Между тем, вокруг снова стало теплее, ветра не было и, выходя на верхнюю палубу, мы даже перестали надевать тёплые куртки, являвшиеся неотъемлемым компонентом нашей одежды в Антарктике. Неприступные скалы близкого берега сильно изломанной линией стали постепенно снижаться. С берега повалили низкие туманные облака.
Опять появились птицы. Лорд Джон, не долго думая, взял двустволку и пальнул по стае птиц, в то время когда они пролетали над «Европой». Две птицы, отделившись от раскинувшейся врозь стаи, камнем полетели в воду. Одна из птиц сразу ушла под воду. Но быстро спущенная шлюпка всё же подхватила оставшуюся на плаву птицу и представила её нам.
Она была чуть больше голубя, но с более развитыми крыльями и большей головой, имевшей удлинённый клюв с большим количеством острых зубьев.
— Сколько я ни видал птиц в различных странах, но такой никогда не встречал, — заявил лорд.
— И не могли встречать, — сказал Челенджер. — Если я не ошибаюсь, то это какая-то разновидность древней птицы — ихтиорниса, вымершего много миллионов лет назад. Мысль, что плезиозавр привёл нас к его месту обитания, подтверждается. И я думаю, это не последний вид доисторических животных, которые нам повстречаются здесь. Так что будьте готовы к встрече с самыми невероятными формами животных, которых вы и представить себе не могли.
Вскоре горный массив кончился, и показалась дельта довольно широкой реки, проход в которую был ограничен мелкими рифами, преграждавшими нашему судну проход по ней.
После достаточно широкой низменной тундры, начавшейся от реки, появился ещё один скалистый массив, возле которого мы нашли прекрасную бухточку для стоянки. Она была достаточно глубокой и защищалась от моря скалистой косой. Здесь подводная лодка могла не только пришвартоваться, но и развернуться, при необходимости, на все 360 градусов. Нечего было и мечтать о лучшем месте стоянки, и мы не стали продвигаться на юг дальше.
Сразу по прибытии, в сумрачном свете Урана, мы натаскали с берега камней и соорудили на некоторой возвышенности достаточно высокую пирамиду, над которой, под трёхкратный салют из пушки, был поднят флаг Великобритании. В неё так же поместили свинцовый ящик, в котором содержалась бумага о том, что земля была открыта 4 октября 1914 года британской научной экспедицией во главе с Челенджером и названа Уранией.
Бумага была скреплена судовой печатью «Европы» и под ней расписались все члены экипажа.
Глава двенадцатая
Разведка местности
За обедом обсуждались дальнейшие планы экспедиции. Днём было решено направить на разведку местности две пешие группы, после чего можно было определить и уточнить детали экспедиции в глубь Урании.
Пообедав и переодевшись в охотничьи костюмы, мы с Челенджером отправились на север, к увиденной сегодня реке. А Лорд Джон и Саммерли направились на юг к высокому холму, расположенному неподалёку.
Идти было неудобно и трудно, так как прибрежная земля оказалась мокрой и вязкой. В надежде на более твёрдую поверхность, мы немного удалились от кромки воды. Вскоре наши надежды оправдались и пройдя пару миль, мы ступили на сухую землю. Низкий туман, клубившийся над нами, несколько рассеялся, но всё равно уже на расстоянии шестисот футов ничего не было видно.
Ещё через четыре с половиной миль мы, наконец, обнаружили первую биологическую активность: появилась мелкая травка, низко припавшая к земле.
Вскоре мы увидели реку. По её берегам уже произрастали небольшие кустики какого-то кустарника с колючими стебельками.
Река, уходящая далеко на восток, оказалась широкой и, по-видимому, достаточно глубокой.
Тут туман почти рассеялся, и в четверти мили выше по течению, мы смогли различить какое-то животное, пасшееся у низких деревцев. Прячась за кустами, мы осторожно подобрались к нему на расстояние выстрела, Челенджер зарядил свою двустволку крупной дробью, прицелился в ничего не подозревающее существо и выстрелил. Раздался гулкий вскрик, и животное рухнуло замертво.
Мы побежали к трупу. Но то, что вскоре увидели, поразило нас.
Убитое нами животное оказалось очень похожим на верблюда. Форма тела была идентичной, с одним горбом не спине и длинными конечностями. Правда, у этого на голове, кроме того, красовался ещё и небольшой хобот.
— Это что же, такая разновидность верблюда? — не понял я.
Челенджер задумался, глядя на шерстистого «мутанта»:
— Мало вероятно… Сегодня мы уже видели форму «ископаемых» животных и смею предположить, что и этот вид не исключение.
— Неужели?
— Я могу ошибаться, но подобное животное мне приходилось видеть в одном из палеонтологических учебников. И называлось оно палеогеновой макраухерией.
Мы сфотографировали, описали и сняли размеры с тела.
— Как же мы теперь дотащим такого тяжёлого зверя обратно к подлодке? — задал само собой напрашивающийся вопрос Челенджер. — Расстояние ни много — ни мало пять с половиной миль.
Я мимолётом окинул взглядом близ стоящие деревья, и мне пришла идея:
— Мы срубим какое-нибудь деревце и привяжем зверя к его стволу, так ноша станет гораздо легче.
— Хорошо, тогда не будем терять времени…
Деревьями были берёзы и редкие дубы. Наш выбор остановился на молодой и прочной берёзе.
Закончив работу и взвалив тушу на плечи, мы не спеша двинулись в обратный путь.
Шли мы долго, время от времени, устраивая передышки. Туман опять застилал горизонт и, иногда, слегка моросило. По пути больше никто так и не встретился, хотя мы не раз слышали отдалённый рев, несомненно, имевший звериную природу.
Вернулись мы уже поздно вечером и сразу накинулись на ужин, на ходу рассказывая товарищам об увиденном и услышанном. После чего, вернувшиеся ещё до нас Саммерли и лорд Рокстон, поведали свой рассказ.
Оказалось, что и их так же не минула встреча с диковинными животными.
Они, как и предполагалось, направились прямо на восток, к высокому холму. Но, взобравшись на него, не смогли хорошо рассмотреть сверху местность, так как всё застелил беспросветный туман. Единственное, что они увидели, было только небольшое озеро на юго-востоке, отсвечивавшее в тусклом свете яркими бликами ровной зеркальной поверхностью.
Спустившись с холма, они направились к нему, встречая на пути небольшие деревца, кусты, травы и цветы. Из них ботаник Саммерли смог узнать только некоторые виды. Остальные же, составлявшие большинство, были неизвестны ему или известны, но лишь по отпечаткам на скалах в Южной Америке и северной Антарктиде, описанные в научных пособиях.
