— Странно, не правда ли? — Герцогиня, потупившись, поигрывала изумрудным браслетом, украшавшим ее запястье: — Но малярия порой бывает непредсказуема.
…Какая муха укусила герцогиню?
— Но мы с мисс Бальфур странно будем выглядеть среди всех этих людей — ведь по возрасту мы совершенно не…
Леди Маргарет окинула комнату взором, полным изумления:
— О Боже… Кажется, ты прав. А я ведь об этом и не подумала!
— Тетушка, вот уж не знаю, что за игру вы затеяли, но, похоже, ставка в ней весьма серьезна. У вас на этот раз всего десятеро гостей — и это при том, что обычно вы приглашаете семей эдак двадцать или поболее.
И теперь ему много сложнее будет остаться наедине с Роуз так, чтобы никто этого не заметил! Их тотчас хватятся… Син одарил тетушку тяжелым взглядом:
— Что у тебя на уме?
— У меня? — На худых щеках герцогини сквозь слой пудры проступили два ярких пятна. — Да решительно ничего… такого. Я просто пытаюсь помочь…
— Кому помочь? С какой стати?
— Ты, похоже, весьма интересуешься этой девчонкой, мисс Бальфур, и я решила, что молодые соперники тебе совсем не надобны…
Син едва не подавился:
— Соперники? Так вы полагаете, я не смог бы… Боже мой, мадам! Никто еще так меня не оскорблял!
Однако тетушка нимало не смутилась:
— Очень жаль. Ты не был бы столь невыносим, если бы люди поменьше лебезили перед тобой! И не вздумай уверять меня, что это не так!
Син помрачнел:
— Если вы почитаете меня таким уж чудовищем, отчего приглашаете к себе из года в год?
— Просто потому, дорогой, что ты приходишься мне внучатым племянником. К тому же ты мой любимчик.
— Стало быть, вы говорите мне гадости исключительно из любви?
— Любить кого-то — вовсе не означает вечно гладить по шерстке! Порой нужно говорить правду, хотят ее слышать или нет! Кстати, я давным-давно хотела поговорить с тобой по душам — с годами ты стал слишком уж высокомерным!
— Ерунда!
— Но в этом не твоя вина, разумеется. Когда не стало твоих родителей, моя сестрица сочла, что бремя ответственности за семью поможет тебе стать мужчиной. Так и случилось — правда, мужчина из тебя получился… не совсем такой, как хотелось бы.
— Ну довольно! Вы сказали достаточно, мадам! — ледяным тоном бросил Син. — Многие унаследовали куда большие состояния, причем в куда более нежном возрасте…
— И со столь же катастрофическими для себя последствиями! — парировала герцогиня.
— Фамильный особняк Синклеров никогда не был в столь безупречном состоянии! Это же касается и финансов семьи!
— Деловой хватки у тебя не отнять, но это не пошло на пользу лично тебе. Рядом с тобой не случилось никого, чьи желанья и стремленья следовало бы брать в расчет! Младшие были еще детьми, однако теперь, когда они выросли и переженились, ты сделался вконец невыносим!
Да провались всё! Сначала Данн, теперь вот тетя Маргарет…
— Что ж, если вы так и впрямь считаете, полагаю, мне лучше будет уехать.
— И лишиться общества мисс Бальфур? И это после того, как я в поте лица пересматривала список приглашенных, желая предоставить тебе все преимущества?
— Черт возьми, меня решительно не интересует эта мисс Бальфур!
Тетя Маргарет недоверчиво вздернула бровь:
— Ну, если она уж вовсе тебя не интересует, отчего тогда ты прилетел сюда, словно муха на мед, лишь заслышав ее имя? А ведь это так, сознайся!
— Мой интерес к мисс Бальфур совсем не романтического свойства!
— Дорогой мой, но какого рода интерес, помимо романтического, может испытывать мужчина к женщине?
— Извольте, я объясню. Все это время она была словно заноза у меня в заднице — прошу простить, мадам, — и я решил, что настало время извлечь занозу! Вот и все.
— Но ты же не намерен причинить ей вред? — Тетя Маргарет воинственно вскинула подбородок и тотчас стала необычайно похожа на родную свою сестру, бабушку Сина. — Позволь напомнить: девочка у меня в гостях, к тому же она моя крестница. И если я узнаю о каком-либо неподобающем твоем поступке в отношении барышни, ты очень пожалеешь!
— Уверяю, у мисс Бальфур не будет ни единого повода упомянуть о неподобающем поведении с моей стороны!
О, я позабочусь о том, чтобы мисс сочла мое поведение самым что ни на есть подобающим! Настолько подобающим, что она будет молить о продолжении!
— От души на это надеюсь! Покуда девочка гостит в моем доме, она пребывает под моей защитой и покровительством, и я не позволю, чтобы ее репутация подвергалась угрозе!
Если бы Роуз была невинной овечкой, Сина тоже заботила бы ее репутация. Но ведь девушка ясно дала ему понять, что является «женщиной с опытом»…
— Если тут кто-то и нуждается в защите, то это явно не она. Однако будьте покойны, тетушка, барышня в безопасности. И пора вам прекратить ваши несносные попытки «пристроить» меня!
— Да полно, племянник! Ты явно заинтересовался этой девочкой, но не желаешь в этом сознаваться!
— Однако вы уже начинаете мне досаждать! Только взгляните на своих гостей! Сразу понятно, что вы замыслили!
— Тебе следует признать, что нуждаешься в помощи! Мисс Бальфур весьма привлекательна, и другие достойные претенденты, более обходительные, нежели ты, могли бы тебя затмить в ее глазах…
— Никто не может перещеголять меня в том, что касается обходительности — когда я этого хочу! А ваша мисс Бальфур чересчур смуглая, невыносимо веснушчатая, да и одета совершенно не по моде! И будь здесь другие «достойные претенденты», боюсь, они бы не удостоили ее даже взглядом…
— Однако она необычайно жизнерадостна, очаровательна, а еще у нее обворожительная улыбка! — Не позволяя Сину ответить, тетя Маргарет предостерегающе подняла руку. — Впрочем, соглашусь: мисс Бальфур совсем, что называется, не твой тип женщины. Она очень независима, она не мечтает стяжать высокий титул, и, похоже, деньги ее не слишком интересуют.
Син нахмурился:
— Да, это не мой тип женщины. И увы, именно тот тип хищниц, которых привлекают мой титул и состояние, что бы вы там ни говорили!
Тетя Маргарет сурово сдвинула брови:
— Послушай меня, Син. Вокруг всегда полным-полно тех, кого привлекают наш титул и богатство. Однако есть и те, кто хочет быть с нами единственно ради нас самих!
Син издевательски захохотал. Герцогиня прикусила губу.
— О Господи! Бедный мой мальчик…
— Чепуха! — хмыкнул Син. — Как бы там ни было, Господь благословил меня и состоянием, и титулом, и давайте примем это как данность. Так что прекратите вести себя со мною так, словно я малыш, разбивший коленку! Я не нуждаюсь в том, чтобы вы утирали мне слезки!
