на почту. Если ты по поводу вчерашнего клиента — я всё отправила вечером тебе на почту.
— Я видел, — ответил он усаживаясь на угол моего стола, словно барин тут. — Я хотел… узнать, как ты.
— Ты хотел сказать: посмотреть, как я. Потому что я же тебе солгу, что всё прекрасно, — хмыкнула я. А за много лет знакомства я тоже неплохо узнала личность Кирилла. Он был всегда.… с перегибом заботливым. И моим лживым словам о том, что всё замечательно, никогда не верил. Ему надо было убедиться самому, увидеть мое лицо и глаза, чтобы понять моё состояние. Впрочем, Руслана тоже мои слова никогда не могли провести… Может, я просто лгать не умею?
— Да, хотел посмотреть, — не стал отпираться Кир. — Ты не спала. Не можешь уснуть, да?
— А ты полагаешь, что у меня нет поводов для бессонницы?
— Есть. Но так тоже не может продолжаться, — ответил он. — Нужно спать. Если естественным образом не получается, то надо пойти к врачу и выписать успокоительное. И спать так, организм должен отдыхать, Лана. Не надо себя гробить из-за…всяких уродов.
— Мне не всякие препараты теперь можно.
— В смысле? — нахмурился Кир. — Почему это?
“Потому что я — беременная!” — едва не ляпнула я, но вовремя сдержалась.
— Нуу.… По медпоказаниям есть нюансы. Надо с врачом подбирать.
— Так я и говорю: сходи, проконсультируйся и подбери препарат. Ты таешь буквально… Скоро от тебя не останется ничего. А ты нам ещё нужна. Как наш бизнес без тебя? На тебе практически всё и держится.
— Схожу, выпишу, — согласилась я и подумала, что не такая уж это и плохая идея. — Но не надо мне льстить и перегибать палочку. Руслан весь бизнес держит, и ты знаешь это. И ты.
— Но ты сделала куда больше, чем мы оба!
— С чего ты это взял? — опешила я и даже не поняла, к чему эти разговоры завёл Кирилл.
— Да с того, что я не слепой, и всё вижу, — придвинулся он ближе и стал говорить мне словно заговорщик. — Слушай, мы….могли бы обойтись без него. Вдвоём.
— Без…. кого? Без Руслана? — подняла я брови.
— Да.
— Ты про фирму? — начала догадываться я.
— Ну а про что ещё? — развел руками Кир. — Замуж за меня ты не хочешь, что ещё я могу предложить тебе делать вдвоем без Руслана? В общем, смотри…
Кирилл обрисовал мне довольно жизнеспособную, хоть и частично рискованную стратегию ведения дела без Руслана.
— А Руслана куда ты деть предлагаешь? Я не поняла.
— Куда-куда… — хмыкнул Кир. — Заставим выйти его из состава учредителей. И уволиться нахрен.
— Это каким образом ты его заставишь это сделать, мне интересно? Он начинал с нами, он не бросит всё просто так…
— У меня есть компромат, — изогнул бровь Кирилл. — На него.
— Компромат? — сузила я глаза.
А он подготовился. Сохранил или нарыл компромат на бывшего друга, соучредителя и коллегу, который стал ему врагом только из-за чувств к одной женщине….
А Кир — страшный человек. Ещё страшнее, чем мне казалось.
Он готов так поступить с каждым из нас, как только мы станем ему неугодны. Опасный.
— Ты хочешь подставить Руслана? — спросила я прямо. — Чтобы у него был выбор: скандал и тюрьма или молча отказаться от всего и уйти?
— Да. Хочу, — приблизил он своё лицо к моему. — Но только это не я его подставил. Он сам решил так грязно играть против конкурентов. Я просто…. Вспомнил об этой информации.
— Тебе не кажется, что использовать такие методы против тех, с кем ты начинал, как минимум, некрасиво? — спросила я.
— А красиво по бабам шляться в банях, когда тебя жена только что за хрен поймала на измене? — выпалил он, зло вглядываясь в меня.
— Ч-ч-что? — застыла я на месте. — Что он делал?!
— То и делал. Вчера в лифте ехали с ним вниз. Ему кто-то звонил и в баню позвал. Обещал девчонок и прочее. Слышно было.… Я… Не хотел тебе этого говорить, но… Ты нашла кого жалеть! Давай уделаем его, Лан!
А мне его слова уже как в тумане слышались.
Низ живота пронзила острая боль, что я схватилась за него и тихо завыла.
— Лана! Лана! Боже мой, что с тобой? Говори со мной, Лана! Дышать трудно? Что?
— Дай телефон, — попросила я, протягивая дрожащую руку. — Мне нужна скорая…
Кир сам набрал номер службы спасения и коротко обрисовал ситуацию кому и зачем требуется неотложная медицинская помощь. — Что случилось? Возьми, сама скажи, я не понимаю…
— Алло, это мне скорая нужна…. Болит низ живота сильно… — отвечала я сквозь рыдания. — Беременность, семь недель. Быстрее, пожалуйста…
Кирилл смотрел на меня так, словно его огрели мешком муки.
Он слышал про беременность, но сейчас мне было наплевать на всё и на всех, лишь бы спасли моего ребёнка….
39.
Я сидела в кресле свернувшись калачиком до приезда бригады врачей. Кир отмер, принес мне плед и воды, ходил кругами, не знал, стоит ли спрашивать меня сейчас — вроде бы не до вопросов. Но в карету скорой помощи подорвался со мной, захватил мою сумку с документами и телефоном и слушать возражения не стал. Может, и к лучшему, дойти мне одной было бы нелегко.
Кир с врачами помог мне добраться до машины и оттуда до приемного покоя, где меня тут же отвезли в смотровую. Поставили какую-то капельницу прямо там, и меня стал отпускать спазм.
— Ну как? Легче стало, милая? — спросила меня старенькая медсестра, которая следила за капельницей и снимала её. — Лежи-лежи, куда собралась? Надо полежать минут пять. Потом я тебе укольчик ещё поставлю и пойдешь в палату.
— Укольчик? — уточнила я.
— Да. Успокоительное. Больно ты распереживалась, мамочка будущая. Нельзя тебе так. Поспишь, успокоишься…. И всё будет хорошо.
— Значит, меня тут оставят на ночь?
— Не на ночь, а на десять дней, — ответила она. — На сохранение тебя кладем, это ведь не шутки — ты чуть малого не потеряла.
Я тут же замолкла и снова приложила ладонь к животу.
