ожидая. — До Совета еще остается достаточно времени, так что все нормально. Проследи, чтобы Онрат понял, что от него требуется, и не напугал Янтарь. Спрошу с тебя лично.
Глава 6
Задача по душе
Всю дорогу до академии я думала о том, что случилось.
Наверное, я приняла слишком опрометчивое решение. А Роквелл разозлился и в дальнейшем откажется мне помогать.
Ну и не надо! Я изначально неплохо справлялась самостоятельно и дальше обойдусь без его «помощи». С того момента как он вновь появился в моей жизни, от него одни проблемы. Зачем он вообще весь этот цирк устроил, изображая примерного мальчика? Оказывается, он все это время думал о том, как со мной переспать. Вот только не на ту нарвался. Я еще на Земле научилась отшивать слишком назойливых мужчин.
Но от прилетевшей мысли, что все может измениться, стало одиноко и тоскливо. Я действительно хотела Роквелла, мое тело откликалось на его ласки. И, возможно, я поддалась бы искушению, если бы не думала о последствиях. А не думать о них не могла. Меня совершенно не прельщала перспектива стать подневольной куклой.
Той ночью я почти не спала. На ноющих губах чувствовались его поцелуи, будто все продолжалось до сих пор. Стоило закрыть глаза, как я видела перед собой демона, снова касалась его тела — слегка страшноватого, но сильного и даже чем-то привлекательного. И наши пальцы снова и снова переплетались между собой, образуя одно целое. Наверное, этот его жест и запал в душу больше всего. Ведь он означал доверие, которое разлетелось на мельчайшие осколки, как только я объявила о своем возвращении в АМИРС. И эти осколки сложно склеить заново.
Но, с другой стороны, лучше так. Я почти прониклась к Роквеллу Фланнгалу симпатией, которая грозила перерасти в нечто большее. А теперь точно знаю, что мне нельзя влюбляться в этого демона. Ни за что на свете! Он не станет хорошим. Тигр никогда не будет домашним котиком, сколько его ни приручай. Так и высший лорд итхаров не изменит свою натуру и не станет человечнее. Все это бессмысленные надежды.
Да и вообще, я ведь домой собираюсь! В свое личное тело!
Я проснулась совершенно разбитая, с ватной головой. Такое состояние обычно бывало на Земле по понедельникам, после всяких поездок или походов на природу. И я его (состояние, в смысле) терпеть не могла, ведь полдня потом ходила как вареная.
Вот и сейчас мне нужно идти на работу. До ближайших выходных надо продержаться еще два дня. А у меня много всяких планов, которые я не собираюсь откладывать из-за какого-то нервного итхара.
Как назло, с самого утра мой шеф Гарт Мадеус пребывал не в духе. Началась подготовка к экзаменам, ректор требовал очередные отчеты. Все утро я ходила по кафедре, собирая информацию, поднимая предыдущие документы и ругая себя за то, что не разложила все сразу по полочкам. Но ведь я не думала настолько задержаться в этом мире. И так много сделала за то время, что работала здесь.
Я уже мечтала об обеденном перерыве, чтобы спрятаться в укромный уголок и подремать, когда наткнулась на Лаки и Анну.
У Карлимана только что закончилась консультация для студентов, и он возвращался из аудитории, а Анна, видимо, пришла к нему из корпуса лечебников, чтобы пообщаться. Они о чем-то говорили, но, заметив меня, замолчали. И я уже хотела пройти мимо, как вдруг Анна меня окликнула:
— Лерэйн! Иди к нам!
Я растерянно взглянула на нее, потом на Лаки. Он виновато улыбнулся:
— Все в порядке. Прости за недоверие.
Ох, знал бы Лаки, как они рискуют со своим «доверием»!
Но все же подошла, поздоровавшись.
Стоило поменьше общаться с Осведомленными. Успокаивало, что Роквелл, скорее всего, уже покинул Грэмвилль и улетел в неведомые дали. Даже думать не хочу, куда именно и зачем. Меня это совершенно не волнует.
— Как твои дела, дорогая? — обеспокоенно поинтересовалась Анна.
— Все в порядке. А у вас что нового? Как съездили за город? — сделала я вид, что ничего не происходит.
— Там все прошло отлично. У нас другая проблема, и мы думаем, как ее решить.
— А в чем, собственно, дело? — нахмурилась я. Не понравился мне тон Анны.
— Да проблема вовсе не у нас. Делиси и Джонас в беде. На Лиарда вчера составили протокол, выписали штраф. Они еще не выплатили аренду за мастерскую. Им придется переехать за город. А гордость не позволяет Джонасу брать у нас деньги. Возможно, тебе удалось бы поговорить с отцом Делиси? Ты ведь знаешь ее положение.
— Даже не знаю. Можно, конечно, попробовать, хотя я не уверена в результате, — растерялась я. — И что, штраф такой огромный?
— Приличный, — горько усмехнулся Лаки. — Хорошо, что обошлось без ареста. Все дело в том, что он поссорился с последней клиенткой, графиней Фулк. Она отказалась забирать свой портрет, а ведь он потратил на него много времени: она постоянно ко всему придиралась. И тогда Джо решил показать характер — испортил портрет, нарисовав графине вместо винограда в руках б-б-большой…
— Не продолжай, — хмыкнула я. — Так что было дальше?
— Ночью Джо отнес картину на площадь перед королевским дворцом и оставил ее там, — пояснила Анна, выручив друга, который так и не смог сказать, что именно было нарисовано в руках графини. — Утром собрались зеваки, потешались, а потом портрет заметил и забрал кто-то из дворцовой челяди, в шутку заменив им одну из картин в зале для совещаний. И когда советники собрались у короля, то вместо обсуждения все стали смеяться. Пока портрет не увидел граф Фулк…
— Ой-ой… Представляю его реакцию, — покачала я головой. А потом сама не выдержала и прыснула со смеха.
— Теперь ты понимаешь, с чего все началось. Вечером к Лиардам нагрянули городовые вместе с хозяином мастерской. В общем, если Джо не заплатит все деньги через пол-лунницы, лавочку можно прикрывать. Нам придется искать другое помещение для собраний. Но это ерунда, все равно нужно менять место встреч. Вот Делиси и Джонасу предстоит переехать в деревню, где у Лиарда живет мать. Да только там развернуться негде, а у них скоро родится малыш.
Внутри меня что-то екнуло. Я не понаслышке знала, что такое жить в тесной квартире со свекровью и ребенком. Когда я была маленькая, мама жила у родителей моего отца. Она потом часто рассказывала о том кошмаре, через который ей пришлось пройти, пытаясь найти общий язык с моей покойной бабушкой.
Делиси — аристократка, нежная и
