сами кто чем будет заниматься и как распределите между собой обязанности, но мне нужно, что бы Вы встречали машины с пациентами у входа и распределяли больных по палатам. Заметил Ваши лица вчера, как и чем Вы занимались. Мне понравилась Ваша роботоспособность – быстро меняли пациентов в операционных, помогали им раздеться-одеться. Понравилось и Ваше отношение к людям, которым требовалось особое внимание. Сегодня нам не потребуются операционные – в больнице, насколько знаю, есть комнаты для восстановления. Подготовьте именно их. Именно там и будем работать. Ваши хирургические кабинеты хороши, но нам они без надобности, да и пациентов не стоит лишний раз пугать. Вообщем, организуйте конвейер – встретили пациентов, разместили по палатам. Определили очередность и доставку к нам, и сразу возврат в палаты. Немаловажная просьба – Сайна, тебя это тоже касается. Все сопровдительные документы у пациентов должны быть оформлены должным образом. Как о переводе к нам, так и те, что отдадите людям, кто сегодня уже отправится домой. Проверяйте правильность оформления прямо у машин. Возникнут сомнения – счразу разворачивайте машины туда, откуда прибыли. Простите, писаниной тоже заниматься не будем – слишком мало времени. Эту функцию попрошу тоже распределить между собой. За образец оформления можете взять те карточки учёта, которые заполнялись вчера Вашими коллегами. Если потребуется моя подпись, поставлю, но не больше. И прошу – меньше слов, больше дела, хорошо? Покажете себя достойно – буду работать только с Вами, а не с теми, кто посчитал, что больницу даже в выходной можно оставить без врачей. Договорились? Вот и хорошо. Тогда приступайте, а мы на часик спустимся в исследовательский центр, где нас, скорее всего, тоже сегодня не ждут.
Немного задержавшись и посмотрев, как трое девчонок начнут работать, мысленно заоплодировал – было видно, что эксперы соскучались по настоящему делу и, переговорив между собой буквально минуту, стукнув ладошками о ладошки, разбежались в разные стороны.
- «Как тебе эта троица?» - С лица Антона не сходила улыбка.
- «Девочки хорошие. Тош, обратил внимание на их горящие глаза? Судя по всему, молодёжь здесь не приветствуется, ими лишь затыкают дыры в работе, для которых местные «светила» опускаться не имеют желания.»
- «Или считают это ниже собственного достоинства. Эти, как ты сказала, «светила», пусть ищут себе работу в другом месте. Я понимаю – больница практически пустая, всего пять пациентов на три этажа, которых и вчера можно было отпустить домой. Но как же… Надо было показать свою власть и недоверие к нам – оставили людей просто ради подстраховки. А получилось, что сами нагадили себе – если бы не были уверены в том, что с людьми всё хорошо, не оставили бы больницу даже без дежурного врача. Понимаю, выходной, но где логика? Где, в конце концов, совесть? Даже не врачебная, общечеловеческая?»
- «Поехали вниз.» – Арина, зайдя в лифт, поднесла к считывающей консоли свой пропуск, но, даже не успев нажать этаж, двери отдельного лифта, который был предназначен только для спуска на подземные этажи, закрылись и тот рухнул вниз. – «Одного не могу понять – вроде благополучный мир, десятки лет здесь не было войн и особых потрясений, тогда почему у них чуть ли не все учреждения имеют по полсотни этажей под землёй? Я, конечно, понимаю - технологическое оборудование, заводы и другие предприятия лучше спрятать, оставив на поверхности среди растений и деревьев жилые комплексы. Но тот же Полигон – полсотни метров под землёй. В длину почти километр, да и в ширину немногим меньше. А если землетрясение? По логике всё должно рухнуть, а не видела ни одной опоры, ни каких- либо тросов. Что за технология?»
- «Мне тоже интересно, но мы, кажется, уже прибыли.»
В исследовательском комплексе дела обстояли не так плачевно как наверху. Множество людей не ходили – бегали по коридорам, занимаясь делом. Что удивило – как и в первый раз, так и сейчас на посторонних никто не обращал ни малейшего внимания. Двойняшки походили-побродили по комплексу и, не выдержав, отправились к тому месту, где были в первый раз, в центр всей этой машинерии. Перед закрытой лабораторией их внезапно остановила охрана – бесцеремонно схватив за плечи, заставили согнуться от давления охранников, которые были одеты не только в броню, а ещё и в экзоскелеты.
Антон попросил не дёргаться сестру и ничего не предпринимать, хотя в первый момент едва не уложил четвёрку охранников на пол, сам сдержался чудом, что бы их не парализовать. Он неожиданно вспомнил своё личное ощущение, когда ты не в силах ничего предпринять против чужой силы.
- Что Вы здесь потеряли? Как вообще попали на этаж, где расположена территория, закрытая от посещения? – через пару минут услышали голос, в котором была сконцентрирована неимоверная властность и не скрываемая брезгливость к чужим.
- Для начала может отпустите нас и дадите выпрямиться? – Антон говорил совершенно спокойно. Без нервов и испуга. И хозяин начальствующего голоса понял, что здесь что-то не стыкуется с его ожиданиями – нарушители режима совершенно его не испугались.
Когда давление на руки и плечи исчезло и двойняшки смогли выпрямиться, мужчина, судя по всему, начальник охраны, увидев лица, что-то сообразил. Промямлил что-то вроде приветствия.
- Я ничего не поняла из того, что Вы пробурчали себе под нос. – Арина покраснела от гнева, испытав незаслуженное унижение. - Может нас всё-таки выпустят из рук ваши подчинённые? Они ведь так и не поняли, что своими руками, на которые напялены бронеперчатки, доставляете нам боль.
- Отпустите их, – скомандовал начальник охраны. – К Вашему счастью, я узнал кто Вы такие, но, не понимаю что Вам нужно на этаже совершенно секретного объекта. Вы же работаете в госпитале, а он наверху, не здесь.
- А что, на этот этаж на лифте может спуститься кто угодно? – поинтересовался Антон, потирая запястья, которые горели огнём после силового захвата.
- Нет. Это невозможно, – пробурчал начальник охраны. – И всё же жду ответа. В ином случае мне придётся сюда вызвать представителей службы безопасности, которым
