– Мы не презираем их, если это достойные люди, – ответил Джемнон. – Старые аристократы, люди-львы Катны, – это благородные по крови. Другие же получили высокое положение и доступ в круг знатных людей в награду за то, что к ним хорошо относится королева. С одной стороны, такое возвышение в большей степени отражает славные дела обладателя высокого титула, чем его благородное происхождение, поскольку чаще всего он заслуживает таких наград. Я получил благородное происхождение при рождении. Но если бы я не был рожден вельможей, я никогда не стал бы им. Я человек-лев, потому что таковым был и мой отец. Мой старинный предок водил людей-львов короля в сражения.
– А как же добился Эрот титула благородного? – спросил человек-обезьяна. Джемнон скривился.
– Что бы он ни делал – это всегда личные услуги. Он никогда не отличался выдающимися качествами государственного деятеля и никогда не оказывал услуг государству. Все его достоинства заключаются в том, что он – принц льстецов и король лизоблюдов и доносчиков.
– Но королева кажется довольно умной женщиной, чтобы обманываться лестью.
– К сожалению, никто от этого не застрахован.
– Даже среди зверей нет предателей.
– Что ты хочешь этим сказать? – спросил Джемнон. – Эрот ведь почти зверь.
– Ты оскорбляешь зверей. Видел ли ты когда-нибудь, чтобы лев вилял хвостом перед другим зверем, чтобы добиться его расположения?
– Но ведь звери бывают разные, – возражал Джемнон.
– Да, и они все подлости оставили человеку.
– Ты не очень высоко ценишь людей.
– Я только сравниваю их поведение с поведением зверей.
– Все мы таковы, какими нас родили матери, – сказал Джемнон. – Есть звери, и есть люди, но некоторые люди ведут себя как звери.
– Но ни один зверь, слава Богу, не ведет себя как человек, – ответил Тарзан с улыбкой.
Ксерстл, неожиданно появившийся в комнате, прервал их разговор.
– Я собрал свои вещи, – доложил он, – и скоро пришлю раба за ними.
Джемнон кивнул головой в ответ на его слова, и Ксерстл вышел из помещения.
– Кажется, он недоволен, – заметил человек-обезьяна.
– Пусть его лучше проглотит Ксаратор! – воскликнул Джемнон. – Хотя его можно использовать и для более благородной цели, – добавил он, – например, отдать на корм моим львам… если, конечно, они еще будут есть его.
– У тебя есть львы? – спросил Тарзан.
– Конечно, – ответил Джемнон. – Я – человек-лев и по своему званию должен иметь львов. Так положено нашей касте. Каждый человек-лев должен держать львов для войны, чтобы сражаться за королеву. У меня их пять. В мирное время я использую их на охоте и для состязаний. Только знать и люди-львы имеют право владеть львами.
Между тем день клонился к вечеру. В помещение вошел раб с горящим факелом, который он укрепил на цепи, свисающей с потолка.
– Наступило время ужина, – объявил Джемнон, поднимаясь.
– Я уже поел, – сказал Тарзан.
– В таком случае мы уходим. Тебе, наверное, будет интересно встретиться с другими благородными воинами. Тарзан встал.
– Очень хорошо, – сказал он и вышел вслед за Джемноном из помещения.
В огромной столовой, расположенной на первом этаже дворца, собралось уже около сорока знатных придворных, когда туда вошли Джемнон и Тарзан. Здесь они увидели Томоса, Эрота и Ксерстла, некоторые из воинов были уже знакомы Тарзану, поскольку он видел их ранее в зале совета и на стадионе. Как только он вошел, в столовой воцарилась тишина, словно собравшиеся были застигнуты врасплох.
– Это Тарзан! – объявил Джемнон и повел своего спутника к столу.
У Томоса, который за столом занимал почетное место, был довольно кислый вид. Эрот хмурился, но именно он нарушил общее молчание.
– Этот стол для благородных, – сказал он, – а не для рабов.
– Благодаря его смелости и великодушию ее величества королевы этот человек присутствует здесь в качестве моего гостя, – ответил Джемнон. – Если же кто-нибудь из равных мне возражает против его присутствия, я готов с оружием в руках доказать обратное. – Затем он повернулся к Тарзану: – Поскольку этот человек сидит за столом вместе с людьми, принадлежащими к моей касте, я приношу свои извинения за сказанное им. Надеюсь, ты не оскорблен?
– Разве шакал может оскорбить льва? – заметил человек-обезьяна.
Ужин протекал вяло. Эрот и Ксерстл шептались между собой. Томос ничего не говорил, всецело поглощенный едой. Несколько друзей Джемнона втянули Тарзана в беседу, и он нашел в лице одного или двух из них неплохих собеседников, другие же склонны были относиться к нему покровительственно. Возможно, они очень удивились бы и изменили бы свое отношение к нему, если бы знали, что их гость является пэром Англии. Впрочем, такое сообщение вряд ли произвело бы большое впечатление, поскольку ни один из них никогда не слышал об Англии. И Тарзан не стал им говорить об этом – его не волновало то, что они думали о нем.
Когда из-за стола поднялся Томос и все остальные собрались уходить, Джемнон зашел в свои апартаменты и надел другую кольчугу, шлем и оружие, а после этого проводил Тарзана в приемную королевы.
– Не забудь стать на колени, когда мы войдем к Немоне, – предупредил Джемнон, – и не говори ни слова, пока она к тебе не обратится.
В маленькой приемной их встретил офицер и сразу же отправился к королеве сообщить об их прибытии. Пока они ждали, Джемнон внимательно изучал высокого чужеземца, с невозмутимым видом стоящего рядом с ним.
– Скажи, у тебя есть нервы? – спросил он спустя минуту.
– Что ты имеешь в виду? – поинтересовался человек-обезьяна.
– Я видел как трепетали наихрабрейшие воины, которых вызывала Немона, – объяснил его компаньон.
– Я никогда не дрожу, – ответил Тарзан, – и даже не представляю себе этого.
– Возможно, Немона научит тебя волноваться.
– Возможно, но почему я должен дрожать там, где не дрожат шакалы?
– Не понимаю, что ты хочешь этим сказать? – спросил с недоумением Джемнон.
– У нее находится Эрот. Джемнон рассмеялся.
– Но как ты узнал об этом? – спросил он.
– Я знаю это наверняка, – ответил Тарзан. Он не считал нужным объяснять, что, когда офицер открыл дверь в покои королевы, его чуткие ноздри уловили запах, свойственный Эроту.
– Надеюсь, что его здесь нет, – сказал Джемнон с выражением озабоченности. – Если он здесь, то для тебя может быть устроена ловушка, из которой ты не выберешься живым.
– Каждый может почитать королеву, но не шакал, – заметил Тарзан.
– О королеве я думаю сейчас все время. В приемную вернулся офицер и кивнул Тарзану.
– Ее величество примет тебя сейчас, – сказал он. – Ты можешь уйти, Джемнон, твое присутствие не обязательно.
