— Ты проверяла Галена?
— Что, прости? — растерялась я.
— Если вам нужен именно человек, и вы не хотите ненужных сюрпризов, то вы должны проверять будущего первого… партнёра, — пояснил Вэйдалл с поразительной невозмутимостью и убийственной логикой.
— Я… — всё негодование и желание закатить скандал погромче схлынули разом, оставив смущение неуютное, неловкое. И признаваться в собственной досадной промашке совсем не хотелось. — Я… проверяла.
— Да? И как?
— Отец моей одноклассницы собрал досье на Галена…
— Скорее всего, липовое, соответствующее его нынешней легенде. Что-то ещё?
— И я… сама проверила… по косвенным признакам, — прозвучало на редкость глупо и неубедительно.
— Отлично, — вздохнул Вэйдалл. — Если бы Гален удосужился проверить не только тебя, но и твоё окружение, то он с самого начала знал бы, что ты сирена. Если бы ты попросила лорда или лучше леди Тарранси как следует копнуть под Галена, то, уверен, вскоре выяснилось бы, что он тоже член братства.
Глава 5
Член братства?
Гален?!
Мучительно долгую, бесконечно наивную минуту я смотрела потерянно на Вэйдалла, надеясь, что он пошутил. Что всё сказанное им страшная неправда. Что у него вообще началось временное помутнение рассудка.
Однако в тёмно-зелёных сейчас глазах я видела сочувствие, ожидание моей следующей реакции и каплю вины.
— Но… — кажется, помутнение случится у меня. — Вы же носите перстни со знаком братства… — я опустила взгляд на руки мужчины, и он догадливо потянул их ко мне, демонстрируя пальцы без единого кольца.
— Не всегда. Насколько я знаю, Гален с приезда в Атрию не надевал своего перстня. Надеюсь, он хотя бы помнит, куда его забросил.
У обоих глаза меняли цвет. Я ощущала на своей коже клыки и Вэйдалла, и Галена. Вэйдалл всё время повторял «мы». Сначала я предположила, что он имеет в виду всех членов братства, но теперь понятно, что в основном подразумевались только он и Гален. И я переспала с обоими.
Мало того, что я устроила первые игрища на троих, так я и в игрища эти вовлекла сразу двоих собратьев. Кто ещё может похвастаться таким достижением?
Ах да, может. Та бедная девушка с тройной привязкой, вынужденная скрываться невесть где.
— И… и какое у него задание в нашей школе? Вы же не приезжаете куда-то просто так, достопримечательностями полюбоваться… — что в принципе могло потребоваться Двенадцати в обычном провинциальном учебном заведении для девочек? Да, большая часть учениц из богатых семей, хотя и не леди по рождению — ближайший пансион для благородных девиц находился в столице Атрии, — однако что в них может заинтересовать орден, кроме сомнительных махинаций их отцов, коих везде хватает?
— Никакого, — ответил Вэйдалл. — Если можно так выразиться, Гален в самоволке. Он приехал сюда месяц назад вслед за мной, и теперь мы оба делаем вид, будто его присутствие в Тирсе прямо жизненно нам необходимо. Старшие уже не особо верят, но мы пока держимся. Повторяю, Ева, я не собираюсь тебя кусать, и я не уверен, что привязка действительно есть. Я лишь намерен ухаживать за тобой или, как нынче принято говорить среди молодёжи, встречаться. Я не буду тащить тебя в постель без твоего на то желания, не предлагаю пока выходить за меня замуж и тем более не настаиваю на твоих похоронах под надгробной плитой семейной жизни, быта и моих грязных носков. Обычные встречи, обычные, ни к чему тебя не обязывающие отношения.
— Но ты сам сказал, обычные привязанности тоже запрещены! — возразила я.
— Дрэйк и Норд находились в столице Эллорийской империи, Дрэйк постоянно вращался при императорском дворе, — мужчина сделал медленный, осторожный шаг ко мне. — Партия в империи долгосрочное, любимое детище наставника Дрэйка, Рейнхарта, а значит, у него там всё давно и крепко схвачено, везде его люди. Атрия же — не самое крупное и важное королевство, Тирс и вовсе один из множества ему подобных маленьких провинциальных городов. Здесь нет шпионов старших, нет строгого неусыпного ока ордена. И хотя все письменные отчёты мы посылаем Рейнхарту, непосредственный ответ мы держим перед другим собратом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— А потом что? — легче мне не становилось. Вэйдалл мне симпатичен и внимание его приятно, но не с перспективой же быть убитой за отношения с членом братства или необходимостью бежать неизвестно куда! — Не сейчас узнают, так позже.
