меня. Но если так, то ты лежал минут пять, периодически испуская Дар. Именно поэтому я не подходил — ждал засады.
Я покачал головой. А затем сказал:
— Тебе привет от прадеда.
Кефир снова замер, будто я облил его быстросохнущим бетоном. А затем его золотистые глаза слегка потускнели.
— Так вот почему… Ты попал в Око Шторма, да?
Кивнул.
— Он ушёл? — спросил он с беспокойством.
— К сожалению. Сказал, что душа не выдержит ещё одной встречи.
— Старый дурак! Я же предлагал помощь, но он… — в голосе лиса вдруг мелькнули слёзы, но он не заплакал. — Прощай, старый дурак. Покойся с миром.
Мы помолчали. Когда он снова заговорил, голос Кефариана звучал привычно язвительно:
— Ну что, Хранитель. Теперь ты у нас официальный представитель своего безумного семейства. Нельзя оплошать.
— Понимаю, — ответил, поднимаясь с пола, но лис тут же добавил:
— Ну а пока у нас есть ещё пара минут, скажи, что ты видишь там. — Он указал запой мне за спину.
Я повернулся и глянул на Инъектор.
И, о небеса, я увидел.
Глава 9
Магия дружеского вечера
Кирилл Юрьевич Привалов огляделся, прежде чем заходить внутрь. Улица была пустынной, тихо шумели от ветра кусты изгороди. Пролетела птица, устроилась на дереве, рядом с кормушкой, которую повесили муниципальные службы.
Сжав рукоять меча, висящего на поясе, Кирилл зашёл в подъезд. Его встретили чуть спёртый пыльный запах, жёлтая газовая труба по стене, круговая лестница вокруг широкого центрального колодца. Сюда можно было поставить лифт, но хозяева дома так и не сделали этого.
Поднимаясь по ступеням на четвёртый этаж, Кирилл отсчитывал секунды и шаги, стараясь выровнять шаг: две ступени за секунду, пролёт за пять. Две секунды на площадку и снова ступени.
За окном мелькнул внутренний обшарпанный дворик, куда выходили окна ещё трёх домов. Клумба в это время года пустовала. А может пустовала и всегда — сейчас на ней росла лишь одинокая пивная бутылка.
На четвёртом этаже Привалов прошёл к дальней двери, замер перед ней, и только отдышавшись, продолжая сжимать меч, постучал. Звонок здесь не любили.
Раздался шелест металла крышечки на глазке, моргнул свет в стекляшке, затем начали лязгать замки. Кирилл заметил, что исчезло и давление на Дар: жители внутри сняли магическую защиту, которую установили по его просьбе.
Дверь слегка приоткрылась, Кирилл протиснулся внутрь и тут же услышал, как дверь заперли.
— Добрый день, Кирилл Юрьевич. Проходите на кухню, — вежливо сказал женский голос, и наследник кивнул.
На кухне его ждала ещё одна женщина и мужчина средних лет. На столе стоял чай.
Присев рядом с людьми и дождавшись, когда вернётся та, что встретила его в прихожей, он спросил:
— Как она?
Люди переглянулись, а затем та, что открывала дверь ответила:
— И хорошо, и плохо одновременно.
— Продолжайте, Ольга Валерьевна.
— Её Дар укрепился, стал стабильнее. Мощнее. Она словно сломала ту преграду, что мешала ей раньше сделать прорыв. Сейчас она приблизилась к вам.
Шикарная новость. Если не учитывать тёмной стороны. Ольга Валерьевна, убедившись, что наследник не проявил излишних эмоций, продолжила:
— Однако её психика с трудом справляется с нагрузкой. Она уже не плачет и не пытается биться головой об стену, но припадки бешенства всё ещё случаются. Она обвиняет во всём одного человека…
Кирилл не дал назвать это имя:
— Понял, не надо вслух. Вдруг она услышит.
Мужчина за столом кивнул и заговорил:
— Вам может показаться странным, но возможно у нас есть решение этой проблемы.
Кирилл знал этого мужчину давно. И то, что он не давал пустых обещаний. Однако сейчас он сразу предупреждал тоном и подачей, что метод ему, Огненному пауку, не понравится.
— И в чём решение?
— Нужно развязать узел в её психике. Убрать напряжение.
— И? — вежливо уточнил Привалов. Пока вежливо.
Напряжение почувствовали все трое.
— Она должна встретиться с… с этим человеком и решить проблему лично.
— Я боюсь, это небезопасно.
— Понимаем, — мужчина аккуратно закивал. — Но если не дать психике выдохнуть и расслабиться, то она может треснуть. А человек с такими проблемами и мощным Даром — это более серьёзная проблема для безопасности.
А ещё все понимали, что речь идёт не просто об одарённой, а о конкретной одарённой. И её болезнь разрушит жизнь не только ей, но и всей семье. А у Кирилла были другие планы.
— Я вас услышал. Дайте мне время всё продумать и организовать. Если сложится, то уже в ближайшие дни мы организуем им встречу.
Он отдал приказания и только после этого прошёл по квартире дальше. Его интересовала дальняя комната с синими стенами, мягким светом торшера и плотными шторами.
Девушка спала на кровати, её волосы разметались по подушке. Кирилл сел рядом, мягко провёл пальцами по прядям. Тихо сказал:
— Привет, сестра.
Сухая ладонь легла на его руку, погладила пальцы.
— Привет, брат, — ответила Роксана тихим голосом.
А затем открыла глаза. Кирилл сделал всё возможное, чтобы не дёрнуться. Потому что до сих пор не мог привыкнуть к этому безумному алому блеску в них.
* * *
Мой дом и его жители словно не заметили моего отсутствия. Черкасов тихо отчитывал охрану, Сухов пил чай в столовой, зачитываясь свежей газетой, Подорожников убежал на занятия, оставив после себя запах лекарств и Дара жизни.
Безымянный повар, которого мы стали звать просто шеф, кочегарил на кухне и оттуда выплёскивались такие волны жара и запахов, что смело можно было бы назвать его одарённым кухни.
Кстати, Дар у него был, только какой-то куцый и едва работающий в моём понимании. Возможно, именно поэтому он слегка не в себе и постоянно молчит. Но видимо ему его хватало, чтобы создавать кулинарные шедевры.
Ангелина же собралась и ждала только меня, чтобы сесть в машину и отправиться на встречу.
— Звонил отец, спрашивал, как дела, — сказала она, приветствуя меня. — Сказала, что завтра мы на Параде, а затем уже можно съездить в гости к нам. Как ты смотришь?
В этом вопросе было слишком много подводных камней, а запрятанность второго дна зашкаливала. Но я уже знал, как действовать. Вспомнил прошлый опыт:
— Если демоны не нападут или не придёт крупный заказ — то почему бы не съездить на пару дней.
— С мамой познакомлю, — закинула она ещё одну проверку.
