продукта крестьян. Тогда каждое сословие выполняет только свою работу. Общественная мораль не одобряет смену своего положения (средневековая литература высмеивает крестьян, захотевших жить как синьоры, они зачастую заканчивают жизнь на виселице), но межсословные браки разрешены – разве это не канал социальной мобильности? Могла ли такая радикальная смена моральных воззрений, социальной практики и институтов не повлиять на систему питания?
1.4.1. Еда и религия
Христианство последовательно разделяет материальное и духовное, все плотское отрицается в пользу духовного, тело – «тюрьма души», плотское само по себе связано с грехом. Тело и его потребности – в том числе и питание – считаются профанными и противостоящими потребностям духа. Телесное, животное, плотское спорит с духовным, и человек должен «убить в себе зверя» («Бог говорит, когда тварь молчит»). Из средневекового пространства исчезают топосы телесного: и бани (римские термы), и театры, и стадионы с гимнасиями. Теперь еда как потребность тела вдруг получает иную моральную оценку – христианство призывает к аскетизму, ограничению питания, отрицает питание как наслаждение и удовольствие, признавая его только как необходимость: голод дан человеку Богом в наказание за первородный грех. Чревоугодие осуждается не просто как низменная страсть, а как смертный грех. Его различают два вида: гастримаргия (чревобесие) – стремление человека набить брюхо; лемаргия (гортанобесие) – гурманство, стремление человека к вкусной пище. В связи с этим в христианстве возникают многочисленные религиозные пищевые запреты – посты.
Уже в Византии, этой христианской империи, сразу же возникли посты и ограничения в питании, причем в православии число постных дней могло доходить до 200 в год. Смысл поста не в самом пищевом запрете, а в создании условий для духовного совершенствования. Пост – не цель, а средство отрешиться от всего телесного, пост сдерживает страсти, дает сосредоточиться на духовном. Ограничение питания всегда сочеталось с ограничением других плотских утех (нельзя спать, не должно быть секса, нельзя терять разума – не пьют вина). Ранние христиане соблюдали один пост – Великий пост до Пасхи в память о страданиях Христа. Но вскоре добавили Рождественский пост, еженедельные посты – по средам и пятницам или по отдельным дням (например, Крещенский сочельник 18 января). Вот как, например, питаются монахи по уставу в Великий пост: понедельник – сырая пища без масла; вторник – вареная без масла; среда – сырая без масла; четверг – вареная с маслом; пятница – сырая без масла; суббота и воскресенье – рыба. Пост не предписывается детям (до 14 лет), старикам или больным людям. Во все посты ограничение вводится, как правило, на мясную и молочную пищу. Причина скорее символическая, чем утилитарная. Обычно считают, что белковая пища якобы особо питательна, поэтому от нее воздерживаются более всего; или мясо-де способствует плотскому желанию и сладострастию. В действительности дело в символическом значении пищи: ведь мясо содержит кровь, а это символ жизни; молоко питает младенца – это тоже символ жизни, и они принадлежат только Богу. Однако на рыбу запрета не было, и не потому, что в ней нет крови. Просто рыба – символ Христа (она встречается повсеместно, например, в христианских катакомбах (Catacombe San Sebastiano) II–III веков н. э. в Риме около Аппиевой дороги). Ради отделения священного от профанного христианские посты ввели традицию разделения мяса и рыбы, и больше мясо и рыба не соединялись в европейском блюде (в римской кухне рыбный соус всегда добавлялся и к мясу, но готовили и смешанные блюда, так же, как и в современной тайской кухне, в супе «том-кха», соединяются курица и креветки).
Но главное вот в чем – пища в христианстве не делится на чистую и нечистую, церковь недвусмысленно утверждает: пища сама по себе не приближает и не отдаляет человека от Бога. В Евангельском учении явно показано: «Не то, что входит в уста, оскверняет человека, но то, что исходит из уст». Однако в разных направлениях христианства пищевые запреты существуют – например, в раннем христианстве был запрет на мясо с кровью, на «удавленину» и т. д. У старообрядцев запрещается есть «рыбу без чешуи (сома, осетра, угря), раков и иные морепродукты (креветок, кальмаров), нельзя есть телятину и мясо зайцев, бобров, белок (векшину), конину, ослину, собачатину, мясо некоторых птиц и проч., употребление свинины допустимо, если она приготовлена на огне…» [1].
Еда в христианстве также теряет характер жертвы – в этом его принципиальное отличие от иудаизма, ислама и других религий (в том числе и монотеистических). Считается, что достаточно одной жертвы – Христос сам принес себя добровольно в жертву ради спасения всех, остальные жертвы просто неуместны (в том числе жертвоприношение различных животных, как курбан-байрам у мусульман). Поэтому в римском обществе христиане подвергались гонениям – они не признавали жертвы императору. Но христиане должны помнить об этой жертве Христа в совершении обряда евхаристии (благодарения), хлеб и вино как бы пресуществляются в тело и кровь Христовы. Христианство осуждает как язычество жертвенную пищу в погребальных обрядах (оставленные на могиле продукты и напитки – это типично римская традиция).
Но в христианстве был и другой аспект питания: вместе с постом как ограничением питания пришли и праздники – перед постом или после него. Это особенность христианских праздников Пасхи, Рождества, Троицы, но в Византийской империи любили и Новый год (календы) – после Рождества и до 5 января. Именно на праздник предписывалось готовить специальные блюда и вообще много еды. Итак, посты и праздники создавали в христианском обществе особый ритм питания: от сурового аскетизма в еде к изобилию; от ограничения к обжорству; от неизбежной необходимости к предвкушению удовольствия; от скорби к безудержному веселью.
Литература
1. Крылов Г. Понятие «скверна» («погань») в Средневековой Руси и в современном старообрядчестве.
1.4.2. На кухне христианской империи: Византия и влияние Востока
В Средние века Римская империя продолжала существовать на Востоке, в Византии. Но Византийский мир уже был полностью христианский, рабство в нем еще существовало – но морально осуждалось церковью. Да и само понятие свободы у византийцев претерпело заметные изменения. У римлян свобода имеет формальное правовое определение: свободный – это не раб, а в Византии свободой стали называть независимость (между свободными формально холопами и несвободными домашними рабами не делали большого отличия, все они считались несвободными). Кроме веры и идеологии изменились и обычаи. Мужчины стали носить брюки, заимствованные с Востока; не брили бороды; изменилась и традиция питания, и здесь тоже не обошлось без восточного влияния – сирийские и персидские купцы быстро наладили связь Византии с Индией (положение Индии как сверхдержавы пряностей не изменилось и сегодня, она производит 1 млн т пряностей в год, опережая всех конкурентов), и шаг за шагом в Средние века пряности начинают свой
