вызвало внутри невольный трепет.
Мир вокруг замер, я слышала лишь стук своего сердца, и шум крови в ушах.
– Доброй ночи, леди Лиза, – негромко выдохнул Алекс, поднял к губам мою ладонь и нежно поцеловал. По позвоночнику тут же разлетелись колкие мурашки и мигом слились в вихрь жадного томления внизу живота.
– Доброй, – просипела я непослушными губами.
И вот как теперь уснуть?
Более-менее удобно устроившись на своём матрасе, набитом сухой травой, накрылась пледом с головой. Ночи стали куда прохладнее, а к утру так и вовсе можно было замёрзнуть. И смежила веки. Но сон не шёл, сколько бы раз я ни сменила позу. Алекс переживал, что я стану обыкновенной, то ли горожанкой, то ли крестьянкой. Но есть одно большое "но" – я магиня, это значит, лишить меня моих земель никто не сможет. А то, что перестанут делать приставку "леди", так это я с лёгкостью переживу.
В итоге я всё же уснула. И снились мне синие глаза, ласковые руки, нежные поцелуи Алекса…
Как вдруг в такое сладостное видение вклинились странные звуки:
Ших-ших-ших…
Ур-ур-рр… – утробно так, заинтересованно.
Под чьим-то весом хрустнула ветка.
Р-р-р…
Сон как рукой сняло – я распахнула глаза и уставилась перед собой: всё вокруг подёрнулось предрассветной дымкой, как и стелющийся по земле белёсый туман. Медленно приподнявшись на локтях, посмотрела за бортик и с силой прикусила губу, удерживая крик, чуть не сорвавшийся с уст.
В сизом тумане двигался горбатый чёрный медведь. Он деловито обнюхивал колёса соседней телеги и медленно шагал в мою сторону…
Глава 20
Я замерла, едва дыша, и тут широкая ладонь закрыла мне рот. Вздрогнув от неожиданности, больно прикусила себе язык.
– Тш-ш, это я, – шепнул в самое ухо знакомый голос.
Уф-ф. Алекс. От сердца отлегло, я чуть обмякла, но тут же собралась и судорожно кивнула, давая понять, что кричать не стану.
– Не делай резких движений, не стоит провоцировать зверя, – шепнул мужчина. В этот момент медведь встал на задние лапы, опёрся передними о бок соседней телеги и шумно засопел, явно что-то почуяв.
Я аккуратно высвободилась из мягких объятий Алекса, потянулась к ящику справа и вынула один Голден Делишес, сладко пахнувший мёдом и собственно яблоком.
Не знаю, откуда, но я вдруг отчётливо поняла: следует угостить медведя, и он уйдёт.
– Что ты собралась делать? – Алекс встревоженно на меня покосился.
– Хочу проверить, насколько моя интуиция точна, – ответила я и, тихо свистнув, подкинула яблочко вверх, ловко поймала. Медведь повернул ко не косматую голову, чёрные глазки-бусинки сверкнули в предрассветной дымке, а из приоткрытой пасти хищника сорвался приглушённый рык.
– Это тебе, косолапый, – чтобы не напугать животное, я кинула фрукт чуть в сторону от замершего Топтыгина.
Незваный гость рыкнул, словно обдумывая, а после, опустившись на все четыре лапы, на землю, вперевалочку подошёл к угощению. Обнюхал, фыркнул и откусил, довольно захрумкав.
– Кажется, это не взрослая особь, – заметил Алекс, вместе со мной наблюдая за зверем.
– Думаешь?
– Уверен.
Я вынула ещё пару яблок и кинула их ещё дальше.
Будить никого не пришлось: стражники проснулись вместе с Алексом и были наготове отразить атаку косолапого. Но мишка, будто удовлетворившись тремя золотыми плодами, покинул облюбованную нами полянку и скрылся среди деревьев.
В общем, все мы отделались лёгким испугом.
Подождав ещё несколько минута вдруг вернётся, стали собираться в дорогу. Позавтракав вчерашней холодной кашей, сложили нехитрый скарб в последнюю, полупустую телегу, и поехали дальше.
Птицы пели, прячась от нас в кронах высоких деревьев, белки шустро перепрыгивали с ветки на ветку, кто-то копошился в кустах, а я сидела и мечтательно смотрела по сторонам, любуясь дремучим лесом. Езда верхом приносила удовольствие, хорошо, что когда-то научилась и время от времени тренировалась, потому как трястись в повозке, подсчитывая пятой точкой каждую кочку, не было никакого желания.
День прошёл так же без происшествий, как и все предыдущие. А вечером, как только заплясал алый огонь в кострах, к нам снова пришёл гость. Мишка не скрывался, прорвался через плотно растущие сухие кусты, безжалостно ломая тонкие ветки и замер в полуметре от нашего ограждения из телег. Однозначно это был тот же зверь: я его узнала по характерному горбу и белой шерсти на груди.
Топтыгин сел на попу и гипнотизировал именно мою повозку. Я не чувствовала никакой угрозы, потому тихо усмехнулась и вынула в этот раз крупное яблоко сорта Чёрный бриллиант. Снова подбросила вверх, поймала и, недолго думая, кинула косолапому.
Плод приземлился аккурат рядом с ним и в мгновение ока был съеден.
– Пф-р? – животное довольно облизнулось и, вопросительно склонив голову набок, уставилось на меня.
– Вы так ему весь урожай скормите, леди Лиза, – подал голос Жильбер, остальные охранники не скрывали улыбок и глядели на медведя с искренним интересом.
– Малыш, вот, возьми ещё одно, больше дать не могу, не то яблоки быстро закончатся, – я, конечно, сильно преувеличила, – а ты приходи завтра вечером, ещё два получишь.
Любитель сладких фруктов задумчиво блеснул глазками-бусинками, посидел пару мгновений неподвижно, потом с явной неохотой встал, подхватил острыми зубами Чёрный бриллиант и вперевалочку удалился.
– Привыкнет к дармовой пище и увяжется за нами, как хвостик, – заметил Алекс, остальные согласно закивали.
– Уверена, как только мы доберёмся до первого крупного поселения, он отстанет, – заверила я его. – Обычно медведи не любят и обходят стороной людские скопления.
– Как сказать, как сказать, – задумчиво покачал головой Ник. – Он весьма смышлёный и, кстати, смотрел только на вас, леди Лиза.
– Я маг растений, – покачала головой, – и вчера угощала его. А ещё сплю рядом с корзинами яблок, наверняка немного пахну волшебными плодами.
– Ну, может, вы и правы.
С тех пор каждый вечер, стоило нам встать на ночлег, Топтыгин приходил за своими яблоками. Получал желаемое и тихо растворялся в сгущающихся сумерках.
А через неделю мы выбрались из леса на широкий тракт.
– Ну, теперь
