Нисколько. Она не продаётся.
— Ну, а за каким хреном ты ее вывесил на всеобщее обозрение? — у меня даже голос сорвался от досады.
— Понимаешь, я её Семенычу обещал.
— Высоцкому? — я меня непроизвольно взлетела бровь. — А чего ж он её сразу не забрал? Бабла не хватило?
— Не было у него столько маней с собой. Но обещал. Да, ёшки-матрёшки, мы сговорились, и он сказал, что занесёт через пару дней. А уже неделя прошла, а его нет. Звоню в театр, а мне говорят — «Владимир Семёнович болен».
— Ну, в запое то есть. Ну, из запоя он выйдет. Это понятно. Жора, ну, а на сколько ты с ним договорился?
— На две штуки, — Жора покатал желваки под кожей, сжал плотно губы.
— Я тебе три дам. У Семеныча — десять гитар.
— Да, — Жора махнул рукой в каком-то отчаянье. — И как ты он играть не умеет. Но я не могу, понимаешь. Что я ему скажу?
— Скажешь — спёрли. Я тебе сразу три штуки дам. И потом, ты ведь понимаешь, у него может не оказаться. Он все бабло спускает сам знаешь на что.
Сказал эту фразу и тут же пронеслась мысль в голове, что Жора начнёт возражать, мол, Семеныч гребёт огромные деньги за концерты, ходит в одной фирме́, ездит на мерсе. Но хозяин почесал нос в задумчивости и почему-то согласился:
— Да, скорее всего. Он у меня спрашивал.
— А ты барыжишь этим?
— Да ты чо? Ни в коем разе! — он так горячо воскликнул, что я не смог ему до конца поверить. — Что я идиот что ли? Мани у тебя с собой?
— С собой, — я вытащил неоткрытую пачку, которую дала жена Тетерина. — Вот, — я помахал перед носом парня.
Он потёр нос, передёрнул плечами. А я размышлял, глядя на него: жадность пересилит, или желание угодить «Семенычу»?
— Ладно, по рукам, — жадность пересилила.
Я выложил на стол перед Жорой пачку и добавил двадцать купюр из сильно похудевшей второй пачки. Эти деньги жгли мне карман, я рад был от них избавиться.
— Футляр есть у тебя какой-нибудь? — такую драгоценность не хотелось тащить под снегом.
— А как же? — Жора выскочил из комнаты и вернулся с жёстким кофром, как для контрабаса. Но гитара прекрасно вписалась во все изгибы.
— Да, ёшкин кот! — я взглянул на часы. — Метро уже закрылось! Ну твою ж мать!
— Я тебе такси вызову, — объявил Жора. — Пошли на кухню, обмоем твою покупку.
— Я не пью алкоголь, — с раздражением подумал, что опять придётся объяснять, почему, но, к моему удивлению, парень сам нашёл вескую причину:
— Зашился? Правильно. А я вот не могу. Но я тебе чаёк сделаю. Отличный. Пошли.
Пришлось опять тащиться через всю гостиную хозяина. Парочка на диване, нежно обнявшись, уже спала. Девушка трогательно положила головку на плечо кавалера и обвила его руками. А Витек с девушкой, взмахивая руками, как крыльями, танцевали друг против друга, как цапли на болоте под голос Фредди:
Spread your wings and fly away ( Расправь крылья и улетай ,)
Fly away far away ( Улетай далеко - далеко )
Spread your little wings and fly away ( Расправь крылья и улетай ,)
Fly away far away (Улетай далеко-далеко)
Кухня оказалась довольно просторной. Слева у двери возвышался ледяной глыбой холодильник «ЗИЛ», у окна — газовая плита, по центру — обеденный стол, покрытый клеёнкой, раковина с одиноко стоящей там чашкой. На стене — несколько полок с банками, коробками. Жора набрал в эмалированный чайник воды, поставил на плиту. Вытащил две чистых и на удивление красивых чашки, заварочный чайник явно из того же сервиза, и пачку чая с надписью на синей этикетке: «Краснодарский чай. Экстра». Выставил вазочку с конфетами «Белочка», «Мишка косолапый», «Красная шапочка». Видно, Жора мог себя обеспечить дефицитом.
— Может, кофе хочешь?
— А у тебя какой? Я зерновой пью.
— Не. Зернового нет. Только растворимый, — снял с полки банку индийского кофе. — Будешь?
— А, давай, — я уже ощущал, как клонит в сон, и решил, что лучше хоть какой-то кофе, чем упасть здесь и уснуть от усталости.
— Тебе домой ехать куда?
— В Глушковск, это за МКАД километров пять по Ленинградке.
Жора присвистнул.
— Ни фига себе, ты пёрся откуда. Через всю Москву? Не слабо. Ладно, пойду такси тебе вызову.
Пока грелся чайник, Жора куда-то ушёл и вернулся минут через пять.
— Через полчаса тачка прибудет.
Почему-то от этих слов засосало под ложечкой, скрутило низ живота, сердце словно запрыгало в груди. Промелькнула мысль: «Почему Жора не предложил мне остаться у него переночевать?» Хотя, меня это не очень устраивало, но ехать через всю Москву с шофёром такси, который может приехать в час ночи?
Глава 7
Они нашли меня
Но все обошлось. Я уже допивал кофе, щедро сдобренное сгущёнкой, закусывал печеньем «Юбилейное», когда снизу прозвучал призывный звук клаксона, потом шумно заработал лифт. И вскоре в дверь раздалась весёлая трель. Жора выскочил и через пару минут привёл невысокого парня в потёртой кожаной тужурке, и в такой же кожаной кепке-восьмиклинке — настоящий киношный таксист. Круглое лицо с румянцем, ямка на подбородке, широко расставленные светлые глаза и улыбка во весь рот.
— Кого здесь надо везти? — он обвёл взглядом кухню, как будто было не ясно, что пассажир здесь — я. — Багаж есть?
Я показал на футляр с гитарой:
— Только аккуратно. Ценная вещь.
— Ясно!
Подхватив футляр, он исчез. Мы с Жорой вышли в прихожую, пожали руки. И тут же из двери выглянуло два любопытных носа: Витек со своей девушкой. Она грациозно вышла, оценивающе осмотрела меня с ног до головы и бросила на Витька удовлетворённый взгляд.
— Ну, чего, Туман, будешь с нами лабать? — поинтересовался парень, протягивая мне руку. — Дело верное.
— Как хоть группа ваша называется? — я решил не разочаровывать отказом.
— «Квазары», — с какой-то даже гордостью ответил он.
Никогда не слышал о такой рок-группе. Хотя, я пребывал в альтернативном Союзе, может там такая и существовала. Но
