фарфором.
«Хорошо тебе, купчиха, — тягостно подумала я. — И дом у тебя, и сад, и кошечка. А я — совсем одна, и идти мне некуда». «Да ладно! — осадила я себя, попробовав горячий ароматный чай. — Откуда мне знать, каково жилось этой купчихе? Может, она только на картине такая благополучная, а в душе черт-те что творится? Да и революция там на носу, и не будет у купчихи ни дома, ни чая! А у меня есть мама, папа, брат и сын. Ничего. Прорвемся».
Я пошла в уборную, пригладила волосы, смыла остатки туши с ресниц и горько усмехнулась — второй раз за сутки я привожу себя в порядок в общественном туалете. Какой ужасный день! И как же он закончится?
Вернувшись за столик, я взяла в руки телефон и начала думать, у кого бы занять денег. В офисе многие относились ко мне хорошо, но подружилась я только с маленькой Наташей.
И с Кириллом.
А ведь Кирилл говорил мне: «Запиши мой номер и звони в любое время, когда тебе будет нужно!»
Мысль о Кирилле заставила меня вздрогнуть. Я и не забывала о нем ни на минуту, но почему-то мне и в голову не приходило набрать его номер. Как это будет выглядеть? Я, лохматая, зареванная, некрасивая, промокшая, с синяком, попрошу о помощи парня, которого я пока могу назвать только приятелем? Нет, это невозможно, это так унизительно! Да и Егор всем, даже моим родителям, заявит: «Эта стерва сама убежала от меня к любовнику! Как можно доверить ей сына?»
Телефон в моей ладони снова настойчиво зазвонил, я с тревогой посмотрела на экран, ожидая увидеть там фото Егора и надпись «Муж» (когда-то он был записан как «Любимый», а рядом блестели сердечки, но после того как Егор впервые поднял на меня руку, в телефоне он стал просто мужем).
Не буду брать трубку! Не пойду домой. Даже если мне придется всю ночь бродить по мокрым улицам, я не пойду домой! Я хочу остаться живой, в конце-то концов. Когда Егор в ярости, я его боюсь, он очень опасен.
Но звонил не Егор.
Звонил Кирилл.
Я, словно заледенев, долго смотрела на экран, где было написано его имя. Звонок оборвался. Но потом телефон зазвонил снова, еще более настойчиво, и я провела дрожащим пальцем по защитному стеклу.
— Слушаю…
— Арина, у тебя все в порядке? — голос Кирилла был встревожен. — Я волнуюсь за тебя. Написал тебе, но ты не отвечаешь.
— Я не видела сообщения, — тихо проговорила я и подумала, что действительно не заглядывала в мессенджер, не до того было, а ведь, наверное, мне писал и Егор. — А почему ты волнуешься?
— Ты можешь говорить? Егор не рядом? Мой звонок не добавит тебе проблем?
— Нет, Егор не рядом…
— Арина, послушай, после обеда я заглянул в офисное кафе, думал дать тебе книгу — ты говорила, что хотела бы почитать Мураками. Но там была только Наташа! Она сказала, что ты больше в офис не придешь. Я очень удивился...
— Да, не приду. Так сложились обстоятельства.
— Я написал тебе, но ты молчишь. Тогда я позвонил Жанне, она всё про всех знает.
— И она всё тебе рассказала?
— Да.
— Значит, ты понял, в какую грязь я вляпалась… — я почувствовала, как слезы подкатывают к горлу и поспешно глотнула сладкого чая, чтобы не начать всхлипывать.
— Нет, Арина, это не ты вляпалась, а Егор! И Миледи! Творить такое в кабинете и в рабочее время — это вообще за гранью. А ты здесь вообще ни при чем!
— Егор считает иначе.
— А что он считает? Слушай, мы с ним много лет работаем вместе, я давно понял, что это за человек. И знаешь, почему я звоню?
— Почему?
— Потому что я не уверен, что ты в безопасности! Этот парень может вывернуть всё так, что ты еще и останешься виноватой. А я боюсь, что он тебя мучает. Может быть, даже руки распускает. И голос у тебя такой, будто… будто я прав, Арина. Арина! Что ты молчишь?.. Ты здесь?
— Да…
— Тебе нужна помощь? Просто скажи — да.
— Да… — выговорила я, вытерев набежавшие слезы.
— Я понял. Выезжаю. Береги себя. Я заберу тебя. Он тебя больше пальцем не тронет.
— Кирилл, я ушла. Я не дома… — я выдохнула и решилась признаться. — Но мне действительно очень нужна твоя помощь!
Девушка за стойкой вежливо покашляла, предупредила тоненьким голоском:
— Извините, пожалуйста, но через десять минут мы закрываемся.
— Да-да, — кивнула ей я и снова заговорила в трубку. — Кирилл, я в кафе, но оно скоро закроется. Я подожду рядом, в арке. Ты смог бы приехать по адресу… Девушка, подскажите, пожалуйста, здешний адрес!
— Булочный переулок, пять.
— Кирилл, Булочный переулок, пять. Я буду возле кафе «Чайный домик», может быть, загляну в соседний магазин, если пойдет сильный дождь.
— Хорошо, сейчас выезжаю. Я тебя найду.
— Да, спасибо тебе…
Я выдохнула, в потеплевшем сердце заискрилась надежда. Я сжала в руке телефон — и, ахнув, чуть не выронила его в стакан с чаем.
Возле столика, в черной кожаной куртке, с влажными от дождя волосами, стоял Егор. Он был прямой, бледный, держал руки в карманах, и взгляд его не предвещал ничего хорошего.
Глава 19. Какие-то проблемы?
— Как ты меня нашел? — проговорила я. Всё во мне задрожало, но я изо всех сил старалась оставаться спокойной. Мне очень не хотелось вновь оказаться униженной, раздавленной и покорной.
— Ты совсем тупая? Есть такая штука — геолокация! — процедил Егор сквозь зубы. — Что, думала, не найду? Давай, поднимай задницу, пошли.
В шоке я и забыла, что муж отслеживает мои передвижения, что он всегда наблюдает за мной. Телефон стал предателем. Надо было отключить геолокацию, но я просто об этом не подумала.
— Я никуда не пойду, — тихо сказала я.
— Не заставляй меня хватать тебя за руку и тащить силой, — сузил глаза Егор. Он сел напротив и облокотился о стол, его губы нервно подергивались. — Просто встала и пошла. У тебя дома много дел. И пальто надо почистить.
В его темных глазах я увидела насмешку. Он издевается надо мной, потому что прекрасно знает — идти мне некуда! Не ночевать же мне на лавочке под дождем!
Нет, домой я не пойду! Уж лучше на лавочке. Я хочу остаться живой и здоровой, и еще — сохранить в сердце первые ростки того, что я бы назвала самоуважением. Раньше у меня его не было, а вот теперь появилось.
— Я
