лацканы не такая простая задача.
— Да я что, я не против. Я знаю. Догадываюсь.
— Сам шил?
— Сорочки, куртки. — вот это я откуда сказал и зачем? Но сказанного не воротишь.
— Да вы, молодой чемодан, полны талантов!
— Чего там сложного-то? Лепи, как на душу ляжет. Самое трудное — подкладка.
— Поясни, вот тут непонятно стало совсем.
— Современные дизайнерские куртки…
— Какие?
— Дизайнерские, то есть от известных дизайнеров и модельеров, могут быть какого угодно фасона, да хоть шиворот-навыворот, но подкладка должна быть сшита идеально, идеально пристрочена, да еще и лейбл иметь солидный.
— Ты хочешь сказать, что можно сострочить любого монстра, и сказать, что это изыск моды?
— Угу, произведение от-кутюр, а не унылое прет-а-порте. Но только при условии, что ты сможешь показать лейбл на подкладке.
— Ты демонстрируешь удивительное знание лексикона моды и забавный взгляд на моду вообще. Предположу, что ты реально что-то знаешь о моде. Может и сам что-то шил. Нравится шить?
— Да ну, проектировать, выдумывать — да. А обметывать, строчить, подгонять рисунок… Хотя рисунок, это тема.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Например, если взять дорогой пиджак от известного производителюя из ткана в клетку, то он будет скроен и пошит так, что все клеточки на лацканах, клапанах и рукавах будут совпадать с полочками.
— Да ладно! Это сколько отходов будет при раскрое! Ты не знаешь просто, портной старается так лекала разложить, что…
— Это плохой портной так делает, он за копейку удавится. А дорогой мастер просто накинет за свой труд еще процентов двадцать, и не будет мелочиться. Потому как фирма!
— Так, Пётр, ты меня убедил, я возьмусь шить тебе пиджак. Ткань — шерсть?
— Я бы предпочел смесовую…
— Фу-фу-фу!
— … шерсть с шёлком. Но такую у нас не найти.
— Шёлк с шерстью? Креп-кашемир, который? В области точно есть, а у нас да, у нас не факт. Или шёлк окажется искусственный.
— Пожалуй, я сам выберу ткань, фурнитуру, подкладку…
— Ой-ой, какие мы дизайнеры! Кстати, а почему ты сказал, что модную одежду придумывают дизайнеры, а не модельеры?
— На Западе принято их так называть. А западная индустрия одежды сильно обогнала нашу советскую.
— Это точно, тут не поспоришь.
— А хотелось? Видать, ты Лена, еще та спорщица. Вот кому-то достанется жена-не-подарок.
— Уж точно не тебе.
— Это да. Пока я жениться соберусь, ты уже детей нарожаешь. В кино пойдем завтра?
— За мои деньги?
— Нет, за мои честно заработанные рублики.
— Если хорошо попросишь, то я подумаю.
— И опять мимо. Я сделал тебе предложение, в котором или ты заинтересована, или нет. В первом случае нет смысла тебя уговаривать, раз сама хочешь. Во втором тоже — мне неинтересно прогуливаться с девушкой, которой неинтересно прогуливаться со мной.
— С дамами так не выйдет. Мы должны быть загадочными, а вы должны нас добиваться и уговаривать.
— Ну тогда до свидания! Как материальчик прикуплю, зайду.
— Погоди, а какое кино идет? И когда, а то ты даже не сказал ничего толком.
Да, поездка в Москву у меня отложилась, так что вполне мог позвать девушку в кино. А почему отложилась, внезапно оказалось, что неисправных машинок, ждущих моих рук в Новоузловске, вернее его железнодорожном районе, накопилось великое множество. Мастеров нет в свободном доступе, а машинки в каждой второй семье. Если и преувеличиваю, то не сильно. И, кстати, одалживать машинки знакомым тут не принято, видимо по причине их капризности и отсутствия меня такого хорошего в городе. Ну до недавнего времени.
Москва, она на то и столица, чтоб в ней было такое, чего нет в провинции. Так что чуть позже, но я скатался туда и смог прикупить и нужного мне качества весьма приличную темно-синюю ткань, и подкладку глубокого красного цвета, где-то между алым и рубином, но не вишня. Темно-красные пуговицы большие и черные маленькие на рукава. А потом «вспомнил» фишку итальянцев и купил такие же маленькие пуговки, только красные. По одной на рукав поставлю. Тканями покупки не ограничились, удачно наткнулся на джинсы итальяно-американской фирмы Райфл с шикарной фурнитурой и весьма демократичной ценой в сотню рублей. Две пары ботинок на осень и на зиму тоже нашел, чехословацкое «Цебо» меня вполне устроило. Но джинсы — это вообще удача, можно теперь не в одних и тех же штанах с утра до вечера ходить!
После фестиваля в стране с джинсами было вполне нормально. Выбила наша торговля целый вал нетрудовых доходов у спекулянтов. Что забавно, цена джинсов вполне коррелировалась с курсом доллара на черном рынке. Да вообще, я задумался и понял — все цены на импортный ширпотреб в советских магазинах привязаны именно к «черному» курсу, а не официальному! В газете печатают курс доллара семьдесят пять копеек, а спекулянтов он по трояку. Забавно как, японские кассеты по девять рублей, то есть три бакса, джинсы по сто, это тридцать три доллара. Кстати, новейший автомобиль «Лада-Самара» в Забугорье выставили за две тысячи восемьсот долларов, у нас он стоит примерно столько же в рублях по спекулянтскому курсу.
По прибытию чуть не первым делом к Ленке-швее, но не в гости, естественно. Путать личное с нужным не люблю, тем более, что в кино мы сходили как просто знакомые, без проникновения в личное пространство. Не то, чтобы я не пытался, но пограничные силы моей спутницы стояли на страже личных границ и бессовестно шлепали меня по рукам при малейших поползновениях в ту сторону. Или это я бессовестно полз? Поползновел? Да и хрен с ними, с поползновениями, я тот еще поползень — мне сейчас важнее приличный пиджак пошить, чтоб девушка не испортила ткань.
И да, я тоже пару раз шлепнул её по рукам, когда она снимала мерки с меня. Не потому, что она позволяла лишнего или мне было неприятно, просто из чувства святой мести. Не для того мы на пятьдесят пять рублей подрядились, чтоб она меня лапала! Почему пятьдесят пять? Торговались всерьёз. Она начала с сотни, я высмеял эту дичь — в ателье за целый костюм девяносто берут, я узнавал.
— Вот тогда и иди в ателье!
— А ты в следующий раз к своей машинке будешь вызывать мастера из бюро добрых услуг. Если найдешь такое. Притащишь свою машинку на горбу в Дом быта, а потом также потащишь взад, когда тебя пошлют. И я еще не знаю, как ты шьешь, может вообще тебе только распашонки доверять можно.
— Знаешь, Петя… хрен с тобой. Какой фасон будем делать?
— Приталенный слегка, карманы накладные без клапанов, рукава расстегиваются по-настоящему,
