Я, кстати, замуж выхожу, — немного смущенно добавила она, — за того врача, который лечил котенка. Представляете? Такая вот ирония судьбы…
— Поздравляю, — я поднялась из-за стола, — а сейчас извините, мне нужно идти. Сами понимаете, работа.
Она улыбнулась:
— Конечно, понимаю. Вы главное помните – всё наладится.
— Спасибо.
Я уходила от неё в смешанных чувствах. И да, наверное, мне всё-таки стало немного легче. Пусть у нас с Русланом своя история, не такая как у Алины и её бывшего мужа, но она права. Всё наладится.
Ей помог котенок, а мне поможет малыш под сердцем.
Я не одна.
Уже в лифте, я всё-таки положила ладонь на живот и сквозь слезы улыбнулась:
— Всё будет хорошо.
33.
Мне повезло. Если вообще слово «везение» применимо к моей жизни.
Когда я пришла в свой старый кабинет поблизости не оказалось ни Руслана, ни Кирилла. Их обоих не было на местах, поэтому я, не теряя времени, закинула в коробку все самое необходимое и сбежала.
Понятно, что так просто не скроешься, что ещё не раз придется приходить на старое место, чтобы забрать папки с бумагами, но по крайней мере, на сегодня я всё забрала.
Пока шла по коридору, ловила на себе заинтересованные взгляды сотрудников. Вот подкинули мы им повода для сплетен! В каждом углу теперь будут шуршать и обсасывать произошедшее. Почему это вдруг жена гендира решила переехать подальше от него? Не просто же так. Наверняка что-то произошло между ними…
Я в этом убедилась, когда вновь накрыл токсикоз, и пришлось бежать в туалет. Пока висла над унитазом в одной из кабинок, внутрь вошли две сотрудницы и обосновались возле зеркала.
— Ты слышала? Жена Адашева в другой кабинет переехала.
— Как так?
— А вот так, Лен. Раньше они все рядом были: Руслан Дамирович, Кирилл Сергеевич и она, а теперь — всё. Мужики на местах остались, а её сослали на окраину.
— Может, сама ушла? — предположила вторая.
— Может, и ушла. Чёрт её знает….
— И чего, интересно, они не поделили? Клиентов?
— Ты глупая, что ли? Из-за бизнеса в другие кабинеты не переезжают, из-за него горло друг другу дерут. А вот из-за дел сердечных – запросто.
Вторая тут же жадно встрепенулась:
— Ты что-то знаешь?
— Нет. Никто не знает. Может, Руслан ей рога нарастил, может — она Руслану. А может, Кир между ними влез.
— А может, тройничок? — хохотнула Елена.
— Может, и тройничок. Но скорее всего муженек завел молодую девку, а Лана об этом узнала, вот и бесится. Ну, а что? Он мужик — видный, с деньгами. Ему любая даст. Я бы вот дала запросто…
— А я — нет.
— Ну-ну-ну….
— Мне просто Кирилл больше нравится.
Они дружно засмеялись, а мне опять поплохело.
После их ухода я сидела на унитазе и, угрюмо подперев щеку рукой, думала о том, что не так уж они и неправы. И рога есть, и молодая девка, жаждущая лучшей жизни, и Кир влезть пытается. Разве что с тройником не угадали….
Так или иначе настроение было гадким. Мало проблем в личной жизни, так ещё и судачили об этом те, кто к ней вообще никакого отношения не имел.
Стоило вернуться в свой новый кабинет, как меня настиг звонок от Кирилла, и в который раз за последнее время я пожалела, что связана с ним рабочими отношениями. Не хотелось ни видеть его, ни разговаривать, но это — детский подход, а мы — взрослые люди, которые должны как-то работать дальше.
— Слушаю.
— Лана, ты где?
Я проглотила рифму, которая едва не сорвалась с губ, и ровным тоном ответила:
— Я переехала. Кабинет номер шестнадцать-ноль-восемь.
— Это же далеко, — удивился он, но потом понимающе хмыкнул, — от нас сбежала?
34.
— Не сбежала, а переехала, — повторила я, — мне так удобнее. Ничто не отвлекает от работы.
— И никто, — добавил Кир.
— И никто — тоже!
— Понимаю.
— Ты по делу или как? Если просто решил поговорить, то — извини. У меня нет времени на пустую болтовню.
— По делу. Майоровым ты занималась?
— Да.
— Я сейчас скину тебе на почту дополнительные материалы, надо согласовать их с основной частью. Срочно.
— Скидывай, — и не дожидаясь ответа, я сбросила звонок.
Тяжело было с ним разговаривать – перед глазами тут же возникал образ расстроенной Ани, ее взгляд, полный горечи и разочарования.
Козлы. Какие же они все козлы!
И деваться некуда. Я в этот бизнес вложила и силы, и время, и души не меньше, чем остальные.
Такая вот западня.
Чтобы хоть как-то отвлечься я сосредоточилась на документах. Цифры успокаивали, строгие формулировки создавали иллюзию порядка и контроля, и даже казалось, что время шло быстрее.
Может, и удастся дожить до вечера и не сойти с ума?
Размечталась.
Спустя час дверь в кабинет распахнулась, и ко мне без стука и предупреждения ворвался Руслан.
— Вот ты где! Я тебя искал.
Внутренне я дрогнула, но снаружи была спокойна. Дочитала абзац, поставила точку и только после этого подняла взгляд на мужа:
— Для чего?
— Ты же понимаешь, что побегами дело не решить! Нам надо нормально поговорить, как взрослым людям.
— Не вижу смысла говорить с предателями, — я сама не узнавала свой голос. Холодный, отстраненный, мертвый, — Мне неприятно находиться на одной территории с тобой, поэтому теперь я буду работать здесь.
— Лана….
— Кстати, как дела у Юляшки? Ты позаботился о том, чтобы у нее была самая лучшая палата? Апельсины носишь?
— Обычная у нее палата.
— Как же так, Адашев? Она твоего наследника носит, а ты на ВИП денег пожалел?
— Лан, ну зачем ты так?
— Зачем — что? Напоминаю о твоих косяках? Порчу тебе, бедному, настроение?
Он начал расхаживать по кабинету из угла в угол, как тигр в клетке:
— Ну что мне теперь? Застрелиться? Накосячил, да. Не отрицаю. Жестко накосячил, мерзко. Но надо как-то жить дальше. Разбираться с этим…
— Живи. Прорабатывай свои косяки. А я — пас. И единственное, с чем я собираюсь разбираться – это с разводом. Остальное меня больше не касается.
— Ну какой развод, Лана! Какой?!
— Самый, что
