реальности, где никогда не бывает скучно.
Мне было всё равно откуда он выцепил эту фразу. С человеком, который понимает, что сейчас выдал, мне всегда будет о чём поговорить. Позже выяснилось, что Антон написал её в момент нашего знакомства и ни секундой ранее. Он утверждал, что волны моего сознания уже тогда сбили его с ног.
Иногда мы спорили до пены у рта. Он был одним из немногих кому удавалось меня переубедить:
— Да ты просто не понимаешь! Фильмы-ребусы с переменой временных линий очень сложны в создании.
— Что сложного, отснять плёнку, кинуть её в блендер и нажать на пуск?! Да так только бездарности делают!
— Сложно создать интригу, сделать зрителя полноценным участником! Дать возможность почувствовать себя детективом!
Я тоже была готова отстаивать своё мнение:
— Он гений!
— Почему? Только потому, что эстеты, покручивая бокал с вискарём, так сказали?
— Потому что он изобрёл способ передачи сверхъестественного с обыденном!
— Он не способ изобрёл! Он накурился! Или ещё что потяжелее!
— Тогда объясни, почему создатели твоего любимого сериала, который ты позиционируешь как вечную классику вдохновлялись его работами!
— Докажи!
— Во-первых они сами так сказали! Во-вторых, вот смотри, сравним постановку кадров….
Иногда мы были согласны:
— Да не проблема сделать сильного женского персонажа!
— Конечно не проблема. Надо только делать его по канонам создания любого сильного персонажа!
— Вот именно!
Иногда понимали друг друга с полу слова:
— Нет хуже впихивания морализаторства и политики!!!
— Так и хочется сказать, ты чего мне своё мнение в глотку суёшь! Расскажи историю! Я сам разберусь, какие выводы из этого делать!
— Французское кино о любви?
— Французское кино о любви!
Иногда просто не знали, как относиться к просмотренному:
— Да это какая-то претенциозная чушь! Столько хороших актёров… А в итоге…
— Я не могу назвать этот фильм плохим, просто с первого раза не въехала, что смотреть надо было не на персонажей, а на их историю. Они проживают одно и то же. И все делают выбор в пользу иллюзий. Получается, что у героев концовок нет, а у мысли, которую они иллюстрируют — есть.
— И фильм от этого становится легче смотреть? Когда это понимаешь?
— Не-а.
— Ну получается я прав.
— Всё равно нет. Мысль-то правильная.
— Сложно тут что-то однозначное сказать… Да и актёры тоже вроде стараются…
Иногда он менял своё мнение:
— Тут главное химия между персонажами!
— Не-а! Освещение!
— Причём тут освещение в классической эротике?
— Возьмём вот эту культовую сцену! Что ты видишь?
— Силуэт!
— А эту?
— Кусок льда!
— Ни хрена! Ты видишь блики в куске льда! И отражение этих бликов в талой воде и на коже!
— А… Ну… Может быть…
Иногда я:
— Она дура.
— Это почему?
— Она влюбилась и решила, что от этого теперь весь мир должен построиться! А что в итоге? Развалилось целое государство.
— А… ну да… она дура…
Наше личное знакомство оказалось столь увлекательным, что просто не могло никак не отпечататься в моей биографии.
В одно ясное морозное утро (а для Антона это было именно утро) пришло неожиданное сообщение:
— Сегодня потрясающе пустой день!
— У меня тоже.
— Так может встретимся, наконец?
— Вообще… На улице и правда такая красота!
Предложение меня обескуражило. За то время, пока мы общались я успела привыкнуть, что в моём телефоне живёт человек в текстовом формате. Только так его и воспринимала. Сам факт обретения им плоти и образа казался каким-то неправильным что ли.
— А как мы поедем? Движение на дорогах парализовано из-за оледенения.
— Общественный транспорт ходит.
— Там толпа, наверное!
— Давай встретимся тут (он скинул точку на карте).
— Я оденусь как снеговик! И тебе советую!
На улице творилось натуральное пиршество света. Яркое Солнце на пронзительно голубом небе освещало толстенные ледяные глыбы! Они были везде. Свисали с крыш до самой земли, опутывали провода, окаймляли массивные трубы. Город звенел сияющей чистотой.
— Ты тот самый снеговик, которого я ищу?
Парень с растрёпанными волосами до плеч и лиричным взглядом серо-голубых глаз, видимо и являлся тем самым, уже горячо любимым на тот момент, киноманом. Узкая шапка, огромная куртка потёртые штаны, которым на вид было лет сто, полностью убивали модельный вид его фотографий. Однако было в его внешности нечто классическое. Тонкие аккуратные черты лица, гордый профиль, объёмный шарф и какое-то неуловимое изящество движений и мимики. Пожалуй, он мог бы мне понравиться, но ощущения эротического характера от его присутствия были абсолютно нулевые. К тому моменту этот человек уже успел стать мне другом. И моё сознание наотрез отказывалось воспринимать его как-то иначе. Я просто ужасно рада была его увидеть, и чуть не бросилась на шею, как к старому знакомому.
Он заметил этот мой вовремя остановленный импульсивный порыв. Растянул по лицу идеально симметричную улыбку, по которой при желании можно было проверить уровень, и слегка приобнял длиннющими руками.
— Рад тебя наконец увидеть. Кажется, мы уже вечность знакомы!
— У тебя красивые фотографии.
— На что ты намекаешь?
— На то, что ты фотогеничен!
— И что это значит?
— Это значит, что на фото ты лучше, чем в жизни.
— Ты считаешь это комплимент?
— Однозначно!
— Тогда ты тоже!
— А вот я могу и обидеться!
— Если тебе приятно находиться в этом состоянии — я не возражаю. Прежде чем пойдём я бы хотел уточнить один момент.
— Давай.
— Надеюсь это нам не помешает?
— Ну!
— Это не свидание.
У меня прямо-таки от сердца отлегло!
— Какое счастье!
— Отлично, что мы так быстро это выяснили, и мне не нужно оправдываться.
— Моя подруга говорит, что оправдываться нельзя по определению. Это неуважение к собеседнику. Ты отнимаешь у него право на личное мнение! И скорее всего он не захочет его отдавать.
— Твоя подруга очень мудрая.
— Я бы сказала, скорее, наблюдательная. Но может и мудрая. По сравнению со мной.
— Итак! Идеи?
— О, да! — следующее я выпалила на одном выдохе — Здесь недалеко находится начало монорельсовой дороги, которая идёт прямо в новый строящийся район с целой кучей всяких, задуманных, как оригинальные, развлечений. Там планируется огромный океанариум, парк аттракционов, интерактивный выставочный центр и много чего, я всё не помню… Ничего этого пока нет. Но дорога проходит высоко над землёй, и как я поняла, раз мы на первой остановке, то можем занять места у панорамного окна в начале состава.
— А машинист?
— Там нет машиниста чистая автоматика!
— А по дороге что-то есть? Может где-то выйдем?
— Вроде есть какой-то торговый центр… Но я так поняла большую часть пути мы будем ехать мимо строек. Так что не обольщайся!