— Для начала надо убедиться, есть ли привязка или нет, — Вэйдалл положил руки на мои плечи, сжал слегка. — И, возможно, при более близком знакомстве мы друг другу разонравимся, и говорить тогда будет не о чем.
У меня вырвался нервный смешок. С одной стороны мы уже успели довольно близко познакомиться.
— А Гален не доложит? — хотя бы ради того, чтобы отличиться перед старшими.
— Нет, — ни тени сомнений, неуверенности, лишь твёрдая убеждённость.
— А леди Вивиан Дарро? — напомнила я.
— Вивиан — задание, не более того, она не интересует меня ни в каком качестве. Через месяц-другой мне придётся отвезти её в Эллорийскую империю, и на этом всё.
— Зачем?
— Не знаю. Так велено, — равнодушно пожал плечами мужчины и посмотрел пытливо мне в глаза. — В любом случае это ещё не сейчас. Мы договорились?
Я кивнула. В самом деле, и что я так разволновалась? Нет никакой привязки, и понравилась я Вэйдаллу потому, что вела себя не как все. Обычный охотничий инстинкт, любопытство, как и у Галена. Вот он всё-таки хотел меня, странную инициативную девственницу, получил, узнал, в чём причина моего нестандартного, по его меркам, поведения и на том успокоился.
Почти.
И с Вэйдаллом будет то же самое: мы немного повстречаемся, он убедится, что я во многом ничем не отличаюсь от обычных человеческих девушек, заскучает, ему потребуется следующая девица, и на этом мы разбежимся. Что до запаха, то кто знает, может, сирены в принципе так пахнут? С оборотнями я не общалась, уточнять как-то не доводилось.
— Славно, — улыбнулся Вэйдалл и накрыл мои губы своими.
Против поцелуя я не возражала. И тренироваться на живом привлекательном мужчине куда интереснее и приятнее, чем на помидоре. Жаль только, что Вэйдалл быстро отстранился, собрал сирень и взял мою сумку.
— Куда дальше?
— Дальше я уже точно сама, — я забрала букет и сумку.
— Уверена?
— Да, — раздеться перед Вэйдаллом я не постеснялась бы, но почему-то смущала мысль, что он увидит меня в ипостаси птицы.
Вдруг я не понравлюсь ему в таком виде?
— Тогда до завтра.
— До завтра, — я улыбнулась на прощание, повернулась и поскорее ушла под сень леса.
Осторожно ступая по усыпанной прошлогодней жёлтой хвоей земле, добралась до ручья и вспомнила, что завтра Вэйдалл намеревался нанести визит лорду и леди Тарранси, только так и не уточнил, с какой целью. И если его настолько привлёк мой запах, что он почти сразу заподозрил во мне свою пару, то почему отпустил в объятия Галена? Да, без восторга, с неохотой, но отпустил всё же! Мало ли что мне там захотелось или не захотелось, запер бы меня в ванной, а сам пошёл бы выкидывать собратца в окно за одно лишь наглое вторжение и недвусмысленный совершенно намёк. Или они уже настолько прикипели друг к другу, что Вэйдалл даже гипотетической семейной жизни не видит без Галена?
Хотя, признаться, мимолётная фантазия об обоих мужчинах, отправленных на кухню готовить ужин, пока я после утомительного учебного или рабочего дня изволю нежиться в горячей ванне с душистой пеной, мне понравилась. Есть в ней что-то порочно-пикантное.
Усмехнувшись собственным шальным мыслям, я положила сумку на землю, сверху пристроила букет и начала расстёгивать платье.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})* * *
Признаться, сейчас немного странно думать, что были времена, когда девушка с радостью приняла бы его предложение. Единственный сын баронета, партия для высокородной девицы сомнительная, но вполне подходящая для скромной юной леди без громкого титула, хорошего приданого и больших амбиций, а уж для девушки рода незнатного и из семьи небогатой и вовсе удача редкая. Теперь всё иначе и порой казалось, что времена эти были не два века назад, а все десять.
