— Но куда ты собираешься уйти? — обеспокоено спросил Бамбур.
— Туда, куда всем вам вход запрещен. Я должна пройти путь королев! Если я не вернусь, что ж, значит, так оно и должно было быть.
Это были последние слова Менестрес. Она повернулась к ним спиной и принялась искать одну ей ведомую отметину. Вскоре она нашла то, что искала: каменный отпечаток ладони. Принцесса осторожно провела по нему кончиками пальцев. В этот момент она подумала: «Как же мудра была моя мать! Ведь она заранее рассказала мне, что нужно делать в случае… ее внезапной смерти. Неужели уже тогда она предвидела все это?! Воистину, она была величайшей королевой! Дай же и мне хоть толику твоего мужества, чтобы у меня хватило сил пройти этот путь!»
Она сжала руку в кулак, и сердце ее наполнилось решимостью. Да, чтобы ей не грозило, чтобы с ней не случилось, она пройдет этот путь! Она должна!
Менестрес достала кинжал, который всегда носила с собой и провела его острым лезвием по тыльной стороне ладони правой руки, той, на которой она носила перстень. Тут же выступила алая кровь. Она невольно сжала руку в кулак, от чего она вся измазалась в крови, а затем приложила руку к отпечатку на стене. В тот же миг камень в перстне — «Глаз Дракона» засветился изнутри, а затем и весь отпечаток осветился голубым светом. Он светился все ярче и ярче, и вдруг от него отделились два луча, которые очертили круг на стене пещеры высотой в человеческий рост. Часть стены, которая была внутри круга, отошла в сторону, открывая вход в еще один подземный ход.
Бамбур и остальные как завороженные следили за всем этим. Менестрес бросила в их сторону последний взгляд и скрылась в открывшемся проходе, который закрылся сразу же за ней.
Проход закрылся, но тьма не окружила Менестрес. Сами стены в этом подземном ходе излучали мягкий серебристый свет, от чего все вокруг казалось каким-то нереальным, фантастическим. Хотя, с другой стороны, может, так оно и было.
Принцесса шла все вперед и вперед и, не смотря на то, что все вокруг было незнакомым и странным, она не чувствовала страха. В ее душе было спокойствие и еще смутное чувство, будто она возвращается домой после длительного отсутствия.
Она шла и чувствовала, что опускается все глубже и глубже под землю. Но через некоторое время пол подземного хода стал ровным. Вдруг ход резко оборвался, и перед Менестрес открылась огромная пещера. Она была в десятки раз больше той, в которой находился источник. И всю эту пещеру занимало небесно-голубое озеро, ровное, как зеркало. От подземного хода в самый центр этого озера вела каменная тропа, которая оканчивалась небольшой круглой площадкой, но на ней ничего не было.
Менестрес застыла в некотором замешательстве, как вдруг услышала рядом до боли знакомый голос:
— Я давно ждала тебя.
Принцесса обернулась и увидела рядом с собой призрак своей матери, королевы Ациелы. Она была в длинном платье цвета рассветного неба и казалась еще красивее, чем была при жизни.
— Мама? — в глазах Менестрес блеснули слезы.
— Да, моя дорогая. Как бы мне хотелось обнять и поцеловать тебя, но боюсь, ты видишь лишь призрак.
— Мне так не хватает тебя и папы!
— Я знаю, родная. Но того, что произошло, нельзя изменить. Иди за мной. Ты должна пройти путь королев до конца.
Менестрес послушно пошла по каменной тропе вслед за призраком своей матери. Когда они дошли до круглой площадки, на которой была изображена звезда со множеством лучей, принцесса встала в ее центре, а призрак Ациелы остановился за ее спиной.
Спустя несколько секунд звезда засияла, и Менестрес услышала голос, казалось идущий из глубин озера:
— Я приветствую тебя принцесса, которой пришло время стать королевой. Здравствуй сестра.
Едва умолкли эти слова, как вода невдалеке от того места, где заканчивалась тропа, забурлила, вспенилась, и из глубин озера показалась прекрасно выполненная статуя. Она изображала свернувшегося в клубок дракона, на котором возлежала молодая женщина-ангел.
Статуя поднялась из воды, но на ней не было ни капельки. Но на этом чудеса не кончились. Едва статуя полностью оказалась на поверхности, как ангел ожил. Холодность камня исчезла. Белизна камня уступила место розовой коже. Недвижность каменных локонов обратилась в светлые, практически белые, волосы. Крылья скинули оцепененье и затрепетали, только их перья были не белоснежными, а черными. Статуя стала живым существом. Она открыла глаза — они были пронзительно-зелеными, и улыбнулась Менестрес. У нее тоже были клыки. Она была вампиром.
— Здравствуй, Менестрес, — сказала она.
— Кто ты?
— Я думаю, ты и сама уже догадалась. Я — Дайома.
— Дайома? — глаза Менестрес расширились от удивления. — Первая королева вампиров?
— Да. Именно от меня пошел род вампиров.
— Но… как это возможно?
— В этом мире практически нет невозможного. Сегодня твой день, твоя ночь. Как дочь становится матерью, так и принцесса станет королевой, — сказала Дайома, садясь на своем странном ложе. — Пришло твое время узнать истинную историю вампиров в самого начала. Как будущая королева, ты должна знать это!
Дайома резко расправила крылья, и пещера исчезла. Менестрес будто оказалась над землей.
— Это случилось очень давно, на заре человечества. Этот мир казался прекрасной жемчужиной в космосе. И вот, посланец Света, чистое существо, влекомое любопытством решило посетить этот, казавшийся таким прекрасным, мир…
Дайома рассказывала, а Менестрес видела все это. Картины сменяли одна другую. Вот она видела приближающуюся к земле яркую звезду, которая, замедлив ход на высоте птичьего полета, превратилась в белоснежного ангела, который очень походил на Дайому, но, в отличие от нее, на ангеле лежала печать безмятежности.
— Посланец Света, чистый как родник, спустился на Землю. Но он не знал, что уже тогда мир коснулась скверна. Он ожидал увидеть светлый мир, рай мирной жизни, но то, что он увидел, поразило его ранимое сердце, рвало душу. Да, он видел и добро, и любовь, но также видел распри, войны, жадность и жестокость. И этого было больше. Его душа разрывалась, и сердце постепенно наполнялось горечью.
Менестрес видела, как ангел пролетает над морями, сушей, селениями и полями сражений. Она видела, что его глаза наполнены слезами, а белоснежные крылья меняют свой цвет. Перо за пером они становятся черными.
— Посланец воззвал к силам Света. Вопрошал их, как они могут допустить такое. И его слова были услышаны. Когда его ноги коснулись земли, он окончательно изменился.
Принцесса видела все это. Когда ангел спустился на землю, его крылья были черны как ночь, а сам он, вернее она, была обнажена и сжимала в руках косу с загнутым вверх лезвием. На ее лице больше не было безмятежности. Она улыбнулась, и Менестрес увидела, как сверкнули клыки. Это была Дайома. Первый вампир.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
