданом!
В небольшой комнатке, выходившей на лестничную площадку, ее встретила Мэб. Элинор едва дождалась, пока горничная удалится в смежную гардеробную, где лежал ее тюфяк. Ей хотелось остаться одной.
Джордан даже не предложил ей пройтись по саду, хотя у них была такая возможность! Две крупные слезинки скатились по щекам Элинор. Конечно, если бы не Джордан, ее никогда бы не пригласили на этот бал. Но все его улыбки предназначались другим. Она представила себе Джордана в кругу легкомысленных красоток, бесстыдно льнущих к нему. Хуже всего, что он даже не пытался охладить их пыл! Всхлипнув, Элинор зарылась лицом в подушку и тихо заплакала.
Когда слезы иссякли, она еще долго лежала без сна. Знает ли Джордан, что она здесь одна? Любой звук — скрип на лестнице, шаги за дверью — заставлял ее замирать в ожидании. Но он так и не пришел.
Среди ночи ее разбудил какой-то шум. Элинор прислушалась, стараясь не поддаваться вспыхнувшей надежде.
Снова этот звук. Ей показалось, что скрипнула, приоткрывшись, дверь. Проклятие! Неужели Мэб забыла задвинуть засов и ей придется отбиваться от пьяного гуляки? Приглушенно вскрикнув, Элинор уставилась на мужской силуэт, возникший в дверном проеме.
Мужчина закрыл дверь и двинулся к кровати.
— Кто это? — испуганно спросила девушка.
— А кого ты ждешь?
Элинор прижала ко рту кулак, сдержав вздох облегчения.
— Джордан! Я уже не надеялась, что ты придешь. Ты меня разбудил.
— Правда?
Он остановился в шаге от кровати и начал раздеваться.
— Ты что, не слышишь? Я спала.
— Да? Не хотелось бы лишать тебя отдыха. Мне уйти? Элинор растерянно молчала, не зная, что ответить на этот вопрос, заданный издевательским тоном.
— Не понимаю, зачем ты вообще пришел? — воскликнула она, внезапно рассердившись. — Весь вечер веселился, флиртуя с кем попало!
