*****
Фриц был в ярости. Он считал, что эта жалкая желтокожая обезьяна пришла сюда только для того, чтобы покалечить его. Как человек, который одобрял только белых, Фриц дискриминировал все другие расы.
Он мог смириться с тем, что они делают грязную работу, но не врачебную. В его глазах только избранные белые могли стать врачами, а не другие.
Думая об этом, Фриц всё больше волновался. Он чувствовал, как участилось сердцебиение и стало труднее дышать. Однако он всё ещё пытался дышать нормально. Стеснение в груди постепенно рассеивалось.
Однако, ему этого было недостаточно, чтобы выплеснуть свой гнев. Он позвонил своему агенту и грубо обругал Ивана.
Затем попросил принести ему стейк. Фриц понял, что ничего не ел уже два дня. Даже если у него нет аппетита, он должен что-нибудь съесть.
Он попросил нанять врача-нелегала именно потому, что соперничество в его бизнесе становилось всё более напряжённым. Даже консультанта по вопросам здравоохранения, у него переманили другие акционеры.
Как только они узнают о состоянии его здоровья, они определённо нападут на него во время заседания правления. Этого он допустить не мог.
За обеденным столом Фриц уставилась на импортный стейк из мраморной говядины. Он нанял шеф-повара с годовой зарплатой в десять миллионов рублей. Фрицу всегда нравились блюда шеф-повара. Однако в данный момент он не мог есть.
Глядя на говядину, Фриц почувствовал некоторое отвращение. Заставил себя взять вилку и нож, но внезапно почувствовал острую боль в груди.
— Быстро… Лекарство… Лекарство…
Слуга, всегда имевший при себе его лекарства, быстро накормил его таблеткой.
Только тогда боль в груди Фрица медленно утихла. Каждый приступ заставлял его чувствовать себя так, словно он побывал в аду.
Чем старше становишься, тем больше боишься смерти. Фриц откинулся на спинку стула.
— Господин, теперь вы чувствуете себя лучше?
Лицо Фрица помрачнело. Вспомнив слова доктора-азиата, он посмотрел на часы.
Один час! Ровно один час!
Эта желтокожая обезьяна действительно ясновидящая?
Как он так точно предсказал, что у меня начнётся приступ через час?
Фрицу было трудно в это поверить.
— Позвони этому доктору-азиату прямо сейчас. Я хочу его увидеть.
Слуга взглянул на хозяина, который только что наговорил так много резких слов доктору-азиату. Почему доктор вдруг захочет вернуться?
Однако, будучи слугой, он всё равно позвонил по просьбе Фрица.
*****
В кафе на Барвихе я откинулся на мягкий диван, потягивая свой коктейль. Ждал сообщения. Знал, что оно вот-вот придёт.
Заплатил десять тысяч, чтобы добраться сюда. Чисто за возможность влепить кому-то по носу. Сделки, где я в минусе? Не смешите меня.
— Иван, передай этому старику, что-либо десять миллионов, либо пусть гроб заказывает.
— Григорий, но зачем так жёстко? Это важный пациент. Если с ним подружишься, сможешь выйти на множество богатых людей.
— Он ещё один белый нацист, который думает, что я буду ему подлизываться? Даже не планирую с ним дружить. Десять миллионов — это просто компенсация за то, что он унизил меня. Передай, что если не увижу денег, пусть начинает готовиться к похоронам.
— Хорошо, я передам.
Иван замолчал, но, похоже, перспектива получить двести тысяч его подкупила. Единственное, что его волновало — согласится ли другая сторона.
*****
Когда Фриц услышал эту новость, он был шокирован. Он не мог поверить, что кто-то потребовал с него такую сумму.
Он вызвал своего личного врача и консультанта по здоровью, доктора Хинкельштейна.
Хинкельштейн быстро провел обследование господина Фрица.
С серьёзным выражением лица он сказал:
— Господин Фриц, я предлагаю вам немедленно отправиться в больницу и пройти полное обследование.
— Нет, у меня нет времени, — отказался Фриц от его предложения. Он начал кашлять. — Кх-кх!.. У меня завтра важная встреча. Выпиши мне какое-нибудь… кх… какое-нибудь лекарство…
— Извините. Я не могу это сделать. Заявляю вам как врач, что при вашем нынешнем состоянии вы можете умереть в любой момент. Не пугайтесь. Для вас лучше всего отправиться в больницу.
С профессиональной точки зрения тело Фрица было в критическом состоянии. Даже если он попадёт в больницу, может не прожить и суток.
Если Хинкельштейн пропишет ему лекарство, это будет похоже на убийство. Даже если его не осудят, лицензию точно отзовут.
Задача медицинского консультанта — сделать правильное предложение своему пациенту.
— Я не поеду в больницу, — Фриц уперся рогом.
Хинкельштейн повернулся к слуге, который стоял рядом с ним.
— Павел, позвони дочери господина Фрица и скажи ей, что я не шучу.
— Хорошо, хорошо, я поеду в больницу. Пожалуйста, не звони ей, — согласился Фриц.
— Господин, я пойду подготовлю машину, — кивнул Павел.
Фриц неохотно поехал в больницу, где он прошёл полное обследование по указанию Хинкельштейна.
Его отправили в отделение интенсивной терапии. Никто ещё не сказал ему результаты, но он чувствовал, что его состояние ухудшается с каждой секундой. Это было страшно. Он никогда раньше не испытывал ничего подобного.
Ему и раньше было не по себе, но он всегда знал, что сможет выстоять. На этот раз всё было по-другому. У него появилось плохое предчувствие.
— Павел, Павел, зайди! — крикнул Фриц.
— Господин, чем могу вам помочь?
— Позвони этому доктору и скажи, чтобы он приехал. Я дам ему десять миллионов! Скажи пусть поторопится.
Ни одна гордость не важнее его жизни. Если его можно спасти, он не прочь сдаться и заплатить десять миллионов.
В этот момент в палату вошла женщина лет сорока — его дочь Ольга.
— Ольга, что случилось? — спросил Фриц.
Будучи его дочерью, Ольга унаследовала отцовский характер. Она была сильной и умной женщиной. Оба её брака распались, потому что она больше заботилась о карьере, чем о
