я курить бросил, но аромат хорошего табака мне нравился.
— Потому, чувак, что занимается иконами сейчас, очень серьёзный. Дорогу ему переходить не стоит.
— И ты знаешь, кто это?
— А почему тебя это интересует? — в голосе хозяина я ощутил напряжённость.
— Я был в одном селе, там ограбили храм, унесли иконы. Я одного вора поймал, но менты так и не сказали, для кого он их воровал. А у меня есть мысль на этот счёт.
— Знаешь, старик, скажу я тебе так. Если ты забудешь об этом, избежишь очень многих неприятностей. Чел этот, что иконы собирает, очень и очень опасный. Говорят, он для бандюков выполнял всякие грязные делишки. И вот разгорелась как-то между двумя бандами война. И чтобы её прекратить, этому челу поручили это потушить. Потушил он или кто ещё, мне не ведомо. Но семью главного бандюка вырезали полностью. Вместе с детьми малыми, и беременной женщиной. Понял? Вот.
Я представил эту ситуацию, и холодок пробежал по спине. Говорить, что как раз этот субъект ищет меня, чтобы отомстить за своих шестёрок, я не стал.
— Понятно.
Я отошёл от стены с иконами и прошёлся вдоль витрин. На некоторых полках заметил скрипки, гитары. Но одна гитара, самая интересная, с раздвоенным грифом, висела просто на стене. Я начал внимательно рассматривать её.
— Играешь? — рядом остановился Жора.
— Да, два класса в музыкальной школе занимался по классу фортепиано и гитары. Потом бросил. Физика пересилила. И драться надоело с пацанами, дразнили меня, что я — девчонка, всё время с разбитым носом ходил. Можно попробовать?
Когда Жора кивнул, я аккуратно снял гитару со стены, надел ремень. Присев на диванчик, провёл по струнам. Покачал головой.
— Что? Не нравится? — Жора с интересом наблюдал за моими жестами.
— Расстроена сильно.
— Настрой.
Я подтянул колки, настроил чуть ниже, чем обычно. Провёл по струнам, заиграл «Клён ты мой опавший», самую простую пьесу, которую заучивал в музыкалке. Гитара отозвалась каким-то необыкновенным глубокими, берущими за душу звуками, превратив простенькую мелодию в нечто яркое и трогательное. Лицо Жоры почему-то вытянулось, он словно испугался. Не обращая внимания, я проиграл куплет из старинного романса:
Гори, гори, моя звезда,
Гори, звезда, приветная.
Ты у меня одна заветная;
Другой не будет никогда.
Распахнулась дверь, на пороге нарисовался парень в джинсах и клетчатой рубашке, которого я видел танцующим с девушкой в одеянии хипарей. И выпалил:
— Жорик! У нас музыка кончилась. Дай чего-нибудь ещё.
И тут заметил меня с гитарой на диване. Остановился и поинтересовался:
— А ты кто?
— Конь в пальто, — ответил я. — Ты кто?
— А я? Я — Витяня, Виктор. А ты играть умеешь? Сбацай что-нибудь бомбическое, — очень настойчиво попросил, или скорее приказал он.
— А я — Олег. Олег Туманов. Ну, слушай.
Я сходу заиграл ритмичное «Crazy Little Called Love» с альбома Queen «The Game», совершенно забыв, что альбом этот выйдет только через два года. Но я очень любил этот альбом, и особенно эту песню, в клипе Фредди исполнял зажигательный танец, вместе с мотоциклом. Особенно классно на гитаре прозвучал проигрыш Брайна Мэя. Удивительно, что акустическая гитара позволила мне хоть и не точно, но воспроизвести уникальные пассажи.
— О! Элвис! — воскликнул парень. — Круто.
— Это не Элвис. Это под него. Фредди Меркьюри.
— Да? Никогда не слышал. Но круто. А чего-нибудь из битлов можешь слабать?
— Легко.
Мелодии «Битлз» исполнять раз плюнуть, простенькие, без претензий. И я заиграл первый куплет «All My Loving», стараясь немного подражать Маккартни:
Close your eyes and I’ll kiss you, tomorrow I’ll miss you.
Remember I’ll always be true.
And then while I’m away, I’ll write home every day,
And I’ll send all my loving to you.
— Оу! Класс! Давай ещё! — заорал парень, подпрыгивая и хлопая в ладоши. — Ещё давай!
И я начал исполнять мой любимый хит Джонни Кэша: «I Walk the Line», отбивая ритм ногой:
I keep a close watch on this heart of mine
I keep my eyes wide open all the time
I keep the ends out for the tie that binds
Because you’re mine, I walk the line
Парень остановился, склонив набок голову, как щенок, вслушивался. Когда я закончил, он пробормотал:
— Этого я не знаю, но неплохо.
Ничего себе неплохо? Хит легенды кантри-музыки Джонни Кэша, который сделал его суперстар.
— Слушай, Олег, давай к нам в группу. А? Мы как раз гитариста ищем.
— Нет, — я поставил гитару аккуратно на пол. — Я — школьный учитель. Если меня на ваших сейшенах кто-нибудь заметит…
— Да ты чо⁈ Кто тебя там заметит? Там только свои бывают. А ещё мы в кабаках лабаем. По стольнику за ночь, а то и больше. Ты за месяц нарубишь маней столько, сколько за год не сделаешь в своей школе. Будешь в одной фирме́ ходить: шузы, прикид. И голос у тебя тоже неплох. Герлам такое нравится.
— Я подумаю, Витёк.
— Правильно! — парень вытащил из кармана замызганный блокнот и огрызок карандаша, быстро написал цифры, и передал мне. — Вот мой телефончик. Свой дашь?
— У меня только рабочий, в учительской стоит.
— Да и хрен с ним. Пусть в учительской.
Я продиктовал телефон и парень, обрадованный уже взялся за ручку двери, когда я услышал снисходительный голос Жоры:
— Тебе музыку-то дать? Ты зачем приходил?
— А, давай. Да!
Жора залез в ящик шкафа и достал плоскую коробку с катушкой:
— Вот, свежачок. Только вчера писали.
Парень взглянул на подпись, издал радостный клич, подражая крику Тарзана, и убежал в комнату. Через пару минут я услышал мелодию, от которой в душе все перевернулось и залило радостью. Ритмичное: «We Will Rock You» с альбома «Queen» — «News of the World». Действительно новинка — альбом вышел в конце прошлого года, а его уже слушали в Союзе. Когда песня закончилась и началась: «We Are the Champions», я приоткрыл дверь, чтобы послушать. Черт возьми, где теперь только взять видео? Когда начался агрессивная канонада ударных Роджера Тейлора в «Sheer Heart Attack», я прикрыл дверь и бросил взгляд на Жору:
— Сколько возьмёшь за гитару?
Парень почему-то нахмурился, помолчал, вытащил другую сигарету из мятой пачки, сильно затянулся.
—
