к гибели города.
Он не мог оставить этих людей в беде. В городе жили тысячи беззащитных жителей. Если бы он ушёл, они оказались бы во власти Сицян. К тому же, его семья всё ещё оставалась в городе.
Лянь Ци попытался успокоиться. Даже если принц и имел такие намерения, он не мог действовать сразу. У него ещё было время написать отцу и предупредить его: нельзя трогать Лянь Шэн.
Пока А Шэн жива, он будет защищать Интун до последнего. Если же её не станет… его решимость может рухнуть.
Он верил, что отец поймёт, что важнее всего. Взяв кисть, Лянь Ци начал писать ответ.
* * *
Когда Фу Чэньюй вернулся в Шацзи, он заметил Сун Юаня у резиденции лорда. Обычно бесстрастное лицо стражника выражало беспокойство.
— О, Сун-тупица, тебя бросила девушка? — крикнул Фу Чэньюй.
На лбу Сун Юаня проступила вена. Этот человек вернулся, и, кажется, за год он совсем не изменился. Понимая, что в этой словесной перепалке ему не победить, Сун Юань старался сохранять спокойствие на лице.
Фу Чэньюй окинул взглядом резиденцию и заметил охрану, стоящую через каждые пять шагов.
— С И Цяньчэном что-то случилось? — спросил он.
— Заткнись! Генерал просто слегка ранен, — ответил Сун Юань.
— Ага, значит, всё-таки случилось. Что он делал? Не мог спокойно посидеть, решил понравиться ножу? Или жена пыталась его прирезать?
Сун Юань поклялся не реагировать, но его терпение лопнуло!
— Хватит нести чушь! Генерал пострадал, спасая девушку в горах и столкнувшись с бандитами!
Улыбка Фу Чэньюй на мгновение застыла, а игривый блеск в глазах сменился задумчивостью.
— Значит, девушка вернулась? — спросил он.
— Да, — ответил Сун Юань.
Внезапно Фу Чэньюй рассмеялся без причины, и этот смех звучал зловеще.
Сун Юань про себя простонал: этот сумасшедший стал ещё безумнее.
— Я пойду навещу девушку, — спокойно сказал Фу Чэньюй, прикрыв глаза, чтобы скрыть хищный блеск.
Как подчинённый генерала и сын его доверенного советника, Фу Чэньюй имел право войти в резиденцию. Сун Юань лишь предупредил его:
— Не мешай генералу восстанавливаться!
Фу Чэньюй улыбнулся:
— Не буду.
Его интересовал совсем другой человек.
В резиденции взгляд Фу Чэньюй задержался на западном дворе, где находились покои И Хуань. С лёгкой улыбкой он направился к И Цяньчэну.
На пути к генералу Фу Чэньюй столкнулся с Лянь Шэн, которая с любопытством рассматривала его. Будучи сообразительным человеком, он сразу понял, кто перед ним.
— Здравствуйте, госпожа. Я Фу Чэньюй, подчинённый генерала, — произнёс он с уважением.
Лянь Шэн кивнула в ответ. Тот, кто мог свободно передвигаться по резиденции, явно пользовался доверием И Цяньчэна.
— Я слышал, что генерал ранен. Я пришёл навестить его. Могу я пройти? — спросил Фу Чэньюй.
— Генерал… не здесь, — ответила Лянь Шэн с лёгкой неловкостью.
То, что они с И Цяньчэном жили раздельно, было известно всем в резиденции, но посторонние об этом не знали.
— Вероятно, генерал отдыхает в другом месте. Не подскажете ли вы мне путь? — спросил Фу Чэньюй.
— Я как раз направляюсь к нему. Можете следовать за мной, — предложила Лянь Шэн.
Она была впечатлена проницательностью Фу Чэньюй: он не стал намекать на её «нелюбимость» и даже не попытался её задеть.
С такими людьми её стратегия была ясна: не вступать в конфликты и сохранять дистанцию.
Они вошли во внутренний двор, где в воздухе разливался лёгкий аромат лекарств. И Хуан, одетая в зелёное, несла на голове горшок с отваром.
— Хуань, — окликнула её Лянь Шэн.
И Хуань обернулась и, увидев Лянь Шэн, вежливо поздоровалась:
— Золовка.
Затем её взгляд упал на Фу Чэньюй, который смотрел на неё с такой страстью, что в глазах И Хуань промелькнула лёгкая рябь. Но она быстро подавила эмоции — её врождённое состояние не позволяло ей проявлять крайности.
Фу Чэньюй сжал руки в кулаки, но на его лице по-прежнему играла дружелюбная улыбка.
— Как здоровье моего мужа? — спросила Лянь Шэн.
— Лекарь уже осмотрел его. Не беспокойтесь, золовка, братец в порядке.
И Хуань взглянула на горшок в своих руках.
— Я как раз несу ему лекарство. Проходите.
После двух встреч Лянь Шэн уже начала понимать характер И Хуань. Она казалась отстранённой, но была доброй и умной.
Увидев хрупкость И Хуань, Лянь Шэн взяла тяжёлый горшок:
— Позволь мне помочь тебе.
— Хорошо.
И Хуан не стала настаивать и вошла в комнату вместе с Лянь Шэн. Фу Чэньюй неторопливо последовал за ними.
Глава 14
Во внутреннем дворе Лянь Шэн и И Хуань застали И Цяньчэна за чтением письма. Услышав их шаги, он спокойно сложил бумагу и убрал её в конверт.
Лянь Шэн бросила взгляд на письмо, чувствуя непреодолимое желание заглянуть внутрь. У неё было предчувствие, что оно касалось ситуации в Интуне!
Но она заставила себя отвести взгляд, чтобы не выдать своё любопытство. Она знала, что И Цяньчэн не мог полностью игнорировать Интун. Женившись на ней, он явно преследовал какие-то свои цели. Если бы он просто ненавидел её, то почему так легко согласился на совместный визит в её родной город?
Возможно, из-за присутствия И Хуань и Фу Чэньюй И Цяньчэн не стал придираться к Лянь Шэн. Он взял чашу с лекарством и выпил её залпом. Он не боялся, что она могла подсыпать яд — сейчас она нуждалась в нём больше, чем кто-либо другой.
— Фу Чэньюй, — позвал И Цяньчэн.
Тот перевёл на него взгляд и небрежно отозвался:
— М-м?
— Я думал, ты вернёшься только в следующем году.
— Так и планировалось. — Фу Чэньюй усмехнулся. — Но узнав, что ты взял жену, я поспешил взглянуть.
Уголок губ И Цяньчэна слегка приподнялся, и его взгляд скользнул по Фу Чэньюй.
— Теперь ты её видел. Раз господин Фу И ждёт тебя дома, можешь идти.
— Генерал, ты действительно бессердечен. Как только моя миссия выполнена, я становлюсь бесполезен, и ты сразу же выгоняешь меня.
Лянь Шэн поставила пустую чашу и молча наблюдала за происходящим. Эти двое, казалось, не ладили. И Цяньчэн не обращался к Фу Чэньюй как к подчинённому, а тот, в свою очередь, не проявлял особого почтения.
Они не выглядели ни друзьями, ни врагами. Это было странно.
Видимо, дела в Шацзи были не так просты, как казалось. С возвращением Фу Чэньюй неизбежно грядут перемены.
И когда И Цяньчэн сказал: «Господин Фу И ждёт тебя дома», разве это не означало, что Фу Чэньюй — его сын?
Лянь Шэн давно хотела познакомиться с Фу И, но ей не удавалось это осуществить. Теперь, когда она
